Там, на шахте гипсовой…

Дальнейший простой Порецкого рудника чреват серьезными технико-экологическими последствиями.
Еще не так давно сюда подруливали блестящие лимузины с московскими номерами – столичные хозяева регулярно интересовались делами на шахте. Торжественно презентованное десять лет назад строительство рудника по разработке здешнего гипсово-ангидритового месторождения сулило им, району и даже всей стране немалые блага. Району – налоги, рабочие места, стране – сырьевой источник, позволяющий вытеснить с рынка западных конкурентов в производстве изделий из гипсокартона.
Сейчас поутру у проходной паркуются лишь видавшие виды «Жигули» начальника шахты да подержанная «Лада» главного инженера. На шахте вот уже второй год царит безмолвие. Лишь несколько десятков человек приезжают, чтобы поддерживать шахту в безопасном состоянии. Правда, за это им второй год практически не платят и рабочее время они проводят в основном за лузганьем семечек и разговорами, как прокормить детей. Уволиться по собственному желанию и уехать в Москву на заработки невыгодно – не выплатят выходное пособие, а иного не предвидится. Вот и приходится мрачно шутить, по выражению одного охранника: «Чего детей-то кормить – пусть сами едят».

«Висим на волоске…»

Прошлой осенью, когда иссякли финансовые поступления от московского инвестора и он отказался от проекта, на шахте уничтожили весь запас взрывчатки, с помощью которой делали проходку. Часть людей сократили, других отправили в административные отпуска, поскольку еще оставалась надежда на то, что рудник со временем все же воспрянет. Правительство республики, и в прежние времена много сделавшее для реализации проекта, издало распоряжение о подготовке проектно-инвестиционного соглашения, по которому можно было рассчитывать на финансовую помощь из федерального инвестиционного фонда. Но когда в ОАО «ГиПор» («Гипсы Поречья») взялись за подготовку документа, по словам главы Порецкого района Е. Лебедева, выяснилось, что для этого у них нет целого ряда заключений, экспертиз. Москва же, как известно, слезам не верит, ждать там не стали, и с помощью из инвестфонда «ГиПор» «пролетел».
Ничего другого не оставалось, кроме как банкротить предприятие, чтобы обрести новых хозяев. Нынче в мае было введено внешнее наблюдение, а затем конкурсное производство, в ходе которого надо рассчитаться с кредиторами и в чистом виде выставить рудник на продажу. А долгов накопилось немало. По данным начальника шахты В. Сайфуллина, миллионы рублей задолжали за электричество и газ. Тут Валерий Марсович даже не знает, как благодарить руководителей «Чувашэнерго» и «Чувашрегионгаза» за отсрочку оплаты задолженностей. Временная мера, конечно, но и она достается тем, судя по всему, нелегко, поскольку у всех свои проблемы.
Без тепла и электроэнергии аховая ситуация может постичь шахту уже в предстоящую зиму. Вертикальный пятидесятиметровый ствол в шахту «обвязан» чугунной опалубкой. Достаточно температуре опуститься ниже плюс 5 градусов – и в опалубке может образоваться трещина, через которую может пойти вода (30 тыс. кубов в час), поскольку рядом так называемый казанский водоносный горизонт.
Валерий Марсович, конечно, надеется, что до этого дело не дойдет. Однако, по его словам, для подготовки к зимнему сезону пока «нет ни одной бумажки». А будут ли отпускать в долг газ и энергию «спонсоры» и дальше – вопрос, сколько же можно…
Сайфуллин – шахтер бывалый, поколесил по стране. «Я хоть завтра могу уехать – приглашают в начальники крупного карьера в одном регионе, – делится он. – Да ведь жалко пятилетнего труда, что я и мои коллеги потратили на эту шахту, очень жалко…»
Нынешней зимой, когда над рудником забрезжил реальный крах и стали искать новых инвесторов, приезжали представители всемирно известной немецкой компании «Кнауф», лидирующей на рынке стройматериалов из гипса и конкуренцию которой собирался составить «ГиПор». Но с этим получился швах, «ГиПор» готов был сам сдаться. Однако немцев отпугнула себестоимость добычи, главным образом из-за вертикального подъема породы. Везде в мире он горизонтальный, а тут почему-то вертикальный. Хотя по первоначальному проекту, утверждают специалисты, был тоже горизонтальный.

В ожидании «неравного брака»?

Все взоры сейчас обращены на конкурсного управляющего В. Дмитренко, занятого поисками нового инвестора. Он должен появиться, как положено по закону, по итогам аукциона, на который в декабре этого года будет выставлен рудник (причем шахта и база – отдельными лотами). Как сказал Владимир Евгеньевич, прежний инвестор уже дал согласие на продажу своего детища «даже по символической цене», если таковой можно считать сумму в несколько сотен миллионов рублей. Разрешение было согласовано в нашем республиканском правительстве.
Однако надеяться на то, что от покупателей не будет отбоя, не приходится. Тех, кто проявлял интерес, отпугивают, прежде всего, отсутствие поблизости железной дороги и вышеназванная водная опасность в шахте.
Но один из реальных претендентов все же есть. Только «невеста», скорее всего, не сама бросится в объятия «жениха», а будет сосватанной.
Этот претендент-инвестор, кстати, вполне профильный по гипсово-ангидритовому направлению, и ранее осторожно приглядывался к «ГиПору». Год назад присылал целую бригаду экспертов, но с наступлением кризиса отвернулся. Даже когда ему назвали цену ниже 300 миллионов рублей, ответил, что теперь ему и даром шахта не нужна. Для полного «счастья» сюда надо влить еще с полмиллиарда рублей. Но после того, как конкурсный с ним поработал, интерес, кажется, опять появился. Главный менеджер компании снова прислал своих экспертов, дело, не исключено, движется к взаимопониманию.
До сих пор было принято винить в срыве проекта только инвестора. Конечно, досадно, что у того не хватило духу и денег, чтобы хоть достроить рудник (каких-то процентов 15 оставалось). Но ведь старт он дал неплохой, а вот исполнительный менеджмент оказался явно не на высоте.
Бездонных инвестиций не бывает, нужны и текущие оборотные средства. Выручка от продажи попутной породы на цементный завод в Мордовии для дальнейшей реализации проекта была просто мизерной. А вот если бы вовремя запустили производство гипсокартонных плит, с финансами было бы куда легче. С ним же носились все десять лет, «размещая» его то в Ядрине, то в Шумерле (хотя по проекту производство должны были наладить прямо на руднике). В итоге нигде не получилось. Об уровне менеджмента говорит даже документальное «сопровождение» проекта, которое велось так, что не смогли собрать документы для получения федеральной помощи.
Словом, «ГиПор» – в тягостном ожидании развязки. Пока же мебель из конторы шахты вывезли в райадминистрацию. На всякий случай – чтобы не растащили.

Опубликовано: 7 октября 2009

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.