Жесткая посадка

Один из пассажиров частного самолета Cessna 182 Skylane, потерпевшего в конце ноября под Пермью аварию, чебоксарский фотограф Илья Степанов, поместил в собственном интернет-блоге рассказ о том, как это произошло. Мы публикуем фрагменты его драматического повествования с согласия автора.
«Внезапная тишина, я вижу неподвижные лопасти пропеллера, слышу сообщение об отказе двигателя. И в мозгу включается какой-то страшный счетчик, отсчитывающий теперь время то ли до конца жизни, то ли до некоего момента «Х», после которого – неизвестность, – пишет Илья. – Десять километров до ближайшего аэропорта Савино точно не дотянуть, мы уже в облаках, и вокруг не видно ничего, кроме серой мглы. «Под вами город, прямо по курсу завод», – сообщает полетный диспетчер аэропорта.
Неожиданно облака остаются где-то высоко, и становится видно, что мы уже не планируем, а стремительно несемся к земле. «7 километров до Камы, за ней вспаханное поле, на него можно попытаться сесть, доложите о ваших планах», – ровным голосом спрашивает диспетчер. Теперь видно все: город, завод, Каму – и гораздо ближе, чем бы нам хотелось. Но нет даже намека на панику, хотя все встревожены.
«Не дотянем до того берега», – тихо говорит пилот. Счет идет на секунды, самолет как-то странно покачивается, видимо, уже не хватает инерции, скорости или чего-то еще для стабильного движения. Что чувствовал каждый из нас в этот момент – Бог знает! Я, человек достаточно спокойно относящийся к религии, мысленно несколько раз за эти секунды обратился к Нему. Это не было молитвой – я просто повторял его имя.
До земли остаются десятки метров, но вдруг мы совершаем еще один маневр. Как позже рассказал Николаич (т. е. пилот Э. Лосеев. – «СЧ»), в последний момент он увидел стоящего на нашем пути человека, который нас, похоже, даже не видел и не слышал. Сначала резкие чирки задетых веток, и в то же мгновение сокрушительный удар шасси об дерево: самолет делает немыслимый кульбит через правое крыло. Не слышу треска, не слышу криков – просто расстаюсь с реальностью. Удивительная штука – сознание. Отключается в самое интересное время, и я не вижу, как разлетается на куски наш самолет и как сбегаются люди. Потом сказали, что меня выбросило через развалившуюся стенку фюзеляжа и я несколько минут лежал на спине с закрытыми глазами, судорожно хватая ртом воздух.
Когда очнулся, то увидел, что вокруг полно народу: МЧС, «скорая помощь», пожарные начали заливать все пеной. Люди в форме все бегали и узнавали наши фамилии, откуда мы, и докладывали кому-то по телефонам, докладывали… Наша разбитая вдребезги «птица» уже полностью залита пеной и, видимо, больше никогда не взлетит. Вокруг воняет керосином, слышен звук садящегося вертолета. С радостью обнаруживаю возле себя кофр с фотиком и пытаюсь делать какие-то дежурные кадры. Кружится и болит голова, меня шатает, в груди что-то при движении похрустывает, но боли нет, половина лица в крови. Полное ощущение съемок фильма-катастрофы. Наконец всех увозят в ближайшую медсанчасть. Там нас избавляют от воняющей керосином одежды, дают какие-то таблетки, делают уколы, бинтуют и промывают раны…
Мне все твердят, что в рубашке родился, и тут же ведут на допрос, как наименее пострадавшего. Потом допросы будут продолжаться еще несколько дней – с утра и до вечера. Шутка ли – ведь мы грохнулись в 100 метрах от ворот порохового завода. Репортажи по телевидению и радио, заметки в газетах – всего этого мы не видим, сообщают по телефону друзья. Корреспондентов к нам не пускают все те же следователи. Мы трое – Лосеев с сыном и я – лежим в одной палате, а Саша – в реанимации. Похоже, основной удар самолета о землю пришелся на его место, он потерял 5 литров крови, сломал обе ноги и руку, ремень безопасности, похоже, сыграл не лучшую роль – произошел разрыв селезенки, поджелудочной железы. Ко всему этому потом добавились почечная недостаточность, осложнения с печенью и сотрясение мозга. С момента падения он так и не пришел в сознание.
Удивительно, кроме следователей и наших знакомых нас навещают те самые люди, которые помогали нам на месте падения. Спасибо за все.
Вот и вся история. То ли Бог, то ли случай нас приласкал. И, упав с высоты почти 4 км, мы остались живы. А Саша Обожгеев умер.
На похоронах было много народу – его любили и ценили».

И. СТЕПАНОВ.

3 Ответы

  1. Сегодня в память об Александре Обожгееве… Трагически погибшем после падения самолёта CESSNA в г. Пермь в конце ноября 2009 года…

    В ПОХОДЕ НА ЖОЙГОН
    (август, 1998 г.)

    Сейчас, когда сижу за письменным столом
    И вспоминаю про поход в Тыву — Саяны,
    Могу спокойно рассуждать в тепле о нём,
    Как мы пошли, прошли, пришли —
    Где каждый божий день пути,
    Мы лишь от счастья были пьяны.
    1
    С Саяной горный перевал остался позади.
    Хозяйка гор, Саяна, мирно отдыхала.
    Гудки автомашин, встречавшихся в пути,
    Её величество в тот день не замечала.

    Но местный житель знает нрав цариц.
    Порой уж так рассердится хозяйка,
    Что перевал с дорогою крутой,
    Становится опасным: испытай-ка!

    Нам солнце освещало серпантин пути.
    Кызыл на Енисее — цель автобусной поездки,
    От Центра Азии к Жойгону — цель мечты,
    Для нас она была, что свадьба для невестки.

    Но вот и основные сборы позади.
    В Кызыле собрались участники похода.
    На взлёт готовы местные орлы,
    А мы орлы российских городов,
    Нам не страшна любая на Земле погода.

    Аэропорт, посадка в вертолёт и — взлёт,
    Как на ладони необъятные Тувы просторы:
    Холмы, ущелья, горы и восторг,
    Когда твои мечты имеют воплощенье.
    2
    Попутный вертолёт перед посадкой сделал круг,
    Но промахнулся, оставляя сушу справа.
    В болотце приземлился, предлагая в пять минут
    Покинуть борт и насладиться прелестью
    Придуманного нами туристического рая.

    Туристы дружно побросали рюкзаки,
    К воде пригнулись, от винта спасаясь,
    Последний раз рукой махнули «стрекозе»,
    Поклон приветствия влюблёно подарив тайге,
    У Изык-Сука ночью звездопадом восхищаясь.

    А утром, спрятав лишний груз в траве,
    Поправив рюкзаки, под солнцем знойным
    Пустились в путь, желая до ночи пройти,
    Почувствовать все трудности неблизкого пути,
    Жойгон увидеть — место у Тывы святое.

    Равнина кончилась. Мы шли меж гор.
    Нам реки бурные встречались на пути.
    Нас окружавший мир лесной
    Околдовал своей таёжной красотой и чистотой
    Природной, бесценное наследие Тывы мы обрели.
    Какое чудо — жизнь в земном раю!
    Источники с живой водой энергию здоровья излучали
    Мы поднимались в горы, где катались на снегу,
    Мы видели начало жизни рек великих наяву,
    Мы нарушали мест покой и потому,
    Нас духи гор однажды горстью града закидали.

    Семь дней туристы — баловни судьбы,
    Семь дней положенных мы провели на суше.
    Священному Жойгону благодарны все
    За сказочный приём в таёжном тупике,
    Вселял который культ природы в человеческие души.
    3
    Обратный путь на крыльях мы прошли.
    Олени дикие нам уступали тропы,
    Прощайте, километры пешего пути,
    Нас ждут катамараны, вёсла у реки
    Кызыл нас ждёт за сотни километров.

    Река, прохлада, тишина,
    Рыбалка, солнце — в общем благодать!
    За две недели водного пути
    Семьсот нам удалось «на грудь принять».

    Пороги научились проходить.
    Завалы научились обходить.
    В бурлящий и ревущий водопад
    Мы прыгали, вот это был отпад!

    В палатках ночевали мы в тайге.
    Однажды ночью плыли по реке
    И любовались звёздами в тиши:
    Гребли, дремали, спали,
    Но вперёд всё шли,
    Сопровождаемые стаями утят.
    Под неустанным взором коршунов,
    Порой и медвежат
    Оставили мы за спиной пути,
    Озёра изумрудные, красавцы кедрачи.

    Студёная, прозрачная, весёлая вода
    Нас освежала и была добра,
    И вот фрагмент подробный водного пути,
    Пишу о двух, другие пожелал я обойти.

    4
    Поток воды стремительный меж гор
    Пройдя нелёгкий путь, он Хам-Сыру питает
    Мы вызов бросили невестке озорной,
    Которая в великий Енисей впадает.

    На вызов Хам — Сыра лишь усмехнулась,
    Катамаран чуть приподняла на своей волне
    И в пене студенистых брызг отвага наша
    Как-то быстро захлебнулась.

    Добавил страха и волнений крупный дождь:
    Саяны не хотели с нами расставаться,
    И Хам-Сыра, порогом преграждая путь,
    Потребовала нас, туристов, (в жертву) здесь остаться.

    Направив армию из волн, в которой каждый воин
    Окатил нас леденящей душу влагой,
    Гребцов заставила река «сушить весло»,
    Без управления неся «четвёрку», устрашая дракой.

    Но чудо! Как без чуда в той борьбе!?
    Под зонтиком, без спасжилета девочка дрожала.
    Надеждой звали. Вот ирония в судьбе!
    Её волшебное свечение на Хам — Сыре
    Хозяйка гор Саяна увидала.

    Задумалась царица неспеша,
    Припоминая, очевидно, своё детство,
    Приблизилась и посмотрела девочке в глаза
    Оценивая меж собой различье.

    И что-то близкое, родное увидав,
    Саяна приняла великое решенье:
    «Да пусть плывут гондолы по воде.
    Им под водой я не заказывала места!»

    Стихия отступила, и порог остался позади,
    Гребцы притихли, не сбавляя скорости движенья,
    Задумались на миг о пройденном пути,
    И помолились богу в мыслях за спасение.
    5
    Перед глазами эпизод ещё один,
    Течение реки несло гондолы браво.
    Команда прозвучала:
    » Поворот! Держись все, как один!»
    Катамаран качнуло резко вправо.

    Команды той я не услышал. Было так
    В какой-то миг и место без гребца осталось
    Лишь помню, как качнулся на волнах,
    Затем, как камень, погружался в воду: «МАМА!»
    Потом, как рыба под водой зимой,
    Искал, где всплыть, чтоб надышаться кислородом.
    Когда ж мои глаза открылись над водой,
    Мои друзья уже искали меня взглядом.
    И знак вопроса исчезает сам собой.
    Весёлый смех Купальщик снова рядом!
    6
    Поход окончен. Перевал нас ждёт.
    Саяна радугой украсила своё величье
    Тыва, прощаясь, говорила:
    «Жойгон Вас ждёт! Саяны ждут!»
    Великий Енисей Вас отпускает не навечно».

    Я описал события не все.
    Турист в походе — каждая минута- приключенье,
    Особенно когда турист в глухой тайге,
    То каждый миг имеет для него значенье.

    Читатели мои, мой Вам наказ,
    Для собственных произведений
    Наберитесь чуточку терпенья,
    И для фантазий каждому из Вас
    Найдётся место в воображенье.

    Для тех, кто мысленно уже в пути,
    Не нужно долгих пояснений.
    Закончу тем, что я в конце
    Представлю Вам стихи девчат,
    В которых о походе нашем,
    Их выражено собственное мненье.

    ПЕСНЯ «ПОХОД В ТЫВУ»
    (каждая строчка песни повторяется 2 раза)
    1. Мы пошли в поход
    На источники.
    И сказали нам:
    «Двадцать дней пути».
    Припев:
    Видно не судьба
    К сентябрю приплыть.
    И придётся нам
    Школу позабыть.

    2. Изыг-Сук, плывём,
    Мы в поход идём
    Там река шумит
    И вода бурлит.
    Припев:
    Но не страшен он
    Никому из нас.
    Мы вперёд идём
    Сухари грызём.

    3.Дядя Вася гид,
    Дядя Эдик кит,
    Хариус в реке
    Заглядение.
    Припев:
    За бортом — Антон
    Под водой ворчит.
    «Гребешок» огрел —
    Вот крещение.

    4.Хам-Сыру, плывём,
    Водопад мы ждём,
    А река несёт,
    За собой зовёт.
    Припев:
    Водопад ревёт,
    Там опасность ждёт.
    Нам в обход идти
    И плоты нести.

    5.А грибов вокруг-
    Объединение.
    Ягод красный цвет —
    Заглядение.
    Припев:
    Тётя Лена спит,
    Тётя Оля бдит.
    На костре уха
    Быстро закипит.

    6. Игорю во сне
    Снятся сто гребков.
    Мамы рядом нет
    Плакать хочется.
    Припев:
    Утром нам опять
    Глазки умывать,
    Рюкзаки на плот —
    Вновь движение.

    7.Быстро мы плывём.
    Вот и в Ирбане.
    Скоро проплывём
    Испытание.
    Припев:
    Нам вперёд идти,
    Нам три дня грести.
    Вот и кончится
    Кочевание.

    8.Я Вас всех люблю,
    Честно говорю,
    Но придётся нам
    Всем разъехаться.
    Припев:
    Не забудем мы
    Ночи у костра,
    Спальник на камнях,
    Мошкару в ушах.

    9.Будем мы скучать,
    Но уверенны:
    Скоро встретимся
    На источниках.
    Припев:
    Видно, нам судьба
    По Тыве пройти,
    На Жойгоне быть,
    Путь наш повторить.

    10.Катя с Варей Вам
    Пропоют опять
    Песню о тайге
    С выражением.
    Припев:
    Видно, нам судьба
    На Саянах быть,
    У источников
    Песню повторить.

  2. Нужно добавить, что Илья Степанов в этой непростой ситуации оказался по-настоящему мужественным человеком и профессиональным фотографом. Он поставил себя выше ситуации: снимал до последних минут полета (оставил лишь время, чтобы надежно зачехлить камеру и приготовиться к удару). Советую посмотреть его документальный дневник с фотографиями и видео в Живом Журнале…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.