Криминалисты – стратеги расследования

полиграфОНИ ПОМОГАЮТ ДОБЫТЬ «ЖЕЛЕЗНЫЕ» УЛИКИ

Следователи­-криминалисты, помогая оперативно раскрывать наиболее сложные и резонансные преступления, качественно расследовать уголовные дела, как правило, для большинства граждан остаются «солдатами невидимого фронта».
Чем они конкретно занимаются, рассказал заместитель руководителя Следственного управления СКР по Чувашии Евгений Тумандейкин, не один год возглавлявший группу прокуроров-­криминалистов и сейчас курирующий это направление.

ГРАМОТНАЯ ТАКТИКА
– Евгений Николаевич, основные задачи криминалистов?
– В любое время дня и ночи сотрудники отдела криминалистики нашего управления выезжают на места происшествий, помогают находить, правильно фиксировать и изымать вещественные доказательства. Именно улики в дальнейшем определяют объективность решения по уголовным делам.
В ходе предварительного следствия наши криминалисты плотно работают с экспертными службами республики – участвуют в отборе вещдоков для исследований, помогают правильно поставить вопросы, которые выносятся на разрешение экспертиз, консультируют, как использовать полученные экспертные выводы при выдвижении следственных версий и планировании всего расследования по делу.
– То есть криминалисты, по сути, вырабатывают стратегию расследования?
– Это и есть их основная задача. Как результат, раскрываемость убийств, например, в республике превышает 98 процентов.
– Криминалисты скрупулезно работают по расследованию преступлений прошлых лет, есть успехи?
– Обеспечить принцип неотвратимости наказания за совершенное преступление – наше профессиональное кредо. А если об успехах, то только за 2011–2014 годы раскрыто 173 преступления прошлых лет, которые ранее в силу объективных причин оставались «темными». В частности, с помощью добытых неопровержимых улик раскрыто девять убийств и четыре изнасилования.

И УМНАЯ ТЕХНИКА
– Сегодня отличное подспорье для криминалистов и современные технические возможности.
– С этим не поспоришь. Современные средства криминалистики, а также новые виды экспертных исследований – значительная помощь в раскрытии преступлений как давних, так и совершенных в условиях неочевидности.
К примеру, в следственной практике часто используются психофизиологические исследования (ПФИ) с применением полиграфа (так называемого «детектора лжи»). За неполные четыре года с момента образования СК России в нашем управлении проведено 605 ПФИ. При этом в 34 случаях их результаты стали серьезным поводом для возбуждения уголовных дел, а в 24 случаях они были положены в основу обвинительных приговоров.
Конечно, исходные данные ПФИ не берутся сразу за установленную истину: они анализируются в комплексе с другой информацией, проверяются следственными действиями.
– Полиграф можно обмануть?
– Если полиграфолог выбирает безошибочную тактику проведения тестов, практически невозможно.
Например, благодаря ПФИ следователям удалось максимально сузить сектор поиска захоронения пропавшего без вести в 2009 году 69­-летнего жителя Чебоксар. Выяснилось, что он был убит и закопан в лесу в Ядринском районе из­-за миллиона рублей. Убийцей оказался юрисконсульт одной из чебоксарских фирм.
– Откуда у пенсионера миллион рублей?
– Продал в Нижнем Новгороде акции крупной газовой компании, юрисконсульт его сопровождал, а на обратном пути отнял у пенсионера не только деньги, но и жизнь. В феврале этого года суд приговорил его к 16 годам лишения свободы.

И ПРО ВЕДЕРКО НЕ ЗАБЫЛ
– Говорят, применение полиграфа наиболее эффективно на начальной стадии следствия.
– Абсолютно верно. То есть в момент, когда до минимума сведена «утечка» информации о деталях преступления вовне. При таком раскладе, например, мы работали с мужчиной, подозреваемым в причастности к безвестному исчезновению 11-­летней девочки в Козловке.
– Пошла в школу и не вернулась в августе этого года?
– Да, это тот самый случай. В ходе крупномасштабных поисков девочки удалось выйти на след 52­-летнего жителя Татарстана, который в тот день на машине находился в Козловке. Его вначале допрашивали как якобы возможного свидетеля случившегося ДТП. При этом мужчина категорически отрицал, что подвозил кого-­либо.
Однако результаты ПФИ показали, что испытуемому известны предметы одежды без вести пропавшей девочки (и даже про ведерко, которое она несла, вспомнил), а также обстоятельства ее исчезновения. Позже он сознался в убийстве малолетней, указал место, где закопал ее тело. Расследование продолжается.
– А были случаи, когда полиграф подтверждал невиновность человека?
– Это еще одно ключевое его достоинство. Полиграф может как подтвердить вину человека, так и защитить его от необоснованных подозрений. К примеру, с учетом результатов ПФИ было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении жителя Батыревского района, который подозревался в нанесении побоев жене, от которых она умерла. На самом деле женщина умерла от травм, которые получила при падении.
– Если подозреваемый отказывается от полиграфа, он может избежать наказания, даже если виновен?
– Это вряд ли. Ведь ПФИ – лишь один из способов сбора доказательств. А если говорить о полиграфе, то на нем может быть исследована и жертва преступления.
В Чебоксарском районе насильник родной дочери отказался от ПФИ, а она согласилась. И рассказала о деталях случившегося. Информация совпадала с той, что была изложена ею в ходе предтестовой беседы и при допросе. Отец приговорен к 20 с лишним годам лишения свободы.
– Какая еще техника на службе у криминалистов?
– Задействована панорамная 3D-фотосъемка, позволяющая совершать так называемые «виртуальные туры» по месту происшествия и оценивать реальные масштабы трагедий. Используются также источник экспертного света, цианакрилатовая камера, газоанализатор, позволяющие более эффективно выявлять следы преступления, невидимые человеческим глазом, в том числе биологического происхождения.

ИНСЦЕНИРОВАЛИ ДТП
– Про газоанализатор поподробнее.
– В селе Шигали Канашского района погиб мужчина. Якобы въехал на машине в дерево, в салоне случился пожар, и водитель сгорел. Газоанализатор позволил определить, что внутри салона есть пары бензина. Это дало основания полагать, что ДТП было инсценировано, чтобы скрыть насильственную смерть сельчанина.
Вскоре был задержан и подозреваемый в причастности к его гибели. Им оказался 31-летний житель Цивильского района, за несколько дней до этого освободившийся из мест лишения свободы. На его одежде при помощи источника экспертного света были обнаружены следы биологического происхождения, похожие на кровь, что в последующем и подтвердило причастность мужчины к смерти погибшего. Выяснилось, что действовал он не один. Злоумышленники найдены, скоро предстанут перед судом.
В этом году в ходе расследования трех уголовных дел также применялась гипнорепродукция памяти с привлечением высококвалифицированных специалистов-психологов. Эта методика позволяет восстанавливать в памяти человека однажды им пережитое, вспомнить важные обстоятельства, имеющие значение по уголовным делам.
– Бывают ситуации, когда сотрудников СУ СКР по Чувашии привлекают на места происшествия в других регионах?
– Нечасто, но такое бывает. В ноябре прошлого года 16 сотрудников нашего управления (в том числе и я) по поручению руководства Следственного комитета России незамедлительно выехали в город Казань на место крушения самолета «Боинг-737», летевшего из Москвы. Там мы выполняли необходимые следственные действия: осмотр и изъятие большого количества тел погибших, предметов их одежды, документов, назначили свыше 300 экспертиз. В общем, приняли все возможные меры по идентификации личностей жертв этой катастрофы.
– Евгений Николаевич, насколько эффективно взаимодействие ваших криминалистов, следователей с другими силовыми структурами республики?
– По сути, каждое раскрытое тяжкое или особо тяжкое преступление – это наш совместный труд. Особо тесно работаем с экспертами различных ведомств и оперативными службами МВД по Чувашии, вместе с ними идем по следу преступников.

КСТАТИ
Институт прокуроров-криминалистов был создан 19 октября 1954 года. Специалистов этого ранга назначали из числа наиболее опытных следователей, и их кандидатуры согласовывались в центральном аппарате прокуратуры СССР. В нашей республике первым прокурором-криминалистом был назначен Петр Шайбин. После образования Следственного комитета России прокуроров-криминалистов переименовали в следователей-криминалистов.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.