Чебоксарские адреса

Нынешний вид дома Игумнова. Фото На-связи.ru

ВТОРАЯ ЖИЗНЬ СНЕСЕННЫХ ПАМЯТНИКОВ

Сделать из Западного косогора Чебоксар музей русского зодчества под открытым небом, где горожане и гости могли бы прогуливаться, любуясь старинными храмами и особняками, построенными в прошлые века. Эта мысль воодушевляла архитекторов, в конце 70-х проектировавших акваторию будущего залива. Уже было понятно: в связи со строительством ГЭС и образованием водохранилища историческая часть Чебоксар уйдет под воду. От нее оставался лишь один «осколок» – Западный косогор, и именно туда решено было «перенести» наиболее ценные памятники архитектуры 18 века, попадающие в зону затопления. Изначально таких было 8. Проектировщики думали: в 1980 году здания будут разобраны на блоки, и после завершения строительства станции, рабочие ГЭССТРОЯ приступят к воссозданию старинных особняков. Судьба распорядилась иначе. Восстановить удалось только два здания: палаты Козьмы Кадомцева (о них мы рассказывали в номере от 3 ноября) и дом Игумнова.

ДОМ, ГДЕ ГОСТИЛ ПЕТР I

Соляная контора, дом купца Игумнова, дом с контрфорсами. Кто не знает – ни за что не догадается, что это одно и то же здание. На протяжении двух с половиной веков оно простояло возле Свято-Троицкого монастыря на спуске к Волге. С одной стороны дом был двухэтажным, с другой – одноэтажным. И с лицевой стороны главного фасада были устроены контрфорсы, препятствующие сползанию его со склона. Археолог Александр Соколов полагает, что эти «подпорки» делали дом еще и сейсмически устойчивым. Конечно, разрушительных землетрясений в Чебоксарах никогда не было, но это не означает, что их вообще не может быть. Та же ГЭС, например, рассчитана на подземные толчки силой до семи баллов по шкале Рихтера.
Вообще «соляной конторой» один из исследователей назвал его по ошибке. Потом историки выяснили, что соль здесь никогда не хранили и не продавали – дом был жилым, но название прижилось. «Игумновы – это очень богатая купеческая фамилия, из числа «гостиной сотни», т.е. обладавшая определенными привилегиями, – рассказывает историк Юрий Гусаров. – Усадьба Игумновых состояла из двух домов: южного и северного. Почему восстановили только один дом – для меня загадка. И непонятно, кстати, какой – южный или северный».

Дом стоял на самом берегу Волги, ниже мужского монастыря, и попадал в зону затопления. На этой фотографии за ним еще виден лишенный креста купол Успенской церкви. Именно этот особняк в 1994 году восстановили первым и за государственный счет.

Еще предстояло воссоздать палаты Козьмы Кадомцева и особняк Зелейщикова, но дому Игумнова, можно сказать, повезло больше всех. «Проект разработал московский институт «Спецпроектреставрация» на основе исследований, которые проводились перед разбором здания, – говорит директор Госцентра по охране культурного наследия Чувашии Николай Муратов. – Здесь полностью восстановлен карниз. Верхний ряд городков и три ряда поребриков – это когда кирпичи стоят углом. Все выдержано в традициях русского зодчества 17-18 веков. Те, кто помнит Чебоксары еще до затопления, говорят: такого крыльца у дома не было. Оно было утрачено в советские годы, но исследователям удалось выяснить, что изначально на второй этаж прямо с улицы вела лестница».

Эти дома-палаты, как и все произведения той эпохи, не штукатурили – была обмазка. Известковым раствором делали затирку, поэтому видна была фактура кирпича, на солнце появлялись светотени.

Это единственное из восстановленных зданий, где еще частично использовался старинный большемерный кирпич – тот, что уцелел. За полтора десятка лет, которые прошли с момента разбора купеческих домов и Крестовоздвиженской церкви, их фрагменты, хранившиеся под открытым небом, превратились в труху.
В 2000-е годы Министерство культуры планировало переместить сюда один из отделов Национального музея и открыть выставочный зал, но в итоге здание передали Чебоксарской епархии. Сегодня в этом, довольно маленьком, доме паломнический центр. При купцах жилые помещения располагались только на втором этаже – нынче здесь два зала, а первый этаж, подклеть, как тогда, так и сейчас используется для хозяйственных нужд. Перекрытия сводчатые – зданий с такими перекрытиями в Чебоксарах по пальцам пересчитать. Но дом интересен не только своей архитектурой. Известно, что в июне 1722 года Алексей Игумнов принимал у себя Петра I. Именно здесь, на Волге, начинался персидский поход императора. «Буквально на 15 минут он останавливался в Чебоксарах и встречался, как говорится в документах, с купцом Игумновым. Дом же стоял на берегу Волги, недалеко от пристани, и Петр зашел. Он вообще любил небольшие дома, – рассказывает Юрий Гусаров. – Дело в том, что купцы Игумновы торговали с Персией. И, скорее всего, этот интерес Петра Первого, встреча его с Алексеем Игумновым была связана с Персией, ему нужны были какие-то сведения». Правда, пока остается невыясненным, в каком из домов – северном или южном – купец принимал государя. Впрочем, большой разницы нет: мы же все равно не сможем сказать, что эти стены помнят Петра Первого…

ОСОБНЯК БУРГОМИСТРА

Кроме дома Игумновых в 1994 году на улице Сеспеля начали восстанавливать еще одно историческое здание. Между домами Кадомцева и Игумнова должен был появиться двухэтажный особняк Зелейщикова. Сейчас склон Западного косогора так зарос кустарником, что уже сложно разглядеть выложенный фундамент здания. Его делали строители ГЭС – здесь сваи с монолитным ростверком. «Восстановление началось по проекту, разработанному москвичами, с сохранением исторической планировки, – вспоминает Николай Муратов. – Пришел первый и, как потом выяснилось, последний федеральный транш. На эти деньги удалось сделать 115 кубов кладки. И все закончилось».

Археолога Александра Соколова поразило качество старинных кирпичей. В 18 веке, рассказывает он, был такой «тест»: снимали колеса с телеги, нагруженной кирпичом, поднимали ее и бросали с метровой высоты. Если несколько кирпичей раскалывались, то продавец не имел права навязывать свою цену, ее уже устанавливал покупатель.

Мещанка Александра Зелейщикова оказалась последней владелицей здания, потом она передала его Никольскому женскому монастырю, но дом до сих пор продолжают называть по ее фамилии. А вообще в середине 18 века его построил купец первой гильдии Алексей Кадомцев. И в книгах, и в Интернете можно встретить информацию, что с Козьмой Кадомцевым (его дом был воссоздан в 1998 году на улице Сеспеля) они были братьями, но это не так, утверждает Юрий Гусаров: «Я посмотрел метрики чебоксарских церквей этого периода. Обычно родственники выступали восприемниками – крестными отцами своей родни. Так вот, ни одного случая не было, чтобы Кадомцевы той и этой ветви в метриках пересекались. Говорит это о том, что если родство у них и было, то дальнее».

Алексей Кадомцев построил свой дом в одно время с палатами Козьмы Кадомцева. Но у того – раннее барокко, а этот больше следовал моде – в его здании уже проявились черты позднего барокко. Для этого стиля характерны наличники с подоконными полукружиями и ушками. В московских архивах сохранилась подробная опись дома: в 19 веке к одному из его последующих владельцев наведались представители закона. «Он попал в пренеприятную историю, как сейчас сказали бы, обанкротился, – говорит Муратов. – И вот соответствующие органы сделали опись всего имущества, вплоть до того, чем двери были обиты, какие изразцы были на печах. Сколько стояло сундуков, сколько в них хранилось камзолов. Даже книги были – 40 штук, то есть человек читал».

Это в конце 20 века решено было поставить дома обоих Кадомцевых рядом, но на протяжении двух столетий особняк Алексея Кадомцева находился под Ярилиной горой, на левом берегу речки Чебоксарки, то есть купцы жили довольно далеко друг от друга. В 1722-м, в год визита Петра Первого, Алексея Кадомцева избрали бургомистром Чебоксар. Один из богатейших купцов, он торговал хлебом, юфтью (высококачественной кожей. – Прим. ред.) и вином.
За последние 20 лет в Чебоксарах не раз возвращались к идее возродить дом Кадомцева-Зелейщикова, и хотя самого строения нет, оно по-прежнему значится в реестре памятников культуры федерального значения. На суд экспертов выставлялись не один и не два проекта, где за основу были взяты чертежи старого здания. И вот сейчас Корпорация развития Чувашской Республики заявила о своем намерении воссоздать памятник. Правда, площадка здесь небольшая, дом выше трех этажей, включая мансардный, в панораму залива не впишется, и, возможно, понадобятся подземные этажи. Но если на улице Сеспеля появится еще и дом Кадомцева-Зелейщикова, то тогда в истории возрождения наиболее ценных памятников культуры, начавшейся почти 40 лет назад, может быть, наконец, поставлена точка.

Ольга ПЕТРОВА, шеф-редактор ГТРК «Чувашия»

Опубликовано: 10 ноября 2016

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.