Человек, подаривший прозрение

Памятник Святославу Федорову в Чебоксарах. Фото М. ИвановойСегодня исполнилось бы ровно 85 лет со дня рождения великого офтальмолога Святослава Николаевича Федорова. Он сделал счастливыми сотни тысяч пациентов, дав им возможность видеть.

МАЛЕНЬКИЕ РАДОСТИ И БОЛЬШИЕ ГОРЕСТИ БУДУЩЕГО АКАДЕМИКА

Родился будущий академик в Украине в семье военного. Первые годы жизни прошли в крохотной московской коммунальной квартире, пока отец его не был назначен командиром дивизии в Каменец-Подольский. Святославу тогда исполнилось семь лет. И он часто вспоминал этот период жизни – короткий отрезок счастливого детства. Федоровы поселились в огромном доме с садом и конюшней – настоящая усадьба. Отсюда, из детства страсть Святослава Николаевича к лошадям.
Сын комдива мечтал стать военным, как и его отец. Дом постоянно был полон гостей: приходили сослуживцы отца, бывал не раз и Буденный. Все поменялось вмиг, когда отца Святослава арестовали. Сын «врага народа» тут же лишился всех приятелей. Семья вынужденно переселилась в Новочеркасск. Переживания мальчика были настолько велики, что его здоровье стало ухудшаться на глазах. Единственным утешением были книги.
Вскоре началась война, и из Новочеркасска Федоровы эвакуировались в «голодную» Армению. В 1944 году Святослав поступил в Ереванскую артиллерийскую спецшколу, затем перевелся в спецшколу ВВС в Ростове. Учился он с удовольствием. И наверняка стал бы великим военным, если бы не несчастный случай. Второпях он запрыгнул в тронувшийся трамвай, но не удержался и сорвался. Ногу отрезало по самую щиколотку.
Инвалидность не сломила Святослава. «Главное — голова цела», – шутил он. Ему пришлось снова пойти в обычную школу, куда ковылял за несколько кварталов на костылях.
После школы Федоров поступил в медицинский институт в Ростове-на-Дону. Одновременно он увлекся плаванием. Победа в тяжелом заплыве полностью заставила забыть его о физических недостатках. Тогда он осознал, что, работая, можно добиться всего. Уже на шестом курсе Федоров самостоятельно делал операции и подготовил первый научный доклад по удалению хрусталика с помощью специальной петельки. Но в ординатуру Федоров поступил лишь после смерти Сталина, когда реабилитировали его отца. Тогда он основательно занялся разработкой новых методов лечения глаз, исследуя больных с опухолями головного мозга. Так появилась работа, которую не все восприняли однозначно: «Связь между слепым пятном и зрительным нервом при заболевании центральной нервной системы», которую он защитил в 1957 году по окончании ординатуры.

ХРУСТАЛИКИ ЧЕБОКСАРСКОГО ОФТАЛЬМОЛОГА

Работая ординатором в Ростовской областной больнице, Федоров узнал о вакансии в клиническом отделении в Чебоксарском филиале НИИ глазных болезней имени Гельмгольца, подал заявку и выиграл конкурс.
Стандартные методы работы не устраивали его. Поэтому, узнав, что в Англии и Голландии были проведены единичные операции по замене хрусталика глаза, он решил, что это возможно и у нас.
Несмотря на то, что начальство не удовольствовалось вдохновением молодого ученого, он решился сам сделать искусственный хрусталик. В чем ему согласился помочь один из рабочих Чебоксарского электроаппаратного завода С.Я. Мильман. По чертежам Федорова он через две недели изготовил необходимые образцы, которые были имплантированы кроликам.
Отправленные в Москву фотографии с результатами операции стали сенсацией для советской офтальмологии. И в 1960 году Федоров провел первую имплантацию искусственного хрусталика тринадцатилетней девочке с врожденной катарактой Лене Петровой.

ЛЮБИМАЯ ПАЦИЕНТКА АКАДЕМИКА ФЕДОРОВА

С. Федоров с первой пациенткой (1960 г.)До последних дней своей жизни Федоров поддерживал связь с пациенткой, которой первой имплантировал искусственный хрусталик. Елена Павловна Петрова (Каптурина), жительница деревни Юнга Моргаушского района хранит письма и телеграммы так же бережно, как и воспоминания о спасшем ей зрение человеке с мировым именем.
«Дорогая Леночка!», «Дорогая Ленуся!» – нежно начинается каждое письмо. «Ни разу Святослав Николаевич не называл меня просто Леной, – говорит любимая пациентка академика. – При встречах – чаще «малышкой» или «лапочкой». Помнит Елена Каптурина, как накануне избрания Федорова в Госдуму России в 1995 году, когда он приезжал в Чебоксары, она кротко возразила на его: «Здравствуй, лапочка». Дескать, какая я лапочка, мне уже скоро пятьдесят исполнится. А он ей ответил: «Ты всегда для меня останешься малышкой и лапочкой!»
Нежно, по-отечески к Леночке Петровой Федоров начал относиться с первого дня, как увидел. Он предложил ее родителям уникальную операцию, и те согласились. Операция прошла успешно. Но Федоров не отходил от своей пациентки до тех пор, пока она не пошла на поправку: сам делал уколы, закапывал в глаза, следил, чтобы та не делала резких движений. Да и потом продолжал опекать ее: выводил на прогулку, а при выписке завалил подарками: кукла-неваляшка (в деревне таких в ту пору ни у кого не было), конфеты и две книжки со сказками. Одна из них («Сказки русских писателей») по сей день хранится у Елены Павловны вместе с книгами академика по имплантации искусственного хрусталика.
«Сегодня такой операцией уже никого не удивишь. Тогда же это был эксперимент, который перевернул взгляды в медицине», – говорит Елена Каптурина. Чувашское руководство пришло в восторг от успешной операции. Еще бы! В Чебоксарах сделали операцию, которую не делали в Москве. Но Москва отомстила. Пришло распоряжение о запрете «экспериментов» на людях. Федоров вынужден был написать заявление об уходе.
Неизвестно, как надолго операции были бы «под запретом», если бы не встреча Федорова с журналистом Анатолием Аграновским. После его статьи Святослава Николаевича восстановили на работе. Все-таки «четвертая власть» и в советские времена имела силу. Но Федоров не стал возвращаться в Чебоксары после всего, что произошло. А устроился в Архангельске. Именно здесь он сделал Леночке операцию на второй глаз. Было это в 1964 году.
Помнит Елена Каптурина, как после рождения второго сына случайно повредила первый прооперированный глаз. «Срочно выезжай», – пришла ей телеграмма от Федорова. «Но я не могла сразу выехать. Тут и малыш, и экзамены в школе вот-вот должны были начаться… (Елена Каптурина – заслуженный учитель Чувашской Республики).
А Святослав Николаевич не переставал слать одну телеграмму за другой. Когда, наконец, спустя полтора месяца я появилась в Москве, он как нашкодившего ребенка был готов отшлепать меня. «Я в любое время без очереди готов принять тебя!» –сказал он мне».
Это была одна из многих встреч со ставшим для нее дорогим человеком, который так много сделал для людей и в честь которого она назвала своего старшего сына.
«Имя и дела его вошли в историю и переживут века», – уверена Елена Павловна.

ПРЕКРАСНЫЕ ГЛАЗА – ВСЕМ!!!

Именно этот слоган стал для Федорова главным. Несмотря на трудности, в начале 70-х годов он занялся имплантацией искусственной роговицы и впервые в мире разработал и провел операции по лечению глаукомы на ранних стадиях. Тогда же в Союзе начали проводить операции по коррекции близорукости, основанной на методике Федорова, связанной с нанесением надрезов на роговицу.
В 1979 г. был создан Институт «Микрохирургия глаза». Святослав Николаевич стал его директором. А в 1986 г. институт был преобразован в Межотраслевой научно-технический комплекс (МНТК). Именно с этого момента и началась стремительная карьера Федорова в качестве предпринимателя, за короткое время сумевшего создать один из ведущих центров мировой хирургической науки с 11 филиалами в Российской Федерации (в том числе и в Чебоксарах) и 6 за рубежом – в Италии, Польше, Германии, Испании, Йемене и Объединенных Арабских Эмиратах.
Разработанный им метод рефракционных операций дал возможность отказаться от очков десяткам миллионов человек. В 1994 г. на Международном конгрессе офтальмологов в Канаде ученый был признан выдающимся офтальмологом XX века. Не случайно Международный день офтальмологии совпадает с днем рождения Святослава Федорова.

М. ИВАНОВА.

При подготовке статьи использованы материалы
с сайта www.fedorovfund.ru
и on-line справочника «Менделеевск-ONLINE.RU»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.