Культуру сохранит «Юлташ»

Вероника Тимофеева любит не только чувашские узоры,но и чувашские песни.ПОКА В СИБИРИ ЖИВУТ ЧУВАШИ, БЫТЬ ТАМ И ИХ ЯЗЫКУ

Учить или не учить чувашский язык? Вопрос этот волнует не только жителей республики, но и соплеменников, живущих за ее пределами. О том, как для себя решили этот вопрос чуваши Иркутской области, беседа с президентом областной национально-культурной автономии «Юлташ» (Товарищ) Вероникой Тимофеевой.
– Вероника Васильевна, в СМИ прошла информация о том, что в некоторых школах чувашских селений Иркутской области начали изучать чувашский язык…
– Да, изучаем. Правда, пока только в одной.
– А много таких селений в области и сколько чувашей сегодня проживает в них?
– Чисто чувашских деревень сейчас нет, давно уже все смешалось… Наши сородичи проживают во всех районах области, даже в таком небольшом районе, как Ольхонский, имеется несколько семей. Перепись 2010 года зафиксировала в области 4589 человек чувашской национальности. К сожалению, с каждой переписью нас становится все меньше. Статистика бесстрастна – в 1989 году было 11417 человек, в 2002 году – 7445. Понятно, что это все – результат глобализации и ассимиляционных процессов…
Да и отсутствие минимальной информации о прошлом, о настоящей деятельности чувашей как в области, так и в Чувашской Республике, думаю, тоже играет свою роль. Наши предки приехали осваивать земли Восточной Сибири более 110 лет назад. Думали ли они, что наступит время, когда их дети станут забывать язык? И не только язык, но и историю, обряды, традиции…
– Если судить по информации в Интернете, то национально-культурная автономия области «Юлташ» активно работает над сохранением и возрождением традиций чувашского народа. Вот и недавно были сообщения, что в Иркутской области чуваши провели старинные народные праздники «Чуклеме», «Ларма»…
– Стараемся. Если традиции и обряды еще возможно возродить, то с языком все намного сложнее. В Иркутской области чувашский язык в школах никогда не преподавался, он передавался от дедушек детям и внукам, то есть существовал как бытовой язык. Еще 20 лет назад не было семьи (в местах компактного проживания чувашей), в которых дети не знали его, не умели на нем говорить, писать, читать. Сегодня же родители не разговаривают со своими чадами на родном… А ведь известно, нет языка – нет народа. Это истина. Самосознание себя как этноса осталось только у старшего поколения чувашей, молодые относят себя к русским. Если подрастающее поколение не начать приобщать к чувашской культуре, есть вероятность, что знания о ней на территории Иркутской области останутся только в книгах.
Сейчас еще можно перенять звучание родной речи от ее истинных носителей. Наверное, поздновато, но мы, активисты автономии, это поняли и начали действовать. Переломным стал 2013 год.
И знаете, хождения по кабинетам, изучение нормативных документов и подзаконных актов, для нас, горящих желанием не дать угаснуть чувашскому языку в Восточной Сибири, пожалуй, было не самым сложным. Важнее был вопрос: поддержит ли нас народ? Понятно же, насаждением сверху никогда ничего не добиться…
– Насколько знаю, «Юлташ» создан в 1990 году. А вопросами сохранения родного языка озаботились только в последние годы…
– Вопрос сохранения чувашского языка в Восточной Сибири поднимался и раньше. По воспоминаниям старейшин нашей общественной организации, они еще лет 15 назад пытались решать его. Но их усилия желаемых результатов не дали. Конечно, очень жаль, что когда были детьми, мы не изучали чувашский язык в школе, что не было ни воскресных школ, ни факультативов, несмотря на наличие административных и человеческих ресурсов. Ведь в 70–80-е годы были еще люди, которые свободно владели родным языком, обладали знанием и опытом в обучении ему.
– И как вам удалось переломить ситуацию?
– Начали мы с бесед. Организовывали встречи, «круглые столы», где обсуждали вопросы сохранения родной культуры, традиций, языка. Сородичи слушали, но выказывали недоверие. «Были и до вас «ходоки», да дел не видно», – говорили старики. Да и государственные чины недоумевали: «Зачем? Для чего?», «Чувашский язык? Пожалуйста, – соглашались они. – Нет проблем, изучайте, обучайте, но где взять финансы? Нет педагогов, нет школы, которая могла бы взять на себя этот груз». «Да и нужно ли это самим чувашам?» – вновь и вновь возникал вопрос.
– Нашли ответ?
– Чтобы раз и навсегда поставить точку в этом вопросе, решили провести социологический опрос. Для начала выбрали село Масляногорск Зиминского района. Почему его? Директор школы там Надежда Васильевна Фидикова – чувашка, и она с большим интересом и желанием стала оказывать помощь автономии.
Официально вышли с предложением в Комитет по образованию района, чтобы Масляногорская средняя школа стала одной из пилотных в области по внедрению чувашского языка в учебный процесс.
В опрос мы не стали вовлекать старшее поколение (очевидно, что оно за чувашский язык), а выбрали людей в возрасте от 25 до 35 лет, то есть родителей нынешних школьников. И, что обрадовало нас, многие масляногорцы признали себя чувашами (был в опроснике и такой вопрос), и большинство из них были за изучение родного языка.
Исследование показало также, что необходимо обратить внимание на целевое обучение специалистов (педагогов, культработников и так далее) в Чувашской Республике.
Ну а дальше мы разработали проект «ЮЛТАШ – хранитель чувашской культуры», выиграли областной грант, на его средства в 2015 году Надежда Васильевна поехала в Чебоксары и прошла курсы повышения квалификации в республиканском институте образования для учителей чувашского языка и литературы.
– Как встретили в области известие, что в Масляногорске начнут изучать чувашский язык?
– Для небольшого сибирского района известие стало событием. Вся земля Прибайкалья всколыхнулась – чуть ли не повсеместно стали обсуждать эту новость. К нам посыпались звонки из других районов компактного проживания соплеменников: «А как же наши дети? И мы хотим, чтобы у нас была возможность обучать детей родному языку». Особенно много обращений было от жителей села Джогино Тайшетского района (оно основано чувашами в 1912 году).
– А сами ребятишки?
– День, когда они впервые в своей жизни пришли на урок чувашского языка, языка пап-мам, бабушек-дедушек, стал настоящим праздником. Не покривлю душой – гордость за свой народ читалась и в глазах детишек, и в глазах родителей…
Для нас же, активистов автономии, радость была двойной. Наши чувства не передать словами. Мы шли к этому моменту более двух лет. И сегодня не без удовлетворения говорим: «Мы это сделали! Быть чувашскому языку на земле Сибирской, пока здесь живут чуваши!»
Конечно, без поддержки нам бы проблему не решить. Автономия бесконечно благодарна за помощь Управлению Губернатора и правительству Иркутской области, администрации Зиминского района. Лично начальнику Отдела по связям с общественностью и национальным отношениям правительства Светлане Коноваловой, председателю Комитета образования администрации Зиминского района Сергею Усольцеву, мэру Зиминского района Наталье Никитиной, председателю думы Зиминского муниципального района Владимиру Ванькову. Особая благодарность и заведующей кафедрой чувашского языка и литературы Чувашского республиканского института образования Анне Егоровой.

Первый урок чувашского языка в Масляногорской школе.

– Как уроки проходят, сколько часов в неделю?
– Факультативные занятия называются «Истоки чувашского народа». Они включены в учебный план по внеурочной деятельности Масляногорской школы и проходят один раз в неделю. Пока их посещают 15 пятиклассников, изучают язык, знакомятся с историей и культурой. Что нас не может не радовать: с каждым днем желающих учиться становится все больше. Впереди у нас большие планы – организовать выездные учебные занятия в село Новолетники Зиминского же района, открыть воскресную школу в Иркутске, а также создать условия для изучения чувашского языка и в других районах области, где есть такая потребность.
– Вероника Васильевна, вы выразили сожаление, что не изучали в школе чувашский язык. Значит ли это, что вы его не знаете?
– Языком владею. Правда, бытовым. Родилась в поселке Успенский-3, раньше там жили одни чуваши. Мой отец, Василий Павлович, уроженец Ибресинского района Чувашии, родители мамы, Белковы, приехали из Батыревского. Бабушка, Анастасия Семеновна (1899 г.р.), по-русски не знала ни одного слова, умерла когда мне было 17 лет… Мама с бабушкой знали много чувашских песен. Такие напевные, задушевные. Часто пели, слез не скрывали…
– А вы поете?
– Пою. В прошлом году мы создали ансамбль «Илем». В нем и пою…
– Дети ваши знают язык?
– Муж у меня русский, естественно, в семье говорили на русском. Но вот уже года три (чувашское во мне проснулось поздно, служила на таможне, особо не задумывалась) как ввела в обиход второй язык: сначала говорю на чувашском, потом перевожу на русский. Муж уже начал меня понимать без перевода. Проявился интерес у сына Владимира (ему 13 лет), а дочь Полина (11 лет) полюбила петь на чувашском, участвует в конкурсах, побеждает. Надеюсь, что мои дети, также и многие молодые соплеменники, скоро свободно будут общаться на родном языке.

Опубликовано: 18 ноября 2015 г.

2 Ответы

  1. Молодчина, Вероника Васильевна. Благодаря таким энтузиастам как Вы, действительно сохраняется шанс- быть чувашской культуре и языку на нашей, давно ставшей родной, Сибирской земле. Дай Вам Бог терпения, силы и здоровья в воплощении благородных идей.

  2. ОТ ДУШИ РАД З ЗЕМЛЯКОВ. СУМЕЛИ ПРОБИТЬ ТЯЖЕЛЫЙ ПЛАСТ. ОНА ОЧЕНЬ ПРАВИЛЬНО ЗАМЕТИЛА. ЧТО ЧУВАШИ САМИ СЕБЯ НЕ ВСЕГДА УВАЖАЮТ. ОСОБЕННО ЯЗЫК. У НАС , НАПРИМЕР, В ОМСКЕ И ОБЛАСТИ, МНЕ. И НАШЕЙ АВТОНОМИИ НЕ УДАЛОСЬ ПРИВЛЕЧЬЧУВАШСКОЕ НАСЕЛЕНИЕ К АКТИВНЫМ ДЕЙСТВИЯМ В ПОАУЛЯРИЗАЦИИ ЧУВАШСКОГО ЯЗЫКА. ЧТО . ОСОБЕННО ПРИСКРБНО. ЧУВАШИ ИМЕЯ ПЕДАГОГИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ- СОВЕРШЕННО РАВНОДУШНООТНОСЯТСЯ К ЧУВАШСКОМУ ЯЗЫКУ. У НИХ ЕСТЕСТВЕННО И ДЕТИ НЕ БУДУТ ЗНАТЬ ЧУВАШСКОГО ЯЗЫКА. ВМЕСТЕ С ТЕМ И ИСТОРИЯ СВОЕГО НАРОДА ИХ НЕ БУДЕТ ИНТЕРЕСОВАТЬ.ГОРЬКО ПРИЗНАВАТЬ. ЧТО СЕГОДНЯ ПРИ АКТИВНОВ УЧАСТИИ И ЖЕЛАНИИ МОЖНО ВОЗОБНОВИТЬ ИЗУЧЕНИЕ РОДНОГО ЧУВАШСКОГО ЯЗЫКА . ХОТЯ БЫДЛЯ ТОГО. ЧТОБЫ ПРИ ПРИЕЗДЕ К РОДСТВЕННИКАМ НА СВЮ МАЛУЮ РОДИНУ ОБЩАТЬСЯ С РОДНЫМИ НА РОДНОМ ЯЗЫКЕ.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.