Камиль ГАЙФУТДИНОВ: В Чебоксары меня пригласил Валерий Важоров

_d0bad0b0d0bcd0b8d0bbd18c-d0b3d0b0d0b9d184d183d182d0b4d0b8d0bdd0bed0b2Удивительные люди артисты, они сочетают в себе крайнюю эмоциональность и одновременно высокий профессионализм и выдержку. Особенно тонко показывают себя в этом музыканты симфонического оркестра театра оперы и балета. Они принимают
участие как в оперных, так и в балетных спектаклях и могут рассказать об этом немало интересного. В этом убедился Сергей Фишер, который встретился с концертмейстером группы валторн Камилем ГАЙФУТДИНОВЫМ.

– Камиль, почему ваш выбор пал на такой удивительный инструмент как валторна?
– Мне было шесть лет, когда я поступил в музыкальную спецшколу при Казанской консерватории. В школе не было блок-флейт, и мне сразу дали кларнет и валторну. На кларнете я делал большие успехи, стал даже лауреатом конкурса. Но, в конце концов, заведующий отделением решил, что я должен играть на валторне. Я жил при школе в интернате, это способствовало моему музыкальному развитию, потому что музыка окружала меня всюду. Ездил в Германию на мастер-класс учеников спецшкол, где было отмечено мое владение инструментом. В связи с валторной у меня есть интересная история. Когда я учился в школе, было мало хороших инструментов. Мне они все казались страшными и тяжелыми, я был маленький, и переносить с места на место инструмент было нелегко. Но мои друзья, мои братья по учебе мне помогли, они придумали мне тележку для валторны, сделали ее из детской коляски, и я таким образом возил инструмент на занятия. Я очень благодарен друзьям, они воспитали во мне любовь к искусству и к музыке.
– И с тех пор вы неразлучны и с музыкой, и со своим инструментом.
– Да, с тех пор я не мыслю себя без музыки.
– Валторна самая сложная по звукоизвлечению из всех медных духовых, но при этом ее звучание самое мягкое и объемное. Это поющий инструмент.
– С валторной можно найти общий язык только в том случае, если ее любишь. Ее звук – это человеческий голос. Валторна разговаривает и поет в регистре человеческого голоса. При плохом настроении достаточно сыграть кантилену – очень помогает.
– Для валторны писали многие классики.
– Это любимый инструмент Чайковского! В пятой симфонии сложнейшее соло валторны, по исполнению которого можно сразу определить уровень исполнителя. У валторнистов есть шутка: «Сыграл вторую часть пятой симфонии – можешь идти домой». Я не потому все это говорю, что люблю валторну, это просто факт.
– А современные композиторы пишут для валторны?
– Очень мало. Вот совет­ские композиторы довольно много писали для духовых инструментов. Виктор Ходяшев написал сонату для валторны, у Виталия Баяновского есть произведения для этого инструмента. Для валторны сложно писать, сложно найти нужный регистр, нелегко учесть все особенности инструмента. А композитор должен хорошо знать инструмент, чтобы писать для него.
– Всегда интересно узнавать у артистов о том, как они связали свою жизнь с театром. Это истории одна удивительнее другой. А как вы пришли в чебоксарский театр?
– В Чебоксары меня пригласил Валерий Важоров. Я полгода играл в камерном оркестре. А потом Шалва Мегрелишвили пригласил меня в театр, с тех пор я верен театру оперы и балета. Думал, поиграю и вернусь в Казань. Но настолько влился в коллектив, что даже думать забыл о переезде. К слову сказать, на момент окончания консерватории у меня было много приглашений. Приглашали и в Башкирию, и даже в Польшу.
– Для музыканта важно сохранять форму. Вы каждый день занимаетесь?
– Стараюсь делать это каждый день, ведь очень важно сохранять аппарат в рабочем состоянии. Даже когда летом еду в отпуск и нет возможности везти с собой инструмент, то беру с собой мундштук и занимаюсь с ним. Рихтер говорил: «Если я не занимаюсь один день, это замечаю я, если два, то это замечают мои друзья, а если три, то – весь мир». У нас все, конечно, не в таком масштабе, но тоже находит свое отражение.
– Есть что-то или кто-то, вдохновляющие вас?
– Мне очень помогает моя супруга. Это человек, без которого я не представляю себя. Она мой стимул и в жизни, и в профессии, чудесная женщина и музыкант. Еще меня поддерживают чудесные дочери. Младшая заканчивает школу и наверняка пойдет в училище, она обладает замечательным голосом и будет хорошим музыкантом. Еще один отличный стимул – это гастроли. Я много ездил по разным городам и странам. Публика везде разная, но восторг присутствует всегда, кричит ли зритель «браво» или просто смотрит горящими от восторга глазами.
– У вас есть ученики?
– Да, я занимался с ребятами. Ко мне обращались, чтобы я помог в подготовке к конкурсам, поработал над звукоизвлечением, звуковедением. Потом ребята привозили награды с конкурсов, занимали призовые места. Вообще валторна настолько сложный инструмент, что учиться можно всю жизнь. Чем, собственно, я и занимаюсь.

Опубликовано: 15 февраля 2012

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.