Улдис КЕСТЕРИС: Ваши пациенты очень терпеливые

_dscn6859-d0bed0bbd0b5d0bdd0bed0b2d0b0В Федеральном центре травматологии, ортопедии и эндопротезирования начинается большая научная работа наших и шведских врачей. Если говорить о ней коротко, то суть ее заключается в следующем: доктора будут изучать, как влияют разные виды протезов на качество жизни пациентов.
Сейчас большое количество хороших протезов, а данных, какие из них более комфортны для людей, как они «ведут» себя внутри тела, нет. Вот наши доктора и будут заниматься изучением этого. Представитель Швеции доктор медицинских наук Улдис Кестерис уверен, что это исследование обогатит не только российскую, но и вообще медицину.
– Улдис, кому нужно это исследование? Насколько это важно сейчас?
– Это исследование поможет отслеживать прооперированных пациентов, как они себя чувствуют с разными протезами. Таких массовых исследований не проводилось. Техника операций отработана до мельчайших деталей, мы получаем хорошие результаты, люди возвращаются к активной жизни, но мы до сих пор не знаем, как ведет себя протез в организме человека, какая из моделей протезов лучше для того или иного диагноза. Это исследование поможет и изготовителям протезов.
– А почему вы выбрали наш центр?
– Здесь отличная база, какой нет больше нигде: в Чебоксарах идет огромное количество операций по замене тазобедренного и коленного суставов, причем операции делаются очень сложные. У нас на Западе нет такого количества пациентов с такой высокой степенью поражения суставов.
– Чем вызвано то, что у нас таких больных много, мы как-то по-другому устроены или у нас другой климат?
– В Советском Союзе не было практики протезирования, это направление стало развиваться совсем недавно, когда упал железный занавес. А до того всех лечили консервативно, поэтому накопилось большое количество тяжелых пациентов. Сустав – это такой орган, который нельзя восстановить, таблетки могут только снять боль и иногда удачно отдалить саму операцию по его замене. У нас человек выходит на пенсию: ему не надо ходить на работу и он хочет наслаждаться жизнью. И он говорит себе: «Вот наконец-то!» У него гольф, дача, огород, или он собирается путешествовать, кататься на лыжах или плавать, ему надо на Средиземное море. То есть он желает быть здоровым, а больной сустав ограничивает его в движении, мешает ему спать, снижает качество жизни. И он говорит врачу: «Все, больше не могу!»
Для нас это – критерий делать операцию. У вас пациенты очень терпеливые, а у нас очень требовательные. Поэтому мы иногда делаем операции слишком рано, когда еще можно было бы побороться за собственный сустав.
Именно потому таких больных, как у вас, мы не видим. Но и у вас скоро их будет мало. Больной посмотрит, что его соседа прооперировали, ему стало хорошо, прооперировали коллегу по работе, и решит, что ему тоже не надо мучиться, горстями пить таблетки. Операция по замене сустава – это выдающееся достижение медицины прошлого века. И то, что у вас построили такой замечательный центр, означает: разрыв между медициной в Европе и в России сокращается. А в чем-то вы даже обогнали нас.
Те ваши доктора, кто стажировался у нас в госпитале, могут рассказать, что наш госпиталь тесный, здание старое, нужно строить что-то новое. А у вас все с иголочки, современное.
– Как долго шведские пациенты лежат в госпитале после операции?
– Три-четыре дня. Вначале они ходят в школу артроза, разучивают гимнастику, которую начинают делать на второй день после операции, а как только человек сам сможет вставать с постели, самостоятельно добираться до туалета и ложиться в постель, считается, что ему врач не нужен. Он возвращается домой, делает упражнения, посещает в амбулатории физиотерапевта и своего доктора, чтобы тот проследил, как идет выздоровление сериал дневник доктора зайцевой
У вас ситуация иная. Прежде чем положить человека в клинику, приходится его очень тщательно обследовать, а потом долечивать. У нас пациентов долечивать не нужно, потому что они постоянно наблюдаются у своего семейного врача, вовремя лечатся. Обычно что нас беспокоит перед протезированием – это гипертония, потому что она есть у всех пожилых людей. А у вас картина намного сложнее. Многие люди даже не знают, что у них есть хронические болезни, они их никогда не лечили. Наверное, терпеливость в данном случае служит плохую службу.
– А кто платит у вас за лечение пациента и дают ли ему инвалидность?
– Операция проводится за счет государства, а сам пациент платит маленькую сумму за еду в больнице, за визит к врачу, который стоит очень немного. Лекарства, которые покупают пациенты по рецепту врача, отпускаются тоже бесплатно в том случае, если они уже заплатили определенную сумму за них из своего кармана. А инвалидность после наших операций никому не дают, ведь пациенту ставят протез, чтобы он был здоровым.
– После операции, наверное, тяжело ходить, можно врача на дом вызвать?
– Нет, у нас врачи по домам не ездят. Можно позвонить в специальную службу, рассказать о своей проблеме, описать очень подробно, как себя чувствуете, и медсестра, которая приняла ваш звонок, посоветует, что делать: например, принять таблетки или поехать в госпиталь. Если совсем плохо, то вызвать «скорую помощь». Большинство вопросов можно решить по телефону, и визит к врачу не нужен.
– Но вернемся к нашему центру, когда вы приступаете к исследованиям?
— Сейчас нужно набрать достаточное количество случаев, чтобы получить статистику, а следующий мой визит сюда, скорее всего, будет летом.

Опубликовано: 10 декабря 2011

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.