В Сибирь не по этапу

В шестидесятые годы была программа по освоению Сибири. Многие чувашские семьи откликнулись на призыв правительства и уехали в суровый край. Как живут их потомки?
Семья Ивана Осипова, ныне замдиректора ЗАО «Дубровское», сорвалась с места в 62-м. На вокзале Томск-2 их встретил тогдашний председатель колхоза Гурьев, уговорил ехать в Кожевниковский район: весь скарб плюс пятерых детей погрузили в грузовик и прибыли на место. На пустое место. Для обустройства колхоз им дал кедровый лес на корню для сруба, ручную пилу, корову и матпомощь.
Первое время русские соседи делились с переселенцами мукой и салом. Иван Иванович вспоминает, как в первый же день отец сделал ему, десятилетнему пацану, удочку и отправил рыбачить. Через час он принес полведра рыбы, а отец похлопал его по плечу и сказал: «Здесь жить можно!»
Жили в шалашах, постепенно, всем миром, строились. Очередной сруб новому хозяину ставили всем колхозом. Русских удивлял обычай чувашей: на укладку сруба одеваются не по-рабочему, а как на праздник. Мужчины в белых рубахах кладут бревна, женщины в нарядных светлых платьях укладывают мох. За день-два сруб готов. Все остальное: крыша, окна – дело рук хозяина и его семьи. Маленький Иван Осипов тоже помогал. Все ребятишки играют, а он бревна шкурит. Дневную норму осилил – можно и на речку. А вот в школе были проблемы: ни взрослые, ни дети толком не знали русского языка. Учились так: по математике – пять, по русскому – два, потому все переселенцы-школьники оказались во второгодниках. Зато потом учеба наладилась.
Дома строили добротные, за полвека ни один не покосился. А спустя несколько лет после основания чувашской деревни колхоз стал миллионером, и уже в 1971-м слыл первым в районе по сдаче зерна. Не просчитался председатель, не прогадал. Гурьев так и говорил всюду: «Чуваши – очень трудолюбивый народ. Если мужики загуляют, за них женщины на работу пойдут. Я со многими поработал, и самые надежные работники – это чуваши».
На праздники здесь надевают национальные костюмы, — рассказывает интернет-портал Новости в Омске. Красивые фартуки – обязательный атрибут даже выходного чувашского платья. А вот оригинальное женское украшение – нагрудник из монет – единственное, его бережно хранят как реликвию, всем не показывают. На Акатуй варят баранью голову с пшеном и картошкой, пекут пироги и делают шыртан. Варят домашнее пиво, исконно чувашский напиток, которое постоянно подогревают и разливают ковшом, кому сколько надо.
В Доме культуры хозяйка Светлана Браткова показывает гостям свой национальный центр, библиотеку и медпункт, где работают одни чуваши. Между собой они говорят по-чувашски. Но это старшее поколение, дети языка уже не знают.
Сегодня в сибирских деревнях осталось мало скотины: считается, что содержать ее дорого, невыгодно. А у каждой чувашской семьи есть корова. Это обязательно. «Чуваш держит корову до тех пор, пока ноги ходят», – говорят здесь.
Тут можно увидеть сани, в которые впряжена пара коней. Именно пара – прямо скажем, редкое для Сибири зрелище. Чуваши любят кататься на лошадях, на проводах зимы устраивают скачки. Лошади есть у многих, а на конюшне работают только чуваши. Выращивают племенных рысаков на продажу.
– Чуваши – очень щедрый народ, – отмечают их русские соседи, – никогда не придут в гости с пустыми руками. Кто молока принесет, кто – муку и яйца, а в праздник – чекушку. Под гармошку поют непонятные, но очень красивые песни…
Многие чувашские матери, которые рискнули поменять теплую родину с яблоками и орехами на суровый край комаров и болот, уже ушли из жизни. Сейчас самой старшей переселенке, Анне Осиповой, далеко за 80. А самой маленькой Сашеньке – 8 месяцев.
С тех пор, как приехали в чужие края, чуваши живут дружно, держатся друг за друга, любят и хранят свои традиции, равно как любят и Сибирь, которая их приютила, дала хлеб и кров. Теперь все они уже по-русски думают, но говорят еще по-чувашски. И все еще тоскуют по своей далекой родине.

С. ШЕРСТОБОЕВА,
Томск.