«Обратная сторона Луны» мюзикла «Нарспи»

Основатель мюзикла американский композитор Д. Керн как-то заметил, что его «курице» пришло время научиться нести золотые яйца.
Бродвейская ирония восьмидесятилетней давности остается актуальной и сегодня, ведь классические формы продолжают терять привлекательность, особенно у молодежи. Притягивает же публику «легкость» восприятия. Тут можно вспомнить и историю других жанров (например, оперетты), появление которых вызвано переориентацией общественных вкусов и потребностей.
Между тем, из уст государственных мужей не раз звучали слова о необходимости поиска новых современных форм зрелищ, о стремлении к «мировым показателям труда и о профессиональной агрессивной деятельности на рынке, в том числе культуры». Ведь капитализация творческого процесса не значит снижение эстетического уровня произведений. Она трансформируется в шоу-бизнес со своей специфической технологией.
В России практически нет опыта создания национальных по содержанию и коммерчески привлекательных по форме современных зрелищ. И мюзикл «Нарспи» можно оценивать как особое явление культуры. Это – не репродукция уже известных проектов (например, «Кошки», «Нотр Дам де Пари»), не интерпретация литературного сюжета, а стилизованная трансформация классического произведения национальной культуры на современный зрелищный язык.
Дух свободы поэмы К. Иванова гармонически передан разнообразием эстрадных средств и методов. И эта, чрезвычайно смелая продукция – мюзикл – может стать мощным стимулом в подлинном развитии чувашского эстрадного искусства, похожего сегодня чаще на любительский песенный фестиваль, неконкурентоспособный на российском шоу-рынке.
Профессиональная музыка Н. Казакова в блестящей аранжировке В. Игнатьева – это синтез лирической красоты и драматизма мелодий, интонаций модных музыкальных стилей и этнических тем чувашской музыки. Что делает композитору честь стать пионером жанра в Чувашии.
Отвечая художественным принципам жанра, мюзикл «Нарспи» построен по «номерному» принципу: каждый из номеров имеет законченную смысловую идею и может предстать отдельно в другом зрелище. Хотя, заметим, музыкальная драматургия тяготеет к более развернутому сценическому действию, как в рок-опере. Но разговоры о рок-опере, у которой другая сценическая технология, в отношении «Нарспи» беспочвенны. Видимо, авторы этих предположений имеют в виду саму музыку. Но сценическая версия постановщика Андрея Сергеева – настоящий мюзикл, в котором, правда, есть и плюсы, и минусы.
Музыкальная игра выстроена на простом динамическом переходе от номера к номеру, от чего «концертность» мюзикла усиливается. (Вот только интервалы между выходами актеров образуют зрелищную пустоту. К тому же мюзикл как крупная эстрадная форма нуждается в более широком сценическом пространстве, чем сцена филармонии.) Создание образов в мюзикле неравнозначно театральному. Эстрадность не дает свободы перевоплощения, поэтому говорить о целостности художественного образа не приходится. Скорее всего, здесь лучше употребить слово «маска». Актеры в мюзикле не проживают жизнь своего героя. Их характеры не претерпевают больших изменений, а перевоплощение лишь трансформируется ситуацией, заданной сюжетом поэмы. И это естественно, ибо мюзикл «Нарспи» – продукт эстрады, в которой немыслим развернутый психологический характер. Он легкий, созданный внешними приемами – жест, пластика, голос, музыка. Все это подтверждает, что режиссер А. Сергеев создал мюзикл. А в руках другого постановщика «Нарспи» могла бы стать и рок-оперой.
Хореография профессиональна и авангардна, насыщена силовыми трюками. Но на ее ярком фоне особенно заметно несовершенство физической подготовки и актерского мастерства любительского балета: владение корпусом, центровка внимания, синхронность движений, а «поиск на полу иголки» – не лучший показатель для любого артиста.
Известно, что мюзиклизация московской сцены по образцу западной фабрики шоу-бизнеса – кастинг, профессиональный тренинг, большой бюджет, постоянный прокат, а также дорогостоящие гастроли – получается не всегда. И «Нарспи» вряд ли преодолеет этот рыночный барьер.
Массовый выпуск дисков с музыкой Н. Казакова – это, конечно, толчок для развития жанра. (Мне как иллюзионисту интересны, прежде всего, инструментальные композиции мюзикла «Нарспи», ярко выражающие магическую суть циркового фокусного аттракциона по мотивам чувашских легенд).
Но эпизодический прокат мюзикла не поддержит альтруизм участников балета, и эйфория вокруг постановки мюзикла вскоре пройдет. Так почему бы на базе мюзикла не создать мюзик-холл, не важно, государственный или коммерческий?
…Первое – не значит хорошо или плохо. В этом я вижу главную суть нового-хорошего. Надо сделать все , чтобы «курица» научилась нести золотые яйца.

Владимир АЗАМ.

Тэги:
Без рубрики

2 Ответы

  1. Мюзикл «Нарспи» — прорыв культуры Чувашии. Понравилось все до мелочей: музыка, танцы, костюмы, артисты… Супер!

  2. Согласна с господином Азамом. Как раз недавно в первый раз была на постановке и меня не оставляла мысль, что такое зрелище нужно показывать, прежде всего, не нам, местным, знакомым с первоисточником, а приезжим, гостям столицы, туристам. А они бывают, в основном, летом, когда театры, увы, не работают. С этим надо что-то делать. Мюзикл «Нарспи» прекрасен и на нем можно и нужно зарабатывать. Не нужно стесняться показывать свою культуру, пусть даже в таком легком «эстрадном» варианте. Зато сколько впечатлений увезут с собой гости!
    Только вопрос: кто должен поднапрячься, чтобы это осуществилось — Министерство культуры или иное ведомство?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.