Валентин ВОРОНЧИХИН: «Всегда стремился к тому, что до меня еще никто не делал»

Фото Олега МАЛЬЦЕВАВалентин Ворончихин по идее должен был продолжить военную династию. Военным был его отец, парень из Белоруссии — офицер, летчик, и в Венгрии служил, и в Сирии в свое время воевал. Мама ездила повсюду за ним, есть такая нелегкая «профессия» – жена офицера. Дед тоже был военным, артиллеристом. Именно ему наша республика обязана тем, что здесь практикует хирург, которого называет чудо-доктором даже журнал «ГлавВрач», ведущее российское издание для руководителей здравоохранения всех уровней, в котором замечательных врачей повидали немало.
«СРАЗУ СКАЖУ – ТЕРАПИЯ ЭТО НЕ МОЕ»
Дед, когда возвращался с войны, проезжал Алатырский район, вышел на станции, и так ему местность понравилась, что дальше решил никуда не ехать. И теперь вся родня Ворончихина в Алатырском районе, поэтому после демобилизации отец с семьей жить отправился в Чувашию.
Валентин, отслужив в армии, в военное училище поступить не смог. А на медфак ЧГУ поступил – мама очень хотела, чтобы стал врачом.
«Недавно был на стажировке в Германии. Немецкая профессура жалуется, что специальность хирурга в Германии стала непрестижна, поскольку при всей сложности их работы хирурги получают столько же, сколько терапевты, поэтому все идут в терапию, там проще. А в хирургии, как и у нас, только энтузиасты и искренне преданные своему делу люди, – говорит Валентин Владимирович. – Сразу скажу – терапия это не мое. Это я понял уже на старших курсах университета. Свою работу надо знать, любить и не бояться».
Когда Ворончихин проходил в Республиканской больнице интернатуру, как раз открылось новое отделение – хирургии печени. Начинающий доктор неплохо себя зарекомендовал, и его взяли в это отделение. Так с тех пор здесь и трудится вот уже три десятка лет, операции делает уникальные.
«Года два назад была у нас такая редкая операция – альвеококкоз печени, то есть тяжелое поражение паразитами. Для Чувашии эта болезнь не очень характерна, в основном она затрагивает регионы, где массово разводят крупный рогатый скот, передается через плохо обработанное мясо. Если не принять меры, может наступить летальный исход. Вот и заболевшей городской жительнице оставалось жить месяц-полтора, так что выбора не было – только операция. Риск, что пациентка умрет на операционном столе, был реальный. Но в случае оперативного вмешательства появлялась и надежда, – рассказывает Валентин Владимирович. – Процесс перешел уже на нижнюю полую вену – самый крупный венозный сосуд организма диаметром 2–2,5 сантиметра. И вот этот пораженный участок печени без резекции (удаления) нижней полой вены невозможно было сделать. Работала большая мультидисциплинарная бригада, в которую входили самые разные специалисты, удалили участок вены длиною более десяти сантиметров и поставили протез. Операция длилась около девяти часов. В Чувашии такую операцию до сих пор не делали. Пациентка нормально себя чувствует, регулярно шлет приветы и поздравления с праздниками».
ПАРНЯ В ГОРЫ ТЯНИ – РИСКНИ!
Впрочем, как утверждает Ворончихин, любая резекция поджелудочной железы, печени – это уникальная операция, их, кроме как в его отделении, в республике никто не делает. Он, как заведующий хирургическим отделением, исключительно высоко отзывается о своих подчиненных: «У нас работают только порядочные люди. В хирургии за год человека можно понять полностью, очень уж напряженный ритм – операции, ночные дежурства, выезды в районы. Примерно как у Высоцкого: «Парня в горы тяни – рискни! Пусть он в связке в одной с тобой – там поймешь, кто такой». А у тех, у кого в мыслях лишь деньги, карьера, в нашем отделении нет никаких шансов. У нас даже каждая медсестра – профессионал с большой буквы, просто изумляюсь их преданности своему делу».
Хирурги отделения выполняют сложнейшие операции на печени, желчевыводящих протоках, поджелудочной железе, желудке, двенадцатиперстной кишке, тонком и толстом кишечнике, селезенке при воспалительных и паразитарных заболеваниях, злокачественных и доброкачественных новообразованиях, реконструктивные и восстановительные операции.
Как подчеркивает Валентин Владимирович, хирург – это вообще «штучное изделие». Чтобы подготовить хорошего хирурга, необходимы не только вуз и интернатура, но и как минимум лет десять после окончания учебы. В хирургии, уверен доктор, должен главенствовать принцип постепенности. Только при этом условии вырастает специалист. Начинается все, как правило, с аппендицита и грыжи. И уж потом операции выдающиеся, редчайшие, единственные в своем роде…
Ну и, разумеется, отличная школа нужна. Ворончихин, к слову, с готовностью передает свой богатый врачебный опыт и обширные знания молодым специалистам, но при этом и сам не перестает учиться, искать новые методы лечения, перенимать опыт. Член ассоциации гепатохирургов России и стран СНГ, он постоянный участник международных конгрессов и всероссийских конференций хирургов, республиканских научных обществ хирургов ЧР.
ОТ «СМЕНЫ-6» ДО ПЕРСОНАЛЬНЫХ ВЫСТАВОК
Валентин Владимирович вообще легок на подъем, не только в профессиональном смысле. Большая его страсть – путешествия.
«Мне не интересно в отпуске сидеть дома или валяться на пляже, я не поклонник дачи и возни в земле. Люблю путешествовать, причем активно, – признается он. – Спускался по горным рекам на лодках, скользил на канатах со скоростью 60 километров в час, лазил по пещерам, сплавлялся на плотах, на конях по горным тропам ездил. Побывал в Венеции, на острове Бали, Лазурном берегу Франции, в Таиланде, Греции, Доминикане и так далее. Снимал горы Афганистана с борта самолета. Объехал много регионов России, мечтаю на Алтай съездить, Дальний Восток мне очень интересен, озеро Байкал. Так что есть еще на что посмотреть. Путешествую два раза в год, разбивая отпуск надвое. Поездка занимает две недели максимум».
Ну а с собой, если куда едем, мы ведь все фотоаппарат берем. Вот и Ворончихин так же. Начинал в детстве со «Смены-6», темной ванной, проявителей-закрепителей – через все прошел. Сейчас снимает фотоаппаратом профессиональным, и вполне профессионально.
Тут надо сказать, что путешествует Ворончихин с друзьями по спорту и художниками. Что касается спорта, то доктор имеет хорошую спортивную подготовку – долгое время занимался рукопашным боем, имеет третий спортивный разряд по парашютному спорту.
А художники высоко оценили его мастерство, когда увидели богатейшую коллекцию снимков, и вынесли вердикт: «Надо выс-тавляться». Сам автор более критичен и признается, что многие свои снимки сейчас оценивает иначе и на сей раз сделал бы все по-другому.
Тем не менее, когда в прошлом году в Национальной библиотеке открылась выставка «Валентин Ворончихин и его друзья», рядом с его работами безо всякого сомнения расположили свои полотна известные мастера кисти Ревель Федоров, Миша Григорян, Константин Долгашев, Геннадий Козлов и другие. А затем «Фотографические зарисовки Ворончихина Валентина Владимировича – Мгновения» были выставлены и в Художественном музее.
А еще доктор с детства увлекается марками. Такой коллекции, как советский спорт и живопись, наверное, ни у кого нет. Его гордость – самая первая серия «Советский спорт» 1935 года.
ПОСЛЕДНИЙ ШАНС
К хирургу Ворончихину едут со всей России. Врач не скрывает, что часто берется за таких больных, от которых отказались в других лечебных учреждениях.
Вот, к примеру, в Ядрине была история. У молодой женщины спаечная болезнь, в животе было все замуровано, кишки – чуть дотронешься, разваливаются. Предыдущие операции не помогли. Воевал буквально за каждый сантиметр, перебирал петли кишечника много часов подряд. Сейчас пациентка жива-здорова, прекрасно себя чувствует. А резонанс тогда в городе был огромный, ведь уже никто ни на что не надеялся.
«Мой самый любимый раздел хирургии – хирургия брюшной полости. А в ней долгое время вплотную занимался острым панкреатитом, написал на эту тему диссертацию. Сейчас меня больше привлекает хронический панкреатит. Это, возможно, самая распространенная патология у человека», – говорит Валентин Владимирович.
Как он рассказал, панкреатит возникает из-за приема алкоголя, жирной, жареной, острой пищи. При этом следует учесть, что поджелудочная железа не восстанавливается. В отличие от печени, у которой хорошая регенерация – даже когда от нее отрезают семьдесят процентов и остается лишь тридцать.
Понятно, что больным после подобных операций необходимо соблюдать строжайшую диету. К сожалению, часто люди ведут себя весьма легкомысленно. А потом звонят доктору: «Спаси, сохрани!». «На больных не сержусь, чего на них злиться – человек слаб, – признается хирург. – Хотя был вот в Германии, так тамошние коллеги порой просто не понимали моих вопросов – у них больные так себя, конечно, не запускают, гораздо тщательнее следят за своим состоянием».
А напоследок почти анекдот.
Представьте себе, в отделении и юмору место находится. Оперировали дедушку с камнями в желчном пузыре. Удалили. А поскольку больные обычно просят камни на память, хирург и протянул их деду. Тот тут же взял камни и на глазах у опешивших медиков закинул их в рот и заглотил – оказывается, думал, таблетки.
И так бывает…

ДОСЬЕ «СЧ»
ВОРОНЧИХИН Валентин Владимирович
С 1986 года в практической медицине, работает в Республиканской клинической больнице. С 2011 года заведует хирургическим отделением. Кандидат медицинских наук. Заслуженный врач Чувашской Республики. Лучший хирург года Чувашии-2000.
Автор и соавтор более 80 научных трудов.
Женат. Жена – врач-терапевт.
Отец двоих детей.

 

Опубликовано: 30 июня 2016 г.


Читайте также:

Один Ответ

  1. Валентин Владимирович — редкий человек. Он сочетает в себе высокий профессионализм и доброту человеческую. Я и Олег Роман, его пациенты, благодарны за успешную операцию и лечение! А самое главное — за его жизненную философию.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.