Из хроники вчерашнего времени

Может ли небольшая колонка новостей зажить в газете собственной жизнью, войти в историю местной журналистики и на свой день рождения приглашать первых лиц региона? Может. Если это «Хроника вчерашнего дня».
Октябрь 1991-го. Позади августовский путч. Ларисе Алексеевне Буланкиной, уже переведенной из замов редактора в завотделом новостей, стало скучно делать просто новости. И появилась «Хроника вчерашнего дня» — с самыми свежими, самыми интересными, как сейчас говорят, эксклюзивными новостями. Вместо заголовков в «Хронике» шло время: 11.30, 16.00, полпервого ночи. Иногда время действительно было указано с точностью до минуты. Чаще — условное, но читатели условность приняли. Многие признавались, что с появлением «Хроники» начали читать газету не с 4-й а с 1-й полосы.
Работали над новостями 3-4 человека. Роскошь по нынешним временам. Но тогда и условия были иные. Никаких компьютеров и кап.ру; авторучка и телефон, не кнопочный даже, дисковый: к вечеру трудовые мозоли «хроникам» были обеспечены. Утро начиналось с обзвона редакций районных газет. Районы, кстати, между «хрониками» были строго поделены; звонить «чужим авторам» дозволялось только во время отпуска или болезни коллеги. Но конвенцию соблюдали не всегда. Из 401 кабинета, базы «хроников», периодически неслись крики: «Ты зачем моей Стариковой звонил?», «А ты зачем в моем Канаше новость брала?!»
О, бедные наши районщики! С настырностью заезжих коммивояжеров, упрашивая и подлизываясь, каждый день мы вытягивали из них что-нибудь этакое, необычное и злободневное. Коллеги вздрагивали от звонков, но новости готовили. Поклон за терпение Галине Стариковой из Порецкого, Геннадию Яковлеву из Мариинского Посада, урмарцу Анатолию Хованскому, шемуршинцу Геннадию Смаеву и многим другим. И, конечно, собкорам Людмиле Смагиной, Льву Кузьмину, Анатолию Тимофееву — им тоже доставалось ежедневных хлопот от «хроников».
Жила, впрочем, «Хроника» не на одних районных новостях. У Буланкиной были свои информаторы в погонах, поставлявшие ей криминальный эксклюзив. Новости эти, как горячие пирожки, тут же разбирали центральные газеты (иногда, увы, без всякой ссылки на «СЧ»). У меня тоже был свой вип-информатор, Валерий Сапожников, в ту пору — замминистра образования. Бывало, звонил из Москвы: так, записывай — сегодня поездом отправляем детей в Артек. Недавно, кстати, верному другу «Хроники» исполнилось 80 лет. С юбилеем вас, Валерий Васильевич! И спасибо за те новости!
…После обеда в отделе наступал самый важный момент, называемый «продать новость». Покупалось не все. «Инфы» об открытии очередного колбасного цеха и очередном украденном велосипеде ложились под сукно, в стопку неизданных хроник. Но и то, что «купили», далеко не сразу шло в верстку. «Начало ни о чем, небось, самой было скучно писать? — придирался начальник. — А вот тут факт надо перепроверить». И уличенные в халтуре «хроники» плелись уточнять и переписывать. В это время на пороге новостного отдела появлялся сидевший в соседнем кабинете Николай Скок и с сочувствием изрекал классическое: «И лица у них, как у всех пишущих, были скорбные»…
…Была в отделе своя Доска почета — советская фотография конников-юнармейцев в буденовках. На этот снимок «хроники» на жвачку лепили личные фото: ударник, сдавший больше всех новостей за неделю, ехал впереди на вороном коне, лодырь отсиживался в кустах. Была и система штрафов: в банку из-под кофе все, и завотделом тоже, кидали деньги за невыполнение нормы (2 новости в день), за хронику, сданную после 18 часов. Тарифы по тем деньгам составляли от 10 до 100 рублей. «Общак» после тратился на кофе и тортики. Однажды старожил «Хроники» Николай Киселев решил обмануть систему — весь день пробездельничал, а вечером кинул в банку 200 рублей, оптом, за все несданное. Но систему не объедешь — тут же был учрежден новый штраф «за наглость», почти в десять раз превышающий все предыдущие.
Киселев, кстати, был коренным москвичом, бывшим сотрудником «Вечерки». Полюбив девушку из Чебоксар, он продал квартиру в столице и приехал в Чувашию на ПМЖ. Работать предпочитал по настроению, но если надо было помочь другу, настроение не считалось. Еще один ветеран «Хроники», Олег Ерусланов, сын писателя, имел особый дар находить супертемы. Я чуть не плакала от зависти, слыша, как Олег записывает новость про пикет сельских врачей и коров, жующих на лугу листовки. Но кратко изложить сюжет Ерусланов категорически не умел — минимум полторы страницы убористым почерком. На его просьбы сократить новость я отнекивалась — самой хронику сдавать надо. А добрый Киселев тут же брался минимизировать текст. И слава богу, иначе сидели бы всем отделом на работе до восьми вечера.
…Но даже с учетом этого, к вечному возмущению ответственного секретаря газеты Виталия Васильева, работу «хроники» завершали позже всех — процесс поиска новостей был помножен на максимализм Буланкиной. Да, работалось непросто, и белой и пушистой Ларису Алексеевну никто бы не рискнул назвать. Но лично меня всегда подкупал ее профессионализм и готовность прийти на выручку. Не только журналистским советом — Буланкина могла помочь устроить родственника в больницу, вытащить из милиции попавшего в передрягу журналиста. Помню, уже в постхроничные времена возвращаюсь с задания — навстречу из Дома печати с одинаково встревоженными лицами вылетают Буланкина и одна из коллег. Выяснилось: ребенок коллеги решил податься в бега. Милиция уже была поднята «на уши», а сейчас дамы мчались прояснять обстановку на ж/д- и автовокзалах.
…К первой своей круглой дате «Хроника» подошла исключительно женским составом. Мужчины жесткого режима не выдержали, в отделе остались Буланкина, автор этих строк и новичок Зинаида Шитлаева. Юбилей рубрики торжественно отметили выпуском целой полосы с карикатурами и кроссвордом о «Хронике», а руководитель республики лично приехал в редакцию с поздравлениями и подарками. После этого «Хроника» просуществовала еще два года, до 1998-го, когда дамы-«хроники» ушли от новостной кабалы на вольные хлеба, в отдел социальной жизни. А колонка новостей в газете осталась. Но это были уже совсем другие новости.

Из хроники вчерашнего дня. 1991 год
00:00–06:00. Ночью на железнодорожную станцию Чебоксары прибыло несколько вагонов с продовольственными товарами.
Это две цистерны с подсолнечным маслом, два вагона с кондитерскими изделиями (среди которых конфеты, какао) и один с сахаром. Есть надежда , что некоторые чебоксарцы смогут скоро поменять свои талоны на что-нибудь съестное.
8:30. Новый вид транспорта начали осваивать милиционеры Урмар: по своим подведомственным территориям они отправились на… велосипедах.
Укрепить таким образом техническую базу местной милиции решила местная администрация, подарившая ОВД два новых велосипеда. Возможно, что вскоре на велосипеды пересядут и другие стражи порядка, поскольку с приобретением горючего для транспортных средств у милиции в отличие от преступников масса проблем.
9:00. Филиалы Сбербанка столицы республики начали выдачу своим клиентам поступивших в город 200-рублевых денежных купюр.
Точное количество новеньких хрустящих банкнот, которые получат в ближайшие дни чебоксарцы, редакции неизвестно, однако по информации банка, этих денег хватит городу примерно до конца декабря.

ЕКАТЕРИНА КАЗНИНА,
общий стаж работы в «СЧ» 26 лет

Фото: «Сколько вас в отделе информации работает?» — «С Буланкиной — четверо» — «А без нее?» — «А без нее — никто» (из подборки анекдотов, опубликованной к пятилетию «Хроники»).

Опубликовано: 14 апреля 2017

Один Ответ

  1. Я знаю все про всех. И про Буланкину и Казнину. Киселев THE BEST!!!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.