Как малый бизнес теперь называть?

Существует немало программ и форм государственной поддержки малого предпринимательства. Однако кого конкретно отнести к данной категории, оказывается, большой вопрос, ответ на который не знают даже власти, издающие эти программы.
Озвучил эту проблему прокурор отдела по надзору за соблюдением федерального законодательства прокуратуры республики Андрей Королев. Как он заметил в ходе заседания рабочей группы по малому предпринимательству и товарному рынку при Комиссии по повышению устойчивости социально-экономического развития Чувашии, возникают трудности при определении категории малого и среднего бизнеса. Таких критериев нет, кроме одного – федеральным законом предусмотрено ведение реестра лишь тех субъектов предпринимательской деятельности, которые получают финансовую поддержку. Однако этого реестра в настоящее время нет, поэтому у контрольно-надзорных органов возникают проблемы, а малый бизнес перед ними или нет?
С такой постановкой вопроса согласился министр экономики Иван Моторин, заметивший, что ни один государственный орган не уполномочен определять, что именно является малым бизнесом. И предложил обратиться в федеральное министерство, дабы оно внесло все же ясность, кого относить к сектору малого бизнеса. Ибо это нужно и республиканским властям при определении, кому же оказывать поддержку в рамках существующих программ. А пока же Торгово-промышленная палата, как пояснил ее руководитель Игорь Кустарин, действует несколько волюнтаристски – направляет предпринимателей в Пенсионный фонд за соответствующей справкой, после которой уже ТПП дает подтверждение: да, мол, есть такой хозяйствующий субъект.
Главная тема, рассмотренная на рабочей группе – реализация в Чувашии Федерального закона «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля», который дал ряд послаблений для бизнеса от чрезмерного властного внимания. Однако, как показала практика, проблемы остались. Далеко не каждый предприниматель решается заявить о нарушении своих прав. Оно и понятно – чем длиннее язык, тем интереснее жизнь, бьющая ключом и буквально по голове. Более того, если активного «жалобщика» руководство контрольно-надзорных органов понимает, то исполнители, как правило, доводят ситуацию до абсурда. Они получают от руководства соответствующее поручение о проверке ситуации, и это выливается в еще большие репрессии и закручивание гаек. А в целом одно из последствий мирового кризиса заключается в том, что заметно ужесточились требования контролирующих органов. Причем, как заметил И.Кустарин, не всегда это оправданно. Реализуя антикризисные меры, предприятие может принять ряд действий. К примеру, необходимо провести сокращение численности персонала – трудинспекция тут как тут. Происходит освобождение от непрофильных активов – налоговая инспекция уже бдит. Снижение цены на продукцию вряд ли пройдет мимо антимонопольщиков. Так что процесс выживания экономических субъектов – сугубо индивидуальный, но он требует некоей координации, над чем сейчас работает Торгово-промышленная палата.
Закон «О защите прав…» наделил прокуратуру правом согласования внеплановых выездных проверок. По состоянию на 1 июля, за несколько месяцев действия закона поступило 24 заявки на проведение внеплановых выездных проверок. Четыре из них были отклонены. Предприниматели не могли не поинтересоваться, кому же из ведомств было отказано в выезде к ним. Как пояснил прокурор А. Королев, это МЧС, Роснедвижимость и МВД.

Опубликовано: 29 августа 2009

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.