«Швейцария» своими руками

«Приходите ко мне осенью, – пригласил однажды в гости житель деревни Юраково Чебоксарского района Вениамин Михайлов. – Моя «Швейцария» особенно живописна в это время года». Заметив наши удивленные взоры, несколько смущаясь, добавил: «Я сам ее создал…»
И вот мы на месте. Вышли со стороны Новочебоксарска на довольно крутой берег реки Кукшум и – замерли в восхищении. Рукотворный лес, растущий на противоположном, не менее крутом берегу, в золотой листве березок и мохнатой зелени елей, являл картину, достойную кисти великого Левитана.

НА БРОВКЕ КРУТОГО ОБРЫВА

«Правда, красиво, – то и дело оглядывается на нас Вениамин Михайлович, ведя вниз по выложенной из старых кусков рубероида дорожке, соединяющей два берега реки Кукшум (на левом раскинулся Новочебоксарск, на правом – деревня Юраково, чьим именем назван и самый молодой район города). – А как мои березки замечательно шумят, и сколько сюда прилетает весной скворцов, в построенные с сыновьями скворечники…»
Снизу, с мосточка через Кукшум, дом на краю деревни, расположенный на самой бровке крутого склона, чем-то напоминает старинную усадьбу – кругом обсажена деревьями, естественный овраг, по дну течет река…
– У меня тут «Швейцария», – удовлетворенно произносит Вениамин Михайлович, заметив наше восхищение. – Вот и горожане полюбили эту местность. В выходные идут сюда загорать и жарить шашлыки. Красоту природы они чувствуют, еще бы ценили и труд того, кто эту красоту создал. А ведь здесь когда-то не только деревья, но и травинка не росла…
Для убедительности Михайлов достает из папки, специально прихваченной на встречу с нами, фотографию 1965 года. По его словам, когда он двадцать лет спустя увидел эту окраину деревни, картина была еще печальнее – абсолютно голый рыжий обрыв, в него уродливо врезается глубокий вершок оврага…

БРОСОВАЯ ЗЕМЛЯ

В Юракове Михайловы поселились в 1986 году. Г-образный участок земли в 18 соток на краю деревни несколькими годами ранее получила его супруга, работавшая в то время продавцом в деревне. «На то, – говорит Вениамин Михайлович, – было постановление Совета Министров СССР, выделять горожанам, работающим в селе, земельные участки…»
Земля и обрадовала, и огорчила. Обрадовала – всего лишь в шаге от Новочебоксарска, где жила семья. Огорчила – с трех сторон участок обрамлял овраг, разъедаемый эрозией. «Огорчила, но не устрашила», – в словах собеседника слышится самоуважение. Агроном по образованию (сельскохозяйственный институт окончил в 1964 году по специальности «ученый-агроном»), Михайлов знал, как бороться с эрозией.
Сначала обсадил ветлами берега Кукшума. Обихаживать пологий склон тоже не составило особого труда, но как быть с крутым обрывом с южной стороны, похожим на отвесную скалу? Ни взобраться на нее, ни удержаться. Земля – выжженная на солнце глина, ни одной кочки, за которую можно было бы зацепиться… Решение, как всегда, пришло неожиданно.

СПАСАТЕЛЬ-СКАЛОЛАЗ

Однажды Михайлов обратил внимание на железные столбы соседского забора, а перед глазами встало увиденное в кинофильмах – спасатели, на веревках спускающиеся на нижние этажи высотных домов… «Правда, навыки «скалолаза-альпиниста» пришли не сразу, – теперь уже с улыбкой вспоминает Вениамин Михайлович. – Не один раз срывался, пока приноравливался…» «Человека на обрыве» спешащие в город или обратно сельчане наблюдали каждой осенью. К столбу привязывал один конец веревки, вторым обвязывался сам. На пояс с двух сторон вешал два ведра – в одном саженцы, в другом – маленькая лопата и плодородная земля: деревца на глине расти не желали… Такие трюки «скалолаз» продолжал до тех пор, пока обрыв не покорился и не покрылся зеленью.

Глядя на крутой склон, сплошь засаженный березками и елями, за которыми едва можно разглядеть жилые постройки, трудно представить, что это дело рук человеческих.  

Поначалу Михайлов и «на скале» пробовал сажать ветлу. Но ее черенки без полива не приживались. Помучившись, он обратил свой взор на березку: «Эта красавица совсем не капризна, растет на любой почве и легко размножается самосевом».
Десятками привозил двух-, трехлетние деревца на мотоцикле из-за Волги. Радовался каждому, пожелавшему расти на склоне. Чуть ли не плакал, когда саженец отказывался полюбить новое место жительства. А в один год край обрыва обвалился и снес неокрепшие еще деревца. Впору было отчаяться. Но не таков Вениамин Михайлович. Теперь одновременно с деревьями он стал сеять многолетние травы: «Надо было с самого начала дерновать землю…»

ДОЛГ СПОЛНА

«Специально собирал семена таких трав, которые растут на неудобьях, – полыни, пустырника, чистотела, – рассказывает подвижник, ведя по узенькой тропинке, пролегающей сразу за его садом прямо по краешку обрыва. – И вот видите, все-таки победил я – и дерн появился, и деревья прижились».
Смотреть вниз страшно, еще страшнее оступиться – высота «скалы» метров 30, дно оврага не просматривается. Вениамин Михайлович не без удовлетворения улыбается: «Донизу теперь не полетите, зацепитесь за березки-то…» Несколько минут молча осматривает дело своих рук и вдруг неожиданно добавляет: «Если бы сегодня мне предложили этот клочок земли, отказался бы. А тогда, наверное, молод был… Да и так называемый долг мужчины – посадить дерево, вырастить сына, построить дом – может, двигал…»
Сыновей супруги Михайловы вырастили троих, усадьба, хотя и не чета некоторым нынешним помпезным коттеджам, дает им фору продуманностью расположения построек, уютной простотой и фруктовым садом, так естественно переходящим в рукотворный лес. Оглядываюсь кругом, сколько же тут деревьев? Удивляется: «Не считал! А зачем? В лесу их не считают…»
Глядя на одинаково дружно тянущиеся к небу яблони, березки, ели, думаю, сколько же труда пришлось вложить человеку, чтобы остановить осыпающийся обрыв! После поездки поделилась своими впечатлениями со знакомым лесником. Тот был поражен: «Это не просто большая работа, а необыкновенная работа. Вырастить лес на годной только под мусорную свалку земле, на крутом склоне – медаль надо за это давать! Да и неизвестно, где были бы сегодня дома на той окраине Юракова, если бы не ваш энтузиаст-трудяга…»
А между тем энтузиаст-трудяга думал не только об укрощении оврага, ему хотелось еще и «красоту создать». Так, на пологом склоне, смотрящем на Новочебоксарск, березки и хвойные идут, чередуясь, аккуратными рядами. Откуда доставал столько саженцев? Выращивал сам. Разве накупишь столько на весь участок обрывистой долины Кукшума, делающего причудливый поворот на этом месте! И по сей день в питомнике в своем саду Вениамин Михайлович выращивает сосну и ель. Ведь работа «по созданию красоты», по его словам, еще не закончена: теперь надо бы обсадить деревьями подножие своего «плато» и берега речки – она тоже съедает землю. Только вот иногда у Михайлова руки опускаются…

С БУТЫЛКАМИ И ТОПОРАМИ…

К красоте тянутся все. В том числе и любители шашлыков. Как только когда-то голые склоны приобрели вид Швейцарии, сюда потянулись и они. Вениамин Михайлович не против – лишь бы красоту не портили. Для этого он даже специальные места для костров определил и стал выходить к каждой группе отдыхающих с увещеванием, чтобы не сорили и убирали за собой. Но сказать, что и здесь трудяга-энтузиаст одержал победу, можно только с натяжкой. Одни понимают, и за три года, как Вениамин Михайлович ведет бой и на этом фронте, привыкли и ни одной бумажки после себя не оставляли. Другие не только не убирают, но еще и огрызаются: «Какое тебе дело, не твоя земля…» Пенсионера такие слова глубоко ранят: «Они правы, земля не моя, но ведь это – НАШЕ ОБЩЕЕ. Здесь мы живем, и дети наши будут жить…» Потому, спрятав обиду, каждое утро выходит «на работу»: и «полторашки», кинутые прохожими, подберет, и мусор с мест пиршества уберет. «Стыдно мне за другими прибираться, но делаю это, чтобы следующим отдыхающим сказать: «У нас тут чисто – не сорите»…
Еще горше плачет душа, когда видит поломанные деревья. «Вот тут березки росли, прошлой осенью с сыновьями посадили, а теперь одни палки торчат, – чуть ли не со слезами водил Вениамин Михайлович нас по своему лесу. – Даже специальное ограждение не помогло, 25 штук сломали…» Кому и чем помешали эти красивые деревья, с любовью высаженные и заботливыми руками огороженные? Откуда такая озлобленность на добрый порыв души того, кто хочет на радость всем создавать красоту? Вопрос риторический. И кому его адресовать? Детям или взрослым? Последние вроде знают, начинать нужно с собственного примера, но… Однажды под Новый год срубили в «Швейцарии Михайлова» целый ряд елочек… Не дети же с топорами пришли сюда ночью?
Истина вроде известна – все начинается с детства, то есть с семьи. …И Вениамин Михайлович не против принять участие в экологическом воспитании: «Приводили бы ко мне учителя биологии своих учеников, я бы рассказал и показал, ЧТО значит посадить и вырастить дерево, возможно, тогда будущие любители отдыха на природе научатся беречь, ценить и любить».

 

3 Ответы

  1. Замечательный Вы человек!!!
    Низкий Вам поклон!!!

  2. До глубины души поразил ваш рассказ. Низкий поклон таким людям как Вениамин Михайлович.

  3. Венеамин Михайлович, Вы художник, который пишет не холсте, а на самой природе! И созданная вами «картина Швейцария» достойна охраны как драгоценное полотно. Конечно легко советы давать…., но может стоит поставить около шашлыкового места стенд с двумя фотографиями, которые приложены к статье: одна — как было — грязь и глина, а вторая как есть сейчас. И добавить с историю создания. И призыв сохранить то что создано таким тяжелым трудом…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.