Не вернулся с боевого задания…

Петр Сатушкин. Фото с сайта pobeda1945.su…Их поймали уже через день после побега, 28 октября 1944 года. Обстоятельств самого побега мы не знаем, да и дата под вопросом – у кого-то из его участников, например, у нашего земляка Петра Сатушкина, в персональной карте военнопленного указано 27 октября, хотя общепризнанной датой считается именно 26 октября. О массовом побеге (8 заключенных!) узнала вся Германия, для разборок в шталаг № 2 Люфтваффе, специальный концентрационный лагерь для военнопленных советских летчиков, срочно приехал рейхсмаршал Герман Геринг, второй человек в рейхе.
ШАГ ВПРАВО, ШАГ ВЛЕВО – РАССТРЕЛ…
30 октября схваченных беглецов передали в гестапо. Дальше у каждого из них в персональных карточках (Personalkarte I) своя запись о дальнейшей судьбе: казнен, расстрелян, убит при побеге… И ни слова о малодушии и предательстве – никто не выдал друга, каждый принял смерть достойно.
Их, восьмерых советских летчиков, волею судьбы оказавшихся за колючей проволокой в фашистской Германии и совершивших побег из концлагеря, связали непоколебимая вера в победу, верность присяге и доверие друг к другу. Ведь каждый решал для себя труднейшую задачу: раскрыть свои планы другому или нет. Цена ошибки – жизнь.
С Сашей Мастаковым и Борисом Задворных Петру Сатушкину было проще – они служили в соседних эскадрильях, виделись и общались практически каждый день, а нередко приходилось и прикрывать друг друга в круговерти воздушного боя. Борис Задворных, хотя и младше, парень не раз проверенный, не случайно его выдвинули на должность командира звена. Он был сбит неделей раньше, никто в полку и не знал о его судьбе. Встретив его пусть и в концлагере, но живым, Петр с Александром обрадовались. Борис и познакомил их со здешними порядками. Впрочем, этого и не требовалось, достаточно было одного взгляда: шаг вправо, шаг влево – расстрел.
Лагерь для советских летчиков-военнопленных – это два десятка бараков, отделенных от внешнего мира двумя рядами колючей проволоки, часовые на вышках с пулеметами МГ, направленными вдоль колючки и готовыми дать смертельную очередь по каждому, кто приблизится к ограждению.
Здесь заключенные должны были забыть свои фамилии и имена, им всем дали лагерные номера. Петр Сатушкин стал номером 4054. По аналогии с судьбами других военнопленных летчиков мы можем предположить, что и с нашими героями были проведены допросы с пристрастием для выяснения тактико-технических данных наших самолетов, сведений о воинских частях и их дислокации. То, что в персональных картах нет ни одного компрометирующего слова, и то, что им в ближайшие недели доверили свои тайные планы другие летчики-военнопленные, доказывает – Петр и его товарищи прошли это испытание с честью.
Мы вряд ли узнаем, кто к кому подошел первым, заговорил или подал тайный знак, предложил устроить побег. Но известно, что их было восемь человек: гвардии майор Николай Власов, старший лейтенант Борис Задворных, лейтенант Виктор Курдаев, младшие лейтенанты Петр Сатушкин, Иван Смирнов, Александр Мастаков, Николай Лонин, Яков Марков.
Их побег вряд ли был шагом отчаяния – каждым своим поступком, каждым своим действием они шли к нему – к готовности пожертвовать собой ради Победы.
О НАГРАДЕ УЗНАТЬ НЕ УСПЕЛ
Ознакомимся с боевым путем только одного из них, нашего земляка Петра Сатушкина. Парень из деревни Сыреси Кувакинского (ныне Порецкого) района еще в школе готовился к защите Отечества. Настоящим событием для него стало поступление в Алатырский аэроклуб в группу инструктора Александра Суворова, будущего Героя Советского Союза. В июле 1940 года в числе 42-х учлетов Петр сдал испытания и получил свидетельство о его окончании. Знания и навыки, полученные под руководством Суворова, не раз помогали Петру Сатушкину выйти победителем из многочисленных воздушных боев.
В качестве пилота 1-й авиаэскадрильи 696-го авиаполка Петр Сатушкин совершил 220 успешных боевых вылетов, за что был отмечен орденом Отечественной войны II-й степени и медалью «За оборону Ленинграда», произведен в младшие лейтенанты.
С лета 44-го Петр Сатушкин – летчик-истребитель 845-го истребительного авиационного полка 269-й Новгородской истребительной авиационной дивизии. И здесь он был на хорошем счету.
14 августа 1944 года в ходе воздушного боя 4 наших самолетов с 24 самолетами врага Сатушкин лично сбил 2 самолета врага и при втором вылете в этот же день в ходе боя 6 советских самолетов с 14 самолетами ФВ-190 сбил еще один самолет. За боевые подвиги этого дня Петр Сатушкин был представлен к ордену «Красное знамя», но сам об этом, увы, уже не узнал. Когда командующий 14-й воздушной армией генерал-лейтенант Журавлев 26 августа 1944 года ставил свою размашистую подпись под наградным листом нашего земляка, Петр Сатушкин уже вел неравный воздушный бой с фашистскими истребителями в районе местечка Дорпат. В этом бою самолет младшего лейтенанта был сбит…
ОШИБКА В ПЕРЕВОДЕ
Каждый раз, выясняя судьбу неизвестного ранее героя или рядового защитника Отечества, я пытаюсь понять: как же так вышло, что мы о нем столько лет не знали? Вопрос далеко не праздный – выясняя причины этого в каждой конкретной ситуации мы получаем необходимые навыки для того, чтобы пролить свет на жизненный путь десятков других защитников Отечества.
Исследуя судьбу нашего земляка Петра Сатушкина, пришлось пересмотреть несколько тысяч документов в электронных базах данных в сети Интернет и в хранилищах Центрального архива Министерства обороны РФ. В большинстве архивных документов он до сих пор числится пропавшим без вести. Например, в Книге Памяти Чувашской Республики его имя упоминается даже дважды. На стр. 410 тома 2 части 1 и на стр. 72 тома 6. В одной и той же Книге Памяти наш герой то лейтенант, то младший лейтенант, есть и другие неточности. Это к вопросу о том, почему мы не знаем. Не только в годы фронтового лихолетья, но и в мирное время мы допускаем досадные ошибки.
Один из первичных документов, рассказывающий о судьбе младшего лейтенанта Сатушкина, – именной список безвозвратных потерь офицерского состава 14-й воздушной армии и частей оперативного подчинения за время с 10 по 20 сентября 1944 года. У читателя может возникнуть вопрос: причем здесь списки за сентябрь, если Сатушкин был сбит еще 26 августа. В соответствии с действовавшим порядком, к числу пропавших без вести бойцов и командиров относили тех, кто в течение 15 дней отсутствовал в части по неизвестной причине и поиск его не дал результатов. Из упомянутого выше списка мы узнаем дополнительные сведения о Сатушкине: уроженец местности – «Горьковская обл. Посрецкий р-н село Сыреси». Каким РВК призван: «Посрецким РВК Горьковской обл. в 1940 г.» (Чувашская АССР в 1929–1936 гг. входила в состав Нижегородского (с 1932 г. – Горьковского) края (с 1936 г. – Горьковской области). Когда и по какой причине выбыл: «26.08.44 г. Не вернулся с боевого задания». Конечно, такая информация вовсе не способствовала правильному формированию списков для издания региональных Книг Памяти.
Но больше всего запутала исследователей ошибка при переводе трофейной картотеки военнопленных офицеров, хранящейся в настоящее время в фондах Центрального музея Министерства обороны РФ. Неизвестный нам военный переводчик в середине 50-х годов, обрабатывая карточку Сатушкина Петра Ефимовича, написанную по-немецки фамилию «Satuschkin» расшифровал как «Затушкин» – со звонким «З» в начале фамилии. Вот и наглядный урок для всех, кто пытается разгадать белые пятна истории Великой Отечественной войны.
НАШИ ЗЕМЛЯКИ В ШТАЛАГЕ № 2 ЛЮФТВАФФЕ
Были и другие побеги из лагеря. Мало того, среди их участников удалось разыскать еще одного земляка – младшего лейтенанта Павлова Григория Павловича, 29.12.1916 г.р., уроженца д. Кукары Вурманкасинского сельского поселения Цивильского района, летчика резервной авиационной группы № 4 431-го штурмового авиационного полка Юго-Западного фронта, попавшего в плен 14.12.1943 г. в районе города Белая Церковь.
По сведениям Книги Памяти Чувашской Республики (часть 1, том 2, стр. 179) он считается погибшим 20.3.44 г., место захоронения неизвестно. В документах Центрального архива Министерства обороны РФ удалось обнаружить персональную карту, заведенную на него в шталаге 171 Белая Церковь, затем Павлов был переведен в город Литсманнштадт в шталаг Люфтваффе 2. 7.03.1944 г. его определили на работы в составе команды 3949 в деревню Хехендорф (и как такого не использовать – здоров, рост 174!).
В персональной карте есть описание его внешности: волосы светлые, лицо круглое, уши нормальные, глаза зеленые-серые, брови темные и тонкие – это все фиксировалось на случай побега и необходимого розыска. Так и вышло – 7 июня 1944 года Григорий Павлов, улучив во время работы удобный момент, совершил побег. А 12 июня в его лагерную учетную карту внесена запись – «auf Flucht erschossen» (расстрелян при побеге). 13 июня он был захоронен на деревенском кладбище Хехендорф (последний ряд, левая половина кладбища, могила № 6).
Кстати, в этом же лагере содержались и умерли красноармейцы Костюнин Михаил Степанович, 1924 г.р., уроженец д. Миренки Алатырского района (в Книге Памяти Чувашской Республики – часть 1, том 5, стр. 150-156, Миренский сельсовет – его фамилия отсутствует вовсе) и Денисов Георгий Денисович,1921 г.р., уроженец д. Айбечи Ибресинского района (в Книге Памяти – часть 1, том 4, стр. 169, Айбечский сельсовет – его фамилия также отсутствует).
Имена героической восьмерки увековечены в региональных Книгах Памяти. В том числе имя Петра Сатушкина – в Книге Памяти Чувашской Республики и Книге Памяти Калининградской области (том 10, стр. 477 и дополнительный том 13, стр. 137, там он значится как Затушкин). Но достаточно ли этого для увековечения памяти Петра Сатушкина и его боевых товарищей?
Прежде всего, наверное, требуется решение военного комиссара по Шумерлинскому и Порецкому районам о признании младшего лейтенанта Сатушкина Петра Ефимовича погибшим при совершении побега из шталага Люфтваффе 2. Необходимо также внести соответствующие поправки в obd-memorial.ru, Книгу Памяти Чувашской Республики, в списки невернувшихся с фронта участников Великой Отечественной войны по Сыресинскому сельскому поселению и Порецкому району, Вурманкасинскому сельскому поселению и Цивильскому району. Организовать вручение родственникам Петра Сатушкина и Григория Павлова документов о награждении их орденами Красного Знамени, неполученными ими в связи с пленением и гибелью.
Надо продолжить исследование судеб Петра Сатушкина и Григория Павлова – в них еще много невыясненных эпизодов. Воспитывать на их примерах подрастающее поколение. И просто не забывать, что были на земле такие люди.

При подготовке статьи использованы материалы:
Центрального архива Министерства обороны; объединенных баз данных – www.obd-memorial.ru и http://podvignaroda.mil.ru; портала о фронтовиках – www.pobeda1945.su; музея республиканского совета ДОСААФ России.

Опубликовано: 23 ноября 2016

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.