Целевики — мимо цели

В вузах и колледжах заканчивается раздача дипломов. Свежеиспеченные финансисты, юристы ищут работу по профилю. А вот многие аграрии, кого пять лет учили выращивать пшеницу либо лечить коров, и не собираются этим заниматься.

Невозвращенцы не спешат на село

Светлана Порфирьева пятый год возглавляет сельхозкооператив им. Ульянова Аликовского района. В хозяйстве хронически не хватает специалистов с аграрным образованием. Пять лет назад отправили отсюда на учебу в Чувашскую сельхозакадемию одного парня. Специальность сельского инженера он получал на так называемой контрактно-целевой основе по договору между работодателем, вузом и самим студентом, согласно которому выпускник должен вернуться в родное село и отработать не менее пяти лет. Да только не надеется на его возвращение Светлана — не лежит у парня душа к технике, что она давно заметила. И пошел он в сельхозвуз, судя по всему, лишь ради «корочки».
По данным начальника отдела сельского хозяйства райадминистрации А. Прохорова, в сельхозакадемии учатся 84 студента из района, 26 из них — целевики. О том, сколько выпускников вернется, Анатолий Иванович представление имеет, судя по всему, смутное. «Волга» направляла одну девушку на ветеринарный факультет. Но пока та училась, хозяйство обанкротилось, теперь вот, возможно, в райветслужбу возьмут… Еще фермер Исаев вроде нуждается в специалистах», — вспомнил Прохоров.
«Скоро, возможно, буду нуждаться, но пока один справляюсь, — сказал Геннадий. — К нынешним молодым доверия у меня маловато, ведь многие из них, еще учась, навостряются кто куда. А мне нужен человек, действительно любящий землю».
Всего же в этом году академия выпустила около 600 молодых агрономов, зоотехников, инженеров, специалистов по переработке, экономистов, в том числе 350 — с очного отделения. В АПК республики на сегодня не хватает, по данным Минсельхоза, 503 специалистов и 21 руководителя. Как видно, одного выпуска сельхозакадемии достаточно, чтобы закрыть кадровую брешь, но этого в ближайшее время не предвидится. На селе на конец прошлого года не хватало в среднем по 50–60 агрономов, зоотехников, инженеров. Лишь с бухгалтерами все в порядке… Из молодых на село пришел только один агроном, по остальным специалистам — сплошной ноль.
Целевиков среди нынешних выпускников, по данным ректора академии Н. Кириллова, 110, а по сведениям отдела кадров Минсельхоза – 142. По сравнению с позапрошлым годом, когда состоялся первый выпуск обучающихся на контрактно-целевой основе, это почти втрое больше. Однако ожидать существенного укрепления кадрового потенциала АПК вряд ли стоит. Николай Кириллович считает, что не более половины целевиков уедут по назначению. Если уж не с твердым намерением посвятить себя земле, то хотя бы попробовать, что это за кусок хлеба. Процентов 15 таких выпускников уйдут в армию, еще столько же выпускниц – в декретный отпуск, остальные – в аспирантуре и т. д.
Объяснить же повышение интереса к целевому обучению в сельхозвузе можно разве что существенными льготами при поступлении и тем, что за такого студента платит хозяйство. В позапрошлом году наша газета уже касалась этой темы, и выяснилось, что среди целевиков немало детей руководителей сельхозпредприятий. Когда же стали интересоваться, вправду ли дети пойдут по стопам родителей, услышали весьма туманные рассуждения о такой перспективе.
Что уж говорить о молодых специалистах, «испеченных» на коммерческой основе. Некоторые прямо заявляют, что им сначала надо «отбить» деньги, потраченные на учебу. А на зарплату агронома либо ветврача это вряд ли возможно.

Вольному воля

Руководство вуза тут ничего не может поделать – по Конституции у нас свободный выбор как профессии, так и работы. Да и целевое обучение, оказывается, тоже, можно сказать, под вопросом. В 1994 году федеральное правительство подготовило проект постановления о контрактной подготовке специалистов. Документ опротестовал Конституционный суд ввиду того, что он нарушает равные условия при поступлении абитуриентов. Однако тогдашнему министру образования В. Филиппову удалось все же добиться разрешения на целевую подготовку специалистов для АПК, учитывая особо острую их нехватку.
Кроме специалистов с высшим образованием, еще порядка 260 выпускников покинули стены Алатырского и Вурнарского сельскохозяйственных техникумов. Из 140 алатырских выпускников почти треть тоже обучались по целевому назначению. Все ли доедут до родных сел – тоже вопрос. Молодого агронома ждали в СПК «Рассветовский», но, как сказал председатель Н. Ларьков, парня осенью забирают в армию. Придет ли после службу в хозяйство – неизвестно.
Как гордость в техникуме преподносят факт, что несколько выпускников продолжат учебу в Московской ветеринарной академии. Высшее образование, да еще столичное, – это хорошо, но пока только для самих студентов.
Мы обзвонили несколько хозяйств в Вурнарском районе, куда, по данным директора местного сельхозтехникума И. Арбузова, должны были направить стопы их молодые специалисты. Нигде те не объявлялись, а где-то их просто не ждут.
Безусловно, можно и, видимо, стоит упрекать выпускников сельскохозяйственных учебных заведений в недостаточной ответственности при выборе профессии и просто в легкомыслии и излишне потребительском отношении к жизни – всего много и сразу. Но что поделаешь: времена, когда молодой аргоном годами снимал угол у деревенской бабушки, думая только о чистоте посевов и новых сортах ржи, миновали. Нынешний подход более прагматичен. Хотя есть в той же сельхозакадемии по-настоящему толковые ребята, не зацикленные только на деньгах.

К земле притягивает свой дом

Два главных условия могут привлечь молодого «кадра» на село – зарплата и наличие жилья. С денежным довольствием пока швах – средняя зарплата в АПК республики 5 тысяч с небольшим рублей. В успешных хозяйствах побольше, но молодого, пожившего в городе человека и это вряд ли устраивает. (Мне рассказывали, что некоторые студенты академии умудряются выезжать на заработки аж в Англию на озеленительные работы, откуда привозят валюты на 100 тысяч рублей.) И тут аграриям думать да думать.
С жильем полегче. Действует программа жилищного обеспечения сельских молодых семей и специалистов, по которой им полагаются бюджетные субсидии в размере не менее 75 процентов от расчетной стоимости жилья. Средства на условиях софинансирования выделяются из федерального и консолидированных муниципальных бюджетов, включая поселенческий. Правда, местные бюджеты включились в это с большим скрипом, после жесткого указания Президента республики, но не менее 40 процентов сейчас они выделяют.
В 2005–2006 годах на эти цели поступило всего 39,4 миллиона рублей, 565 семей и специалистов воспользовались субсидиями. В нынешнем выделяется уже более 50 миллионов, в том числе 33 с лишним миллиона – из местных бюджетов. Причем субсидию можно оформить, еще учась на пятом курсе вуза.
Словом, поддержка есть, но удивляет, как плохо она кое-где используется, несмотря на настоящий голод на специалистов. В прошлом году Шумерлинскому району лимит средств на данные цели был определен в размере 1,3 миллиона рублей – с трудом «выбрали» лишь 450 тысяч. В нынешнем – та же самая картина, есть только один претендент на субсидию. По словам и.о. начальника отдела социального развития Минсельхоза О. Илларионовой, руководство района ссылается на отсутствие молодых энтузиастов, желающих посвятить себя сельской работе. Вот если построить дом либо квартиру в Шумерле за счет субсидий – это пожалуйста…
Странно, однако, что в соседних районах желающих обзавестись жильем в деревне и поработать на земле значительно больше. Может, дело не в претендентах, а в том, что их плохо ищут?
Ненамного лучше с этим обстоит также в Чебоксарском, Козловском, Красноармейском районах, где по 2-3 получателя субсидий. Выходит, не одни только выпускники виноваты в дефиците кадров на селе.

Тэги:
Без рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.