Жить хочется!

Осенью и весной обостряются все хронические болезни. Почему это случается осенью, понятно: после жаркого сезона наступают холода, с неба сыплет дождь, дни становятся все короче. От такой серости и хандра со сплином, и простуды закономерны. Казалось бы, весной, когда природа расцветает, мы должны жить радостно и без болезней. Ан нет, и болеем, и хандрим, и в депрессию впадаем. А все потому, что за долгий холодный период, бедный солнцем и витаминами, наш организм потратил много сил на то, чтобы выжить. Как марафонец, добежавший до конечного пункта, падает бездыханный на землю, так и мы, дожившие до весны, когда можно вздохнуть с облегчением, впадаем в состояние сонной мухи.
Зимой кроме низкой температуры и недостатка света у нас и других проблем много: стрессы на работе и дома, недосыпание, грипп, физическая усталость. Все это копится, а потом накрывает нас лавиной. Апатия, хандра, затем депрессия, из которой самостоятельно выбраться без потерь для здоровья почти невозможно, а к психологам и психотерапевтам до недавнего времени мы ходить не любили. К счастью, эти времена уходят безвозвратно: жизнь приобретает невероятно быстрый темп, подружкам на кухнях плакаться некогда, да и опасно стало – слабостью могут и воспользоваться. А если все тяготы носить в себе, так и невроз получить можно. Выходит, что самый верный путь получить психологическую помощь – это путь к специалистам. И это дает очень хорошие результаты. За последние семь лет количество суицидов у нас в республике снизилось на треть.
Надо сказать, что попытки свести счеты с жизнью были всегда и у всех народов, и как показывают исследования, благосостояние никак на эту печальную статистику в современном мире не влияет. Способы это сделать у различных этносов разные: финны предпочитают топиться, японцы используют колюще-режущие предметы – легендарное харакири, американцы доверяются огнестрельному оружию, в ряде стран Африки и Азии процедура суицида осуществляется через самосожжение, а сингапурцы проводят последние секунды жизни в падении с большой высоты. Отношение к добровольному уходу из жизни у всех народов различное. У одних – терпимость высокая, как у наших соседей удмуртов: осуждают не самоубийцу, а того, кто «довел» человека до греха. У них самый изощренный способ мести – повеситься во дворе обидчика. А у армян – это страшный грех и позор до седьмого колена. Это сложилось исторически, в одних странах самоубийц запрещалось хоронить, в других – сжигали их жилища, в третьих – хоронили на перекрестках дорог с вбитым в сердце осиновым колом. А в Древнем Карфагене женские самоубийства пресекались угрозой выставить после смерти их обнаженные тела на всеобщее обозрение. Жизнь никогда не была легкой, и еще Платон полагал, что разум дается человеку, чтобы иметь мужество пройти по жизни, полной горестей и страданий. Времена изменились, отношение к тем, кто хотел бы уйти из жизни по собственному желанию, также поменялось. Врачи полагают, что в большинстве случаев такое решение бывает ситуативным, когда человек получает психологическую помощь вовремя, живет потом долго и нередко счастливо.
Американцы считают, что большинство людей, убивающих себя, страдают от депрессии, которая часто не диагностируется и не лечится. Делают они вывод о том, что человек ушел из жизни в состоянии депрессии, постфактум, когда опрашивают родственников и друзей погибшего. Очень часто это бывают не опустившиеся люмпены, которые злоупотребляют спиртным и наркотиками, а вполне благополучные люди, оказавшиеся в сложной ситуации. Причем эту сложность не всегда видно окружающим: часто даже близкие люди разводят руками, мол, никогда бы не подумали, все у человека было, да и сам он ни на что не жаловался. Поэтому очень важно пристальнее вглядываться в лица близких людей, чтобы отвести беду. Подавляющее число людей, решивших свести счеты с жизнью, предварительно все-таки дают знать о своих намерениях окружающим, хотя способы сообщения об этом могут быть завуалированы. Нередко «уставший» от жизни человек до последнего момента и сам не верит, что решится на такой шаг. Обычно он говорит о желании умереть, о своей никчемности, беспомощности и о своем безнадежном положении. Иногда приводит примеры о суициде в кинофильмах и литературных произведениях. Бывает и по-другому: человек ни с того ни с сего приводит свои дела в порядок, раздает свое имущество, заявляет о печали и отчаянии. Если поговорить с таким отчаявшимся откровенно, то нередко трагедия может быть предотвращена: состояния, при которых он может совершить суицид, обычно временны.
Самая большая опасность – это оставлять человека в депрессии без помощи. К сожалению, врачи-терапевты не всегда могут распознать признаки депрессии, слишком любит она маскироваться: то болит сердце, а кардиограмма отличная, то ломит лицо, а зубы здоровые, то кружится или болит голова, ноет желудок, а проблем доктор не находит. Поход в поликлинику не дает результатов, на пациента смотрят как на симулянта, а ему плохо! Если вы заподозрили непонятное ухудшение здоровья, снижение настроения, сна, аппетита – идите к психотерапевту. Особенно если у вас были проблемы со щитовидной железой. Американцы выявили, что у пациентов с нарушением работы щитовидки депрессии возникают чаще, чем у других. У них любой стресс протекает тяжелее, а выход из стрессовой ситуации бывает более тяжелым и длительным. Не надо думать, что депрессия – блажь или лень. Сниженное настроение на пару-тройку дней, когда не хочется ничего делать, – это нормальная апатия здорового человека, дайте себе полениться, не ломайте себя через коленку! Но если хандра длится более двух недель – бегом к врачу. Японцы научились определять стрессовое состояние организма по слюне, когда человек оказался в тяжелой ситуации, у него альфа-амилаза – это фермент такой – вырабатывается в большом количестве. Уровень гормонов при депрессии тоже меняется. Поэтому не надо стыдиться депрессии, надо стыдиться оставлять ее без лечения, уповая на то, что можно и самому справиться с этим. Депрессия проходит без следа и каких-либо последствий, если за дело взялся специалист, а их у нас в республике достаточно.
Главный врач Республиканской психиатрической больницы кандидат медицинских наук Александр Козлов на вопрос, а не «упекут» ли пациента в больницу сразу после его жалобы на нежелание жить, качает головой: «Без согласия самого пациента положить в больницу очень сложно: нужно постановление суда. Если ситуация тяжелая, состояние человека представляет угрозу для его жизни, то обращаемся в суд. Но обычно депрессии, особенно в начальных стадиях, хорошо лечатся амбулаторно. Чтобы пациент получил необходимое лечение, достаточно прийти к психотерапевту в психотерапевтическое отделение нашей больницы, причем можно это сделать анонимно».
Тяжелая депрессия снижает качество жизни, влияет на трудоспособность, приводит к семейным проблемам, подрывает здоровье и, увы, может стать причиной суицида. Надо вспомнить, что на улице весна: и даже старый пень березкой стать мечтает – жить хочется!

Опубликовано: 2 апреля 2009
Тэги:
Без рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.