В логове фашистов

«Моабитская тетрадь. Муса Джалиль». Картина Ильяса Айдарова.НАШ ЗЕМЛЯК БОРОЛСЯ С ВРАГОМ ВМЕСТЕ С МУСОЙ ДЖАЛИЛЕМ

Как известно, легендарного героя подполья органы госбезопасности СССР долгое время считали изменником Родины. Потом выяснилось, что он, находясь в плену и будучи легионером, совершал героические поступки, за что в 1956 году был посмертно награжден звездой Героя Советского Союза. Однако Джалиль работал не один, среди его единомышленников были представители разных народов, в том числе чуваш Иван Скобелев.
Не секрет, что до «оттепели» 60-х годов всех военнопленных считали предателями, однако в хрущевские времена их в основном реабилитировали. Но не Ивана Скобелева, который, впрочем, и не хлопотал об этом. Зато этот человек, переживший колоссальную жизненную трагедию, написал ценнейшие воспоминания – по просьбе писателя и журналиста, главного редактора Оренбургской студии телевидения Леонида Большакова, который интересовался чувашской историей. Возможно, после триумфального возвращения в СССР «Моабитских тетрадей» Мусы Джалиля у Скобелева появилась надежда, что изменится отношение и к другим узникам лагерей, а также ко всем жертвам войны.
Мемуары, датированные 1966 годом, хранились в домашнем архиве Семена Ислюкова, возглавлявшего Чувашский обком КПСС. Но он, видимо, не решился предать огласке исповедь бывшего узника, изложенную на 250 страницах. После смерти Ислюкова мемуары Ивана Скобелева вместе с другими документами оказались в Государственном архиве Чувашии.
Итак, Иван Никитич Скобелев… Уроженец чувашской деревни Нижний Курмей Оренбургской области в ратном бою получил тяжелые ранения и был взят в плен. После нескольких концлагерей вступил в легион, был руководителем отдела немусульманских народов: читал лекции среди узников, выпускал для них газету.
Пользуясь относительной свободой передвижения по легионерским делам, Муса Джалиль и его сторонники, в том числе Скобелев, рискуя в любой момент быть арестованными, проводили среди узников большую разъяснительную работу. В частности, информировали их об обстановке на фронтах, разоблачали авантюризм и предательскую суть деятельности генерала Власова, распространяли листовки, вселяли в них уверенность в правоте политики советского государства, устраивали побеги и так далее.
Иван Никитич избежал ареста вместе с Джалилем лишь потому, что в это время был в отъезде. А Муса в день ареста встречался с военнопленными, прихватив с собой листовки. Об этом стало известно провокатору (полагают, что он был среди приближенных Джалиля), который обратился в гестапо. В итоге было арестовано почти все руководство подпольного центра, которое присутствовало на встрече.
Когда наши войска вошли в Берлин, оставшиеся на свободе члены этой подпольной организации были арестованы советской контрразведкой за измену Родине, в том числе Иван Скобелев.
«Сведения, которые затем подтвердились по «Моабитским тетрадям», после войны очень многими узниками были изложены на допросах, – пишет в мемуарах Иван Скобелев. – В то время память была свежа, и очень много было рассказано о коммунистической организации, созданной Мусой Джалилем в Берлине. Лично я тоже, находясь в советской контрразведке в Германии, а затем в министерстве госбезопасности в Чебоксарах, рассказывал о группе Джалиля, но не для оправдания себя, а в целях реабилитации сложивших головы товарищей, в целях сохранения их доброго имени. Но, увы, нас не слушали, даже наоборот: над нами насмехались, нас наказывали!»
Суд был быстрым. Скобелев был приговорен к расстрелу. «Помилования просить не стал, хотя за 24 часа вызывали три раза. Устал, надломился. Хотелось умереть. Для борьбы с врагом нашлись бы силы, но тут были свои, – вспоминает Иван Никитич. – Приговор приводить в исполнение не стали, отправили в тюрьму Брест-Литовска. Давал там показания представителю Верховной военной коллегии, который записал все без всяких возражений. Через пару месяцев пришло решение о замене смертного приговора на 10 лет тюремного заключения». И эти 10 лет Скобелев отсидел полностью.
По прошествии многих лет вновь возникает вопрос, кем все же был Иван Скобелев – патриотом или изменником Родины? Журналист Валерий Алексеев, который довольно подробно изучил судьбу легионера, делает вывод, что в показаниях знавших Скобелева лиц имеются противоречия (все они допрошены после войны, и каждый из них спасал сам себя). Да они и не могли знать детали о тесных связях Скобелева с подпольной группой, поскольку это была весьма тщательно законспирированная организация.
А вот что сказал об Иване Никитиче профессор Казанского госуниверситета, доктор исторических наук Искандер Гилязов: «Так вот, Иван Скобелев, на мой взгляд, не был ни открытым врагом Советской власти, ни убежденным большевиком, а представлял что-то среднее… Сегодня вряд ли его можно осуждать за сделанный им выбор. Оказавшись в плену, он фактически делал выбор между жизнью и смертью, а не между верностью присяге и предательством. И этот выбор – тяжелейший психологический надлом, ошибка, за которую впоследствии Скобелев расплатился сполна. С высоты сегодняшнего дня, наверное, нельзя считать его тривиальным предателем, мы можем и должны понять все связанные с этой трагедией нюансы».
Но все же, считаю, невозможно согласиться с некоторыми высказываниями Гилязова, в которых он обвиняет легионера в стремлении преувеличить свою близость к Мусе Джалилю, хотя в главном он прав – Иван Никитич не изменник Родины. Историк не отрицает, что Скобелев знал подпольную организацию, Мусу, выполнял его поручения. Разве такое участие в антифашистской борьбе не заслуга его как патриота? Более того, есть данные, что после ареста Джалиля Скобелев с другими членами подполья продолжили антифашистскую деятельность до входа в Берлин наших войск.
Увы, когда родственники Ивана Скобелева в советское время обратились с просьбой о его реабилитации, им было отказано (правда, дело не дошло до суда). Считаю, это несправедливо. Да, он совершал ошибки, но расплатился за них сполна. А на роль героя никогда и не претендовал. Хотя, будучи легионером, как мог пытался помочь своей стране.

СПРАВКА «СЧ»
Волжско-татарский легион (легион «Идель-Урал») – подразделение вермахта, состоявшее из представителей поволжских народов СССР (татары, башкиры, марийцы, мордва, чуваши, удмурты). Всего около 40 тыс. человек. Идеологической основой легиона было создание независимой Волго-Уральской Республики (Идель-Урал).
При вступлении в «восточные войска» военнопленные исходили каждый из своих целей. Многие хотели выжить, другие повернуть оружие против сталинского режима, третьи – вырваться из-под власти немцев и перейти к своим. При первых же столкновениях с противником многие легионеры, большая часть которых была завербована против своей воли, переходили на сторону Красной Армии и армий союзников. Большой вклад в поддержание духа легионеров и неприятие нацистских взглядов внесла подпольная организация во главе с Мусой Джалилем.

Геннадий МОЖАРОВ, кандидат исторических наук

Опубликовано: 11 октября 2016

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.