Ставить ли республике «зачет» по доступной среде?

Прогулка с препятствиями

Тактильная плитка и пандусы, специальные парковочные места и подъемники, удобные санитарно-гигиенические комнаты и приспособленные для передвижения инвалидов места приема граждан — с 2014 года все это начало появляться в библиотеках, больницах, клубах, спортивных и других учреждениях Чувашии. Именно с этой даты в республике стартовала программа «Доступная среда», началась адаптация социальных объектов для обслуживания лиц с ограниченными возможностями. Но стала ли жизнь в регионе комфортнее для инвалидов? Это в «СЧ» решили выяснить у наших главных экспертов, прогулявшись с ними по Чебоксарам.

Внимание и слух

Час пик. Центр города. Остановка «Дом мод». Из маршрутки навстречу мне с белой тростью в руках выходит незрячий с детства Дмитрий Ластухин. Он сразу находит на тротуаре желтенькую тактильную дорожку для слепых, обозначающую направление движения, и смело шагает вперед. Вопреки ожиданиям, люди не спешат пропустить незрячего — на многолюдной остановке его почти никто не замечает. Вот мимо несется студент, и избежать столкновения помогает только реакция Димы: ориентируясь на слух, он тормозит, пропуская бегуна.

Дорожка приводит нас к перекрестку. Без проблем пересекаем проезжую часть, ориентируясь на светофор со звуковым сопровождением, прислушиваясь к движению толпы и шелесту шин. Дальнейший путь по Президентскому бульвару Дмитрию незнаком, поэтому он включает навигатор, встроенный в смартфон. Теперь дорогу ему подсказывает женский голос в наушниках.

Кстати

Город подскажет дорогу

В Санкт-Петербурге в помощь незрячим внедрена система ориентирования «Говорящий город». Специальный радиоинформатор у входа в общественный транспорт через считывающее устройство сообщает номер маршрута, направление движения, состояние дверей. Подобные информаторы размещены также на аптеках, объектах культуры и других зданиях, на открытых пространствах.
Сегодня системой «Говорящий город» оснащены 593 автобуса, все станции метро, а также 95% трамваев и троллейбусов Северной столицы. Гораздо меньшее количество транспорта оборудовано в Краснодарском крае, Улан-Удэ, Ростове-на-Дону, в Крыму.

Белая трость постоянно уводит своего обладателя вправо, как я ни пытаюсь прокладывать наш путь посередине тротуара. Мужчина объясняет, что он ориентируется в пространстве, ведя тростью вдоль бордюрного камня по правую руку. Пока я удивляюсь новой для меня функции бордюра, Дмитрий с подсказки навигатора комментирует дорогу: «Сейчас слева от нас филармония, а впереди — кукольный театр».

Сложности начинаются у педуниверситета, где мы хотим свернуть налево, к Многофункциональному центру. На нашей стороне дороги попросту нет тротуара, который Дмитрий старательно ищет при помощи той же трости. Подсказываю, что тротуар есть на другой стороне.

Указатель для незрячего

У МФЦ на всякий случай предупреждаю о ступеньках, но прошу самостоятельно найти вход в здание. «Странно, закрыто», — дернув дверь, удивляется мой попутчик, а я говорю, что рядом есть еще одна. Мы проходим здание насквозь, и Дмитрий комментирует: в новые места один он старается не ходить, да и вообще на полу в таких учреждениях должны быть указатели движения.

Выйдя с парадной стороны здания, лавируем между многочисленными машинами. Когда пересекаем дорогу, мужчина объясняет: на пешеходном переходе нужно приподнимать трость, и по правилам автомобилисты должны пропустить ее хозяина. Но нужно иметь в виду, не каждый водитель знаком с подобными тонкостями. Между тем мы движемся к улице Карла Маркса, и даже я, зрячая, не сразу нахожу за припаркованными автомобилями тротуар. Он есть, но сильно разрушен.

По словам моего попутчика, в центре Чебоксар его все устраивает, а вот на окраине города и в родном Новочебоксарске тротуары нередко разбиты, пандусы отсутствуют. Не везде есть и звуковые светофоры.

Когда тактильная плитка только появилась на улицах города, ее часто укладывали неправильно. И в итоге вымощенная такой плиткой дорожка могла привести незрячего, к примеру, к клумбе. Теперь проблем с этим нет, говорит Дмитрий Ластухин.

Банки, почтовые отделения и другие общественные здания сегодня часто оборудованы въездами для колясочников. А вот о незрячих, говорит Дмитрий, подобная забота (в виде той же тактильной плитки на полу) встречается очень редко.

И даже если где-то на стене висит табличка с названием учреждения, отпечатанная специальным объемным шрифтом Брайля, ее еще надо нащупать! Именно поэтому люди с проблемами зрения предпочитают пользоваться достижениями цивилизации и банковские операции проводить онлайн. Там же, в Интернете, совершать покупки, а посылки получать с курьером.

Но главная головная боль для незрячих — нумерация транспорта. Узнать маршрут подъехавшего автобуса бывает непросто, особенно поутру, — все спешат на работу! Хорошо бы в Чебоксарах, мечтает Дмитрий, внедрили систему ориентирования «Говорящий город», как в Санкт-Петербурге…

«Главное — иметь холодную голову»

Помогли бы слепым и курсы ориентировки в пространстве, но системного обучения в столице Чувашии попросту нет. Сам Дима тщательно планирует маршрут перед выходом на улицу и каждую прогулку считает почти героическим поступком. Ведь можно провалиться в люк канализации (было и такое, спасли сильные руки) или попасть под машину (моего собеседника за жизнь сбивали «всего» дважды, а его знакомых — по четыре-пять раз). Можно, в конце концов, и просто заблудиться, однажды он потерялся в метель, а сугробы только ухудшили ситуацию. Выручили тогда холодная голова и навигатор.

«Я ценю независимость, дорогу стараюсь без необходимости не спрашивать», — говорит Дмитрий. Но все же соглашается, чтобы я проводила его до остановки. Сажаю мужчину на маршрутку до Новочебоксарска. Не успевает он сесть, как водитель, прекрасно видевший белую трость, дает по газам. Позже мой герой звонит: «Я в порядке. Добрался»…

Сильные руки

С Сергеем Воробьевым договариваемся встретиться у его квартиры в новоюжном районе Чебоксар. Зайдя в подъезд, ахаю: он уже сидит на своей коляске перед лестницей, ведущей с первого этажа к выходу. Переживаю: «Давно ждете?» Он уверяет, что нет, говорит, давно привык так караулить соседей, минут по десять-пятнадцать.

В ожидании помощи обсуждаем пандус. На этой лесенке устанавливать его нет смысла, все равно получится очень крутой съезд и понадобится помощь посторонних, заверяет Сергей. А вот чтобы спуститься на тротуар с приступка перед подъездной дверью, специальный съезд нужен. Этим летом в ближайших домах появилось сразу несколько подобных пандусов, но Сергея такая модернизация обошла стороной, все потому, что он прописан в другом месте. Впрочем, переезд из Южного поселка шесть лет назад для колясочника все равно стал улучшением качества жизни, о частном секторе, где он жил, вспоминаются лишь грязь да отсутствие асфальта.

Наконец, из лифта выходит мужчина и спускает колясочника сначала по лесенке, а затем с того самого приступка перед подъездной дверью. На улице Сергей почти сразу съезжает с тротуара на дорогу. Говорит, проезжая часть ровнее, да и не на всякий тротуар вообще можно заехать. Мою помощь он отвергает, мол, руки сильные, справится и сам.

В тему

Плюс десять!

На республиканскую программу «Доступная среда» за четыре года ее действия из бюджетов всех уровней было выделено больше 520 млн руб. За это время адаптировано под пользование людьми с ограниченными возможностями 75 объектов социальной инфраструктуры.
В этом году, сообщили в Минтруде республики, преобразятся еще десять объектов, в том числе Шумерлинский и Батыревский центры социального обслуживания населения, чебоксарские горбольница № 2 и спортшкола № 3, две столичные библиотеки (Национальная и имени Гайдара)… Сумма финансирования — 13,1 млн руб.
В 2019-2035 годах на создание доступной среды в регионе планируется потратить 888 млн руб.

Добираемся до ближайшего магазина: здесь широкий пологий пандус, отсутствует порожек. Пожалуй, сгонять за хлебом сюда можно без проблем. Зачет!

Дальше идем по внутриквартальной дороге в сторону «Микрохирургии глаза», мимо со свистом пролетают машины. Я жмусь со страху к обочине, а Сергей сохраняет спокойствие: «Какой смысл переживать, если ничего не изменить!» Добираемся до перекрестка с проспектом Тракторостроителей и без труда пересекаем пешеходный переход. Прежде для этого приходилось делать небольшой крюк у остановки, но после недавнего ремонта улицы путь значительно облегчился.

Доходим до следующего перехода у «Шупашкара», Сергей снова доволен — в ходе того же ремонта в необходимых местах бордюры убрали, спуски и подъемы сделали плавными. Лишь в одном месте строители не рассчитали градус наклона, и мне приходится придерживать коляску, чтобы ее хозяин «не полетел».

«Ну-ка протестирую!» — потирает руки мой попутчик, добравшись до сквера у Кадетского корпуса. Новое городское пространство тоже получает «зачет» — каждый спуск максимально плавен, всюду можно проехать на коляске: «Сюда я смогу приехать и один». У нас не получается добраться лишь к одной из площадок — ведущие к ней дорожки засыпаны щебнем. В нем колеса коляски вязнут, как в песке. При этом мой спутник вспоминает другой парк, «Амазонию». Там, по его словам, человеку на коляске делать нечего — сплошные перепады высот.

Обратно к дому пробуем дойти уже по тротуарам. И тут я начинаю понимать выбор своего собеседника. При каждом пересечении пешеходного пути с дорогой приходится сначала спускаться вниз, а потом подниматься наверх. Большинство спусков к проезжей части при этом так круты, что даже при моей поддержке Сергей рискует упасть. Да и качество покрытия некоторых тротуаров оставляет желать лучшего, коляска едет, как по стиральной доске.

Цифра:

Не больше 80 сантиметров должна составлять максимальная высота одного подъема пандуса при уклоне не более 5%. В некоторых случаях допускается увеличивать уклон до 10%. Важно и покрытие пандуса, оно должно быть из противоскользящего материала

…По дороге мой попутчик рассказывает: передвигается самостоятельно он обычно исключительно по своему микрорайону. Чтобы выбраться куда-то подальше (например, в тренажерный зал), приходится каждый раз вызывать такси. Хотя по меркам обычных горожан его спортшкола находится недалеко, всего в нескольких остановках. Общественный транспорт молодой человек не приемлет категорически, говорит, даже при помощи друзей зайти в троллейбус и выйти из него очень сложно.

В банки Сергей не ходит (помогает Интернет), а вот к больницам у него большие претензии. Как-то, еще летом, он пошел в Больничный комплекс и был удивлен, увидев пандус без перил. Тогда пришлось звать на помощь мужчин. Совершенно не приспособлены для посещения людей с ограниченными возможностями фотостудии (Сергей — фотограф), в такие места приходится брать с собой друзей. Приятное исключение — любимый тренажерный зал в спортшколе имени В.С. Соколова, здесь тебе и пандусы, и специальные туалеты с душем. Нет проблем также с торговыми центрами, в них широкие проходы, большие лифты.

 

Фото Джульетты Федоровой: Колясочник Сергей Воробьев, как и любой из нас, ценит свою независимость. Тем важнее для него удобный пандус перед магазином, позволяющий самостоятельно совершать покупки.

 

Опубликовано: 26 октября 2018 г.

5 Responses

  1. Прочитав эту статью, я в который раз убеждаюсь, что есть города как отдельные государства и есть все остальные.
    Москва в которой я очень не люблю бывать, довольно прилично оборудована для людей с особыми потребностями. Хотя иногда возникают трудности. В том же метро пандусами для инвалидных колясок оборудованы единичные станции. Для не зрячих и слабовидящих людей все проще, есть и направляющие дорожки и небольшие выступы для ориентирования. Но даже так в большой толпе людей, а вы представляете, ЧТО творится в метро в час пик, инвалидам по зрению осень сложно передвигаться. А уж о колясочниках и говорить не приходится. И это Москва.
    Я же живу рядом с Зеленоградом, там ситуация со всем этим даже лучше чем в столице. Больше пандусов, удобные автобусы со спец ремнями для инвалидных колясок, широкие двери в магазины и социальные центры. Но снова есть загвоздка, слепые люди опять же могут передвигаться только знакомыми маршрутами. Нет голосового объявления остановок в автобусах, шрифт Брайля почему-то только в соц учреждениях и лифтах. Его нет в больницах, его нет в банках.
    А уж про Сходню, город где я родилась и где прошло все мое детство, и говорить не приходится. Там нет ничего. Бордюры и те разломаны, тротуаров практически нет или они все изломаны.
    Если в Москве или Зеленограде еще можно увидеть колясочника на улице, пусть и с сопровождающим, то на Сходне они просто сидят дома. Потому что даже с помощником выйти с 5 этажа дома без лифтов ох как не просто.
    Спасибо, Джульетте за такую интересную и легко читаемую статью. Может быть высшие органы власти все же задумаются и хоть немного улучшат передвижение инвалидов по улицам и госучереждениям.

  2. Городская среда в Новочебоксарске во многом приспособлена для инвалидов. Хороший пример — одна из спортивных школ в Новочебоксарске. Но ведь многие проблемы остаются лишь в головах людей! Однажды мы пришли с дочкой в эту школу, увидели, как инвалид без труда подошел к двери при помощи специальных палок для скандинавской ходьбы… И он стоял перед дверью, переставляя их, чтобы не упасть, тут подбежала моя дочь и помогла. А остальные проходили мимо…

  3. За республику в целом не скажу, а вот моему Марпосаду зачет я поставила бы. Пандусы есть и в библиотеках, и в банках с больницами. В большинство магазинов тоже можно попасть без проблем. Надеюсь, отстающие магазины тоже подтянутся.

  4. Я очень рада.что Чебоксары обустраивается.Цививилизация потихонечку доходит и до наших краев.Теперь инвалиды не будут себя чувствовать ущемлёнными.

  5. Пока местная власть не начнёт работу по благоустройству берегов и речек Чебоксарка, Сугутка, Трусиха, хвалиться об успехах НЕ ПРАВИЛЬНО. Настало время общими усилиями УКРАСИТЬ г.Чебоксары речками (украсить берега, обеспечить хорошее качество воды и т.д.) и обеспечить к ним доступ по всему руслу, до истоков (например, пусть будет условно туристический маршрут на протяжении всего русла у р.Чебоксарка — это очень интересно, в т.ч. с посещением красивого пруда на Чапаевском посёлке, который тоже заброшен, а при СССР этот пруд был одним из самых посещаемых, где были лодки на прокат, вышка 10 м., оборудованные купальни. Почему современная местная власть не желает возродить былую красоту?).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.