От опеки до опеки

Поначалу судьба оказалась жестокой к крошечному Дениске. Новорожденный сразу же стал помехой для родной мамаши, и вскоре ее лишили родительских прав. Отец привез грудничка из Ульяновска на родину в Чувашию, в село Комсомольское.
Бабушка Рая в 1996 году, когда внуку был годик, оформила над ним опекунство. А тетушка Анна, у которой подрастал свой сын, стала мамой и для племянника. Вскакивала в ночь, в полночь, чтобы перепеленать и накормить из бутылочки. Со слезами бежала к соседке: «Посмотри скорее, что с Дениской: он посинел весь и не дышит!» (Малыш рос слабеньким.) Денежной поддержки от государства на еду, лекарства, одежду, учебники для Дениса долгое время не полагалось, ведь у него был родной папа. Но он, говорят, в Комсомольском почти не появлялся. И не стал возражать, когда три года назад его тоже лишили родительских прав.
После этого официальному сироте положили от государства ежемесячно 5 с лишним тысяч рублей. Вот, казалось бы, и хэппи-энд. Но не тут-то было. О школе Денис стал забывать, а два близких человека, бабушка и приемная мама, вступили за него в бескровную борьбу. В нее втянулись по долгу службы инспектор по делам несовершеннолетних ОВД Комсомольского района Р. Жукова и главный специалист-эксперт по защите прав детей и материнства администрации Комсомольского района Т. Галзанова. Вместе с ними едем к Раисе Петровне.
Денис невысок росточком, худенький, выглядит младше своих пятнадцати лет. На мои вопросы старается отвечать односложно, часто отводит взгляд. Да, жил какое-то время у тети, то есть у мамы, теперь снова у бабушки, тут ему больше нравится. Почему? Молчание. Нет, здесь ему не скучно, есть компьютер, иногда читает, на улице встречается с друзьями. Из предметов нравится самый легкий – физкультура. Хотя от физкультуры есть освобождение. «Я же сердечник», – охотно поясняет Денис. Вот и сейчас он болеет, простудился, оттого и не ходит в школу. Как давно не был в школе? Ну, дня два-три, ну, может, неделю. Ведь время уходит не только на лечение простуды, но и на походы с бабушкой по больницам, в том числе и по чебоксарским: у моего юного собеседника якобы есть и другие недуги, требующие срочного врачебного вмешательства. «Врачи говорят, нужно ложиться в больницу, но я не соглашаюсь», – сообщает Денис. Зачем же отказываться, ведь со здоровьем шутки плохи? «Надо десять дней лежать, сколько пропусков будет…» – пытается рассуждать он. Так ведь и сейчас они есть – парень и в школе не показывается, и с врачами держит дистанцию.
Раиса Петровна с которой мы беседуем, стоя в прихожей, тоже не проста в общении. Она сразу же требует прокрутить запись разговора с Денисом. Аргументированно отказываю. Рассказывает о внуке, который, не скрывает она, пропускает школу уже с 17 ноября. Выбрав удобный момент, выплескивает затаенную обиду: «Когда я попросила дать мне послушать запись, вы не дали. Значит, я недостойна услышать то, что внук говорил. Может, он что-то не так говорит, даже врет…» Обличительные речи сменяются правильными выводами, что внук должен и учиться, и по дому помогать, ведь немаленький уже. Вот только здоровье у него неважное, сбивается бабушка на удобную тему. Однако вместо того, чтобы купить парню шведскую стенку, боксерскую грушу или хотя бы простенький турник, которые способствовали бы укреплению здоровья, она осчастливила его компьютером. Из-за этого, призналась, даже залезла в большие долги, не оплачивая жилищно-коммунальные услуги. Предлагаю любящей бабушке сфотографироваться с внуком для газеты, но получаю категоричный отказ.
Держим путь к приемной матери, в соседнюю деревню.
Анна Васильевна усаживает нас на диван. Рядом за столом заняты рисованием две ее дочурки шести и четырех лет. Двухлетний сынишка, этакий щекастый мужичок, самостоятельно обедает за другим столом, в кухонной, так сказать, зоне. Глава семейства еще не пришел с работы, он тракторист в местном СХПК.
В небольшой избе – все на виду. Но Денису отвели отдельную комнату, использовав в качестве перегородки в том числе русскую печь и огромный холодильник. А пару месяцев назад купили приемному сыну уголок школьника с письменным столом и кроватью на втором ярусе. Подросток охотно помогал собирать эту конструкцию, оставалось только укомплектовать ее матрацем, но Денис перекочевал к бабушке.
Пора, называемая переходным возрастом, началась год назад. Паренька не всегда видели на уроках. Случалось, по нескольку суток не появлялся он и в бабушкиной квартире, коротая ночи то у друзей, то в компьютерном салоне. Там его отыскивали представители милиции, органов опеки и Анна. Бабушка не принимала участия в поисках, да и наставить внука на путь истинный, видимо, не могла. Ее даже оштрафовали на 100 руб. по факту ненадлежащего исполнения обязанностей по содержанию и воспитанию опекаемого. Наконец чаша терпения милиции и попечительской службы переполнилась, в апреле нынешнего года опекунство переоформили на Анну Васильевну, и Денис переехал к ней.
«Трудный он, как почти все дети в этом возрасте, а что делать? Поговоришь, объяснишь – понимает, – рассказывает приемная мать. – Обязанности по дому у него были – курочек накормить, за младшими проследить, когда их вместе школьный автобус забирал, кого в садик, кого в школу. Поручала ему воды натаскать, дров. Летом мужу помогал на посевной. Хорошо ведь, что есть у парня интерес к технике. Собачку откуда-то принес, ту, что вы во дворе видели. Я не против. А если ему хочется какую-нибудь вещь, не запрещаю, но всегда говорю: давай считать. Вот на тебя столько-то денег, на них надо купить в первую очередь продукты, потом другие важные вещи».
Ноябрьским утром, по словам приемной матери, она, переделав дела на подворье, зашла в дом, и оказалось, что сын все еще в постели, хотя давно пора в школу, автобус уже уехал. Парень чувствовал себя нормально, его заставили отправиться на занятия пешком. До школы восьмиклассник так и не дошел. А его сумку с учебниками люди потом видели в лесопосадке, висящей на дереве. Найти ее по горячим следам Анне не удалось. Вот такой фортель выкинул покладистый на первый взгляд паренек. И в тот же день переселился к бабушке.
Зная твердый характер и правильный настрой дочери, Раисе Петровне взять бы внука за руку да привести назад. Но у бабушки, видимо, свой интерес. Между прочим, экс-опекунша никак не может выкроить время для составления отчета по расходованию государственного пособия, полученного на Дениса в прошлом году. Хотя все сроки давно прошли, бабушка не торопится. Зато нашла время написать несколько жалоб на районного специалиста по защите прав детей, которая якобы совершенно не помогает в воспитании, лечении и обучении Дениса.

P.S. Пока материал готовился к печати, Денис опять ударился в бега, прихватив от бабушки ноутбук. Анна с мужем и старшим сыном, приехавшим погостить, нашли подростка через четыре дня, теперь он в семье приемной матери-опекунши. Родственники провели с ним серьезную беседу. Денис вроде бы все понял, и уже неделю ходит в школу. (Персональные данные героев публикации изменены).

Опубликовано: 23 декабря 2010
Тэги:
Семья

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.