Во вторник в Чебоксарах открыли оперный фестиваль

кармен22КАРМЕН В ВЕЧНОМ ДВИЖЕНИИ + ФОТОРЕПОРТАЖ

25 ноября премьерой самой популярной оперы всех времен и народов в Чебоксарах открыли XXIV Международный оперный фестиваль имени М.Д. Михайлова. У «Кармен» в нашем театре была уже долгая и счастливая жизнь. Более сорока лет назад ее ставил здесь Борис Марков, в конце прошлого столетия спектакль возобновляли. Но, задумавшись над сменой обветшавших костюмов и декораций, в театре решили, что нужна и новая, свежая трактовка оперы. Публика согласилась: на премьере яблоку негде было упасть.
Над новой постановкой работали блестящая характерная танцовщица Юлиана Малхасянц, которая взялась и за постановки оперных спектаклей, а также художник Дмитрий Чербаджи. Балерина Большого театра и действительный член Российской академии художеств вместе сделали уже не один спектакль. Их творческому дуэту 15 лет. К «Кармен», кажется, сам бог велел приложить усилия режиссеру-­хореографу, настолько и сам сюжет о вольнолюбивых контрабандистах, и опера Жоржа Бизе полны движения и страстей. Ассистентами Юлианы Малхасянц в этой работе и как хореографы, и как режиссеры выступили Айдар Хисамутдинов, солист Чувашского театра оперы и балета, ищущий себя и в качестве постановщика, и уже немало показавшая себя в этом Елена Лемешевская. То есть опера полностью попала в руки хореографическим профи.
И это стало как плюсом, так в чем­-то и минусом постановки. Опера подверглась логичным сокращениям, из четырех актов осталось два. Ни одной известной темы опера не утратила. Однако худрук и главный дирижер театра Ольга Нестерова с первых же минут взяла такой темп, что и без того темпераментная музыка «Кармен» будто взвилась на новых скоростях. Режиссер же, имеющий прямое отношение к танцу, естественным образом выбрала принцип некоего оперно-­балетного микса, требуя не только от хора и кордебалета, но и от солистов максимальной вовлеченности в жаркую и бурную жизнь на сцене.
Постановщики добивались эффекта «вечного двигателя», когда движение на сцене не прекращается ни на минуту, одна сцена естественно перетекает в другую. Зрителя это без сомнения завораживает. Смешались в одно хористы и кордебалет, «население» знойной Севильи, внимательно наблюдающее за историей Кармен, а то и подбрасывающее в этот костер свои поленья.
Однако в некоторые моменты возникает ощущение, что танец «перетягивает одеяло на себя». Самыми эффектными сценами выглядели не любовные и трагические дуэты главных героев, а танцы на площади и в таверне. Когда же на сцену выходят сами Лемешевская и Хисамутдинов, то становятся нешуточными конкурентами солистки из Екатеринбурга и нашего тенора Ивана Снигирева, то есть такими же Кармен и Хозе, но только в танце. Замечательной меццо­сопрано Надежде Бабинцевой в такой сцене явно приходится бороться за право оставаться главной.
Режиссер еще перед началом работы пообещала, что артисты уйдут от вечного фронтального исполнения. Это удалось не совсем, певцам все равно требуется правильно подать голос. Но дуэты Кармен и Хозе были уже гораздо больше похожи на драматические сцены, нежели на «стоячее» пение. Надежда Бабинцева, для которой Кармен – одна из значимых партий (она участвовала и в постановке этой оперы в румынском городе Крайова), сильная актриса, и кроме наступательной энергии своей героини ей подвластна масса полутонов этого образа.
Замыслу во многом помогала и мобильная декорация без привычного «задника», выполненная на театральном круге и этим похожая на музыкальную шкатулку, внутри которой выстроены и крутятся то площадь в Севилье, то таверна, то какие-нибудь тропы в Пиренеях. Это чудесно работает на динамику спектакля, хотя так же чудесно лишний раз подчеркивает условность происходящего, в чем-то даже кукольность, как и подобает музыкальной шкатулке.
Художник практически исключил из палитры темные, а тем более черные, краски, будто закрасив трагические предчувствия в этой истории белым и бежевым. С этим можно соглашаться или нет, но ощущение искрящегося испанского праздника, полной риска жизни вольных горячих людей постановщикам передать удалось.
С трагизмом немного сложнее. Некоторые сцены, например, вербовка Хозе в контрабандисты, по ритму и «примочкам» смотрелись чистой опереттой. Настойчивые манипуляции с красным плащом тореадора Эскамильо в исполнении Ивана Николаева тоже немало позабавили публику. Однако не привыкшего к таким выкрутасам солиста это пусть на йоту, но выбивало из дыхания перед решительными ариями.
Огромную искренность и необходимую трагическую ноту внесла в это действо Татьяна Тойбахтина в партии Микаэлы, невесты Хозе. Эта настоящая, «правильная» лирическая героиня оказалась очень созвучной нашей дипломантке Международного конкурса.
Играли премьеру два вечера подряд. Такое нововведение пару лет назад и зрителям, и самому театру пришлось по вкусу: во-первых, не всем удается попасть на открытие, во-вторых, премьеру поют сразу два состава, и это в результате два разных спектакля.
Вчера в партиях трагических влюбленных из Севильи к публике вышли Ольга Вильдяева и Дмитрий Семкин, Микаэлу пела Мария Еланова.
Можно сказать, что в нашем театре появилась еще одна «компактная» опера, мобильный и динамичный спектакль, курс на которые театр взял несколько лет назад. Практика проката оправдывает такой подход. Зрители подобные спектакли, например, «Аиду» и «Отелло», смотрят с интересом, соседние театры приглашают их на гастроли и даже собираются перенимать практику.
Сегодня фестиваль продолжится оперой Джакомо Пуччини «Флория Тоска», в которой выступит целое созвездие именитых гостей – солистка Московского музыкального театра имени К.С. Станиславского и В.И. Немировича-Данченко Наталья Мурадымова, солист Большого театра Владимир Редькин и Ованес Айвазян из Армении. За дирижерский пульт встанет красноярский маэстро Анатолий Чепурной.

Фоторепортаж Максима ВАСИЛЬЕВА:

navigate_before
navigate_next

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.