Никто не доминирует, а выбор невелик

Эксперты продолжают ломать головы над тем, почему молоко на селе стали закупать практически за бесценок. Версий масса – от интервенции заграничного сухого порошка до сговора закупщиков и переработчиков. С импортным сырьем вроде бы разобрались – имел место его завоз из дружественной Беларуси (на Цивильском молокозаводе продукция с добавлением СОМ составляет почти 90%). Это сыграло свою роль, но не в решающей степени. А насчет картельных соглашений ясности пока не наблюдается. Наверное, потому, что очень уж непростое, если не сказать бесполезное, дело – выявлять ценовой сговор либо господствующее положение на рынке того или иного производителя.
Тем не менее Управление Федеральной антимонопольной службы по Чувашии активно включилось в проверку перерабатывающих предприятий на предмет установления монопольно низких закупочных цен на сырое молоко, приобретаемое у сельхозпроизводителей. Никаких нарушений антимонопольного законодательства не было обнаружено. Судя по справке, республика – просто образец для подражания в данной сфере.
Не доверять выводам представительства федерального органа вроде нет оснований. Но насколько они соответствуют реальным механизмам рынка? По Закону «О защите конкуренции» существуют два главных условия, по которым можно определить, не монополистом ли стал тот или иной его участник, заняв доминирующее положение. Во-первых, если его доля на рынке данного продукта зашкалила за 50%, во-вторых – когда у сдатчиков совсем нет выбора, куда пристроить свое молоко.
В республике насчитывается 15 молочных заводов. Самые крупные – филиал «Молочный комбинат» «Чебоксарский» ОАО «Компания «ЮНИМИЛК» (бывший Чебоксарский гормолзавод), ООО «Молочное дело» (Шумерля), ООО «Сыродельный комбинат «Канашский» и ОАО «Ядринмолоко». Закупочные цены у них за полгода снизились в среднем с 14 до 7 рублей за литр. А объемы закупок составляли соответственно 19,7, 24,9, 12,3, 10,5 процента от общего объема по республике. До критической отметки, как видно, далеко. К тому же эти цифры уменьшились в течение года, что также является одним из показателей недоминирующего положения. Кто же теснит гигантов? А заурядные перекупщики, утверждает начальник отдела товарных и финансовых рынков антимонопольного управления С. Данилова. Причем учету многие практически не поддаются и налогов соответственно не платят.
Однако возможно и так называемое коллективное доминирование. Это когда совокупная доля не более чем трех хозяйствующих субъектов превышает 50%. По данному показателю три первых завода можно признать доминирующими. Их общая доля за год, правда, тоже снизилась, но лишь до 57%, что все же выше предела. Тем не менее антимонопольщики не видят тут нарушения, ссылаясь на какие-то неучтенные объемы продукции, и выносят резюме: однозначных доказательств коллективного доминирования на рынке закупок сырого молока нет. То есть, надо полагать, нет прямых доказательств, а вот о косвенных ничего не говорится.
Теперь насчет отсутствия выбора покупателя продукции. Статистически у нас сейчас действительно масса закупщиков всех форм собственности. Начиная с «диких» перекупщиков и кончая крупными, названными выше предприятиями. А в последнее время появились еще и сельские потребительские кооперативы как цивилизованные конкуренты.
Но утверждать, что все эти участники рынка доступны всем без исключения сельхозпроизводителям, ну никак не хочется. Сельхозпредприятие, имея молоковозы, еще может отвезти продукцию на другой завод, где заплатят на рубль дороже, да и то не каждое решится на такое при нынешних-то ценах на горючее. А куда податься частнику с подворья? Вот пример.
На территории Илгышевского сельского поселения Аликовского района молоко сейчас закупает Аликовское райпо. По 5 рублей за литр. Можно отправить в Шумерлю, на «Молочное дело», где дадут 7 рублей. Только есть ли резон везти десять литров за сорок километров – молоко по цене французским шампанским станет. Альтернатива, правда, может предстать в лице частного перекупщика. Но он обязательно будет держать ту же цену, что и райпо. Глава местной администрации В. Матвеев уверен: субъекты договорились о цене и ни один из них договор не нарушит. И главе, право, верится больше, нежели благостной справке антимонополистов. Подобная практика по-прежнему процветает в глубинке и других районов.
Имеется еще один фактор, чтобы признать цену молока монопольно низкой, – в том случае, когда она ниже себестоимости. По итогам прошлого года, сообщает Минсельхоз, в целом по республике она составила в пересчете на литр 6 рублей 55 копеек. Нынче с учетом подорожания горючего – гораздо больше. При максимальной закупочной цене 7 рублей в лучшем случае выходит почти по нулям.
Но есть хозяйства с огромными убытками от молока. По данным председателя СХПК «Шигали» Урмарского района А. Ульянова, у них себестоимость литра почти 9 рублей, а продают продукцию местному райпо по 5 рублей. Можно отправлять, скажем, в Чебоксары, да объемы невелики.
Вот так в действительности выглядят «равные» условия для всех участников молочного рынка. Возможностей для того, чтобы устанавливать выгодные для себя цены, у закупщиков немало. Остается только догадываться, какие барыши они поимели при перепродаже продукции, если после катастрофического обесценивания на селе в рознице цены на нее стали снижаться только в последнюю неделю.

Опубликовано: 8 июля 2008
Тэги:
Без рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.