Мирись, мирись и больше не дерись

В этом году в республике заработали школьные службы примирения
Конфликты в школе были, есть и будут. Кто-то не нашел общий язык с одноклассниками, кто-то вошел в конфронтацию с педагогами. Стоит упомянуть и частые семейные разногласия. И далеко не всегда ребята способны самостоятельно «разрулить» подобную ситуацию. И тут самое время призвать на помощь посредника. Именно эту роль готовы взять на себя школьные службы примирения.
– Один из способов решения конфликтов – медиация. Ничего страшного в этом заморском слове нет. Если совсем упрощать, это ситуация, когда две конфликтующие стороны для разрешения спора обращаются к посреднику-медиатору. А он, в свою очередь, прикладывает все усилия к тому, чтобы конфликтующие договорились и мирно разошлись на тех или иных условиях, – рассказывает директор РГОУ «Центр психолого-педагогической реабилитации и коррекции» Евгения Осипова.
К примеру, в одной из школ был рассмотрен конфликт между матерью и дочерью. Девочке хотелось, чтобы мама перестала ее ругать за оценки, а гулять позволяла сколько угодно. Мама же, напротив, очень переживала из-за учебы дочери-старшеклассницы и постоянно «пилила» ее. В общем, банальная история. Но в этой семье она приняла затяжной характер, девочка даже ушла из дома. Медиатор не раз встречался с обеими сторонами, беседовал. Наконец мама и дочь встретились, пришли к соглашению, обсудили время прогулок, учебные проблемы и другие взаимные претензии. Ну и на всякий случай договорились о следующих встречах с участием посредника-медиатора.
– Это лишь первые опыты подобной работы, – продолжает Евгения Юрьевна. – Сейчас идет становление службы. Вообще официально она была организована несколько месяцев тому назад, в январе. Началось все с наших инициатив, было очень интересно поработать с новыми методами. Мы были в Москве, посмотрели, как это делают другие. Хотя в России это пока достаточно новый опыт, некоторые регионы уже несколько лет успешно внедряют практики медиации. Почему заинтересовались именно этой технологией? Потому что понимаем – медиация, конечно, не панацея, но метод, реально способный помочь детям, особенно подросткам.
Вплотную, профессионально школьной медиацией в России занимаются Московский центр медиации и права и Общественный центр «Судебно-правовая реформа». Специалисты оттуда приезжали к нам в Чебоксары. Подробнейшим образом расписали все: как службу создать, как подобрать детей – юных медиаторов – и так далее. Сейчас мы обучаем уже собственных специалистов-медиаторов. И были поражены, с какой скоростью и готовностью наши слушатели на первых семинарах всю эту информацию изучили. И пусть их пока немного, но это люди по-настоящему заинтересованные, готовые работать, учиться. В начале мая они объединились в общественную добровольную организацию – Ассоциацию кураторов служб примирения Чувашии. Пока в ассоциации только взрослые – педагоги, психологи, но по мере обучения туда будем принимать и детей.
– Дело в том, что дети больше доверяют друг другу, они, так сказать, говорят на одном языке. И в некоторых случаях способны разрешить конфликт эффективней, чем взрослые, – подключается к рассказу заместитель директора центра Наталья Федорова. – Поэтому ребят старшего возраста (8-10 классы), пожелавших стать медиаторами, мы тоже обучали на своих семинарах. Это мальчики и девочки из социально-реабилитационных центров Чебоксар, пережившие массу негативных ситуаций, из которых когда-то не сумели грамотно выйти. И они очень заинтересовались миссией посредников. Мы и сами не ожидали, что ребята так увлекутся, – столько вопросов они на семинарах задавали. Психологи отметили, что дети просто рвутся в дело, сами ищут документы, пытаются составить протоколы, раздобыли где-то текст соглашения между примиряющимися сторонами. И они не скрывают, что уже пытаются использовать новые знания на практике. Например, именно процедура примирения помогла разрешить конфликт между двумя мальчишками, когда один другому вовремя не отдал долг. Благодаря посреднику они рассмотрели ситуацию с разных сторон, изучили мотивы и тактику поступков друг друга. В результате пришли к мирному соглашению, которое позволило им не стать врагами и продолжать нормально общаться.
Вообще процедура примирения – вещь очень тонкая. Дело в том, что медиатор – не судья, не адвокат, не обвинитель. И даже не советчик. Он нейтральная сторона, ничью позицию не занимает, готового решения не предлагает, просто своими вопросами подводит участников конфликта к решению проблемы. Что на самом деле и ценно. И если между конфликтующими людьми возникло понимание и они смотрят друг на друга уже не как обидчик и жертва, а как равноправные стороны конфликта, то, как правило, находят выход. Иногда это извинения. Иногда какое-то возмещение ущерба. Иногда просто пожимание рук. Но важно, что между сторонами не осталось обиды, гнева, злобы.
– Ребята на семинарах удивлялись, как сложно, оказывается, грамотно ставить вопросы, чтобы каждая сторона раскрылась, чтобы люди поняли друг друга и смогли простить, – продолжает Наталья Владимировна. – Оказывается, это труд огромный! А мы подумали – хорошо, если дети начнут читать юридическую литературу, интересоваться психологией, социологией, пытаться грамотно говорить, правильно задавать вопросы… Это уже большой плюс.
Кстати, процедура примирения закрыта полностью, медиатор имеет право никому не показывать заключенное соглашение, чтобы никого не обидеть и не задеть. И сам медиатор с инициативой ни к кому не пойдет. Но заявку «на примирение» может подать любой – родители, классный руководитель, сами дети. Главное – об этой службе должны знать. Просто знать, куда идти. Тем более что там, где работают службы примирения, для пущей анонимности повешены ящички, куда дети могут опустить свои заявки.

З. ШИТЛАЕВА.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.