Такой древний и современный Китай

k3.jpgВ начале 60-х годов прошлого века, помнится, мы в начальной школе разучивали песню со словами: «Солнце восходит над свободным Китаем». Потом, в 70-е, на политинформациях об этой стране нам рассказывали как о недруге. Затем наш интерес к Поднебесной будто бы угас. Но вот в последние годы он возродился. О Китае заговорили как о великом соседе, добивающемся удивительного прогресса. И все же верилось в это с трудом – мы, чего скрывать неполную нашу неосведомленность, продолжаем думать, что китайцы, в суконках, полуголодные, в подвалах мастерят некачественные вещи для россиян.
Как мы ошибаемся! В этом недавно убедились главные редакторы семи ведущих региональных газет России – из Калининграда, Смоленска, Воронежа, Подмосковья, Ставрополья, Чебоксар и Кирова. Нашу группу во главе с председателем правления Альянса руководителей региональных СМИ России Андреем Ильяшенко пригласила «для ознакомления с социально-экономическими достижениями» Пресс-канцелярия (Министерство информации) Госсовета Китайской Народной Республики. Пригласила, замечу, взяв на себя все расходы по пребыванию в Поднебесной.

Отличное от других

100_0126.jpgЗа восемь дней наша делегация о Китае узнала столько, сколько не освоишь, даже годами листая литературу. Ну как точна пословица «Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать»!
Побывали мы в Пекине и Шанхае, других больших и малых городах, провинциях и деревнях. (Кстати, население провинций, или, по-нашему, областей, в Китае составляет 40-60 млн. человек, а города с 500-700 тысячами жителей считаются небольшими.) О насыщенности нашей поездки говорит хотя бы то, что семь ночевок мы провели в четырех отличных отелях. Хозяева на наши восторги скромно замечали, мол, все это – обычные отели, где-то есть и лучше, есть и похуже. А отели на самом деле классные. Такие увидишь в редких российских городах. А в Чебоксарах точно не найдешь.
Впрочем, вернемся к началу нашего рассказа – к качеству китайских товаров. Когда мы посещали предприятия в Пекине, Шанхае, других городах, у местных специалистов и представителей власти непременно интересовались: куда же идет столь качественная продукция? «В США, Западную Европу, – отвечали они. А еще добавляли: – в Японию, Австралию, Израиль. В последнее время, правда, экспорт уменьшился. И мы переориентировались на китайский рынок, на внутренний спрос. Здесь, в своей стране, товары продаем дешевле. Пусть прибыль небольшая, зато производство развивается, люди заняты работой, стремятся зарабатывать, чтобы делать покупки».
По возвращении из Китая знакомые не перестают спрашивать: высокие ли там цены? Хотя с «шопами» из-за нехватки времени было совсем негусто, кое-что увидеть все же довелось. Как и у нас, в Китае цены, в зависимости от магазинов, разные. В переводе на наши деньги кило риса стоит 12-14 рублей, свинины – не выше 100, хлеб – рублей 18, водка – от 25 до 1000, сигареты – 100 рублей. Из характерных для Китая других товаров выделю шелк, жемчуг. Они дешевле, чем у нас, от 2 до 3 раз. Не морской, а прудовой (речной) жемчуг можно приобрести и по неприлично низким ценам. Но важно не попасться на подделку!
100_0092.jpgУвы, Россию в качестве партнера – покупателя своих товаров китайцы называли редко. Спрашиваем: «Почему же у нас рынки завалены отнюдь не лучшего качества китайским ширпотребом?» Наши собеседники, как бы стесняясь, деликатно признавались, что действуют у них еще полуподпольные производства, есть проблема и незаконной торговли с Россией. С этим государственные структуры борются беспощадно, системно действует комплекс мер, чтобы не допускать ущербности облика китайской продукции, порождаемой фирмами с нехорошей репутацией и некачественными товарами. Но при том с сожалением замечали: «Мы очень хотим работать с Россией. У вас есть технологии, сырье, есть огромный рынок. Но, понимаете, с фирмами почти любой страны мира вопросы налаживания сотрудничества мы решаем за одну-две недели. С Россией же даже полугодовые-годовые переговоры зачастую завершаются ничем. Зато сомнительная продукция тех самых нехороших фирм, с которыми мы здесь боремся, судя по прилавкам российских магазинов и рынков, валом поступает в вашу страну».
Нет, наши собеседники даже не пытались учить нас, как строить честный, цивилизованный бизнес двум странам-соседям. Однако показалось, что при существующих писаных-неписаных правилах игры для многочисленной российской бюрократии и особенностях нашего бизнеса мы не скоро получим возможность приобретать истинную продукцию современного Китая.

Патриотично – это привычно

100_0081.jpgВ огромной стране, где население свыше 1,3 миллиарда человек (в 10 раз больше, чем в России), безусловно, можно, если хочешь, встретить самых разных людей – и гордых за свое отечество, и стыдящихся за некоторые страницы его истории. Однако показалось, что китайцы в подавляющем своем большинстве истинные патриоты.
Признаюсь: собираясь в эту загадочную коммунистическую страну, я предполагал, что встречаться придется с людьми замкнутыми, застегнутыми на все пуговицы, осторожными на откровенные высказывания. И рад, что ошибся. Беседовали мы с чиновниками – начиная от заместителя министра страны, руководителя Департамента стран Европы и СНГ МИДа, региональных министров до простых рабочих на текстильной фабрике и уборщиков мусора на улице. Несмотря на языковой барьер, все они оказались людьми искренними, открытыми, любящими свою страну и свое правительство, понимающими, ради чего живут и трудятся.
Возможно, у меня сложилось не совсем верное представление, но показалось, что, несмотря на утверждения, будто всем правит компартия, все строится на идеологии, Китай сегодня представляет собой некое справедливое коммерческое сообщество. А идеология тут – не в лозунгах и плакатах, не в пустых обещаниях и декларациях, а в получении максимальных доходов с минимальными затратами при непременном соблюдении норм честности и доверия.
Упорный труд – вот она, огромная движущая сила в развитии страны. Однако такой труд отнюдь не означает мучение и горькую жизнь. Ибо работают китайцы с умом! И обязательно честно выполняют обещания, уважают закон и дисциплину. Это – некий особый дух Китая, сильно отличающийся от расхожих неписаных правил нашей российской действительности. У нас ведь иные не прочь думать: живешь по закону – ненормальный какой-то, умеешь обходить законы – молодец! В Китае все наоборот. Так, как и должно быть в нормальном обществе.
Характерным показалось признание генерального директора Хайнинской компании по изготовлению мягкой мебели Ausen очаровательной Цирли Юа: «Мы любим свою работу. Любим свой коллектив, свой город, свою страну. Потому и добиваемся успехов».

Хорошее не забывается

100_0385.jpgЗапомнился один из вечеров, когда мы ужинали вместе с министром печати провинции Чжэцзян Люй Цзяньчу и коллегами Ян Жуняо и Цинь Цзюньином. Запомнился не столько обменами официальными вступительными словами министра и руководителя нашей делегации Андрея Ильяшенко, который, кстати, очень хорошо знает «тонкости Востока», ибо много лет работал собственным корреспондентом РИА «Новости» в Японии и уже пятый раз посещает Китай. Сильное впечатление произвели на нас непосредственность, непоказушное радушие хозяев.
Едва успев пригубить «по чуть-чуть», они хором запели знакомые «Подмосковные вечера» и другие русские песни. Затем репертуар обогатился сольными исполнениями. Министр был на высоте! В китайских песнях в его исполнении явно улавливались до боли знакомые чувашские мелодии. Редактор «Ставропольской правды» Михаил Цыбулько, заметив мое оживление, не преминул блеснуть знанием музыкальной теории: «Так в основе китайской и чувашской мелодий лежит одинаковый звукоряд – пентатоника». Пришлось проверить, что это так, – по просьбе хозяев я исполнил чувашскую песню, за что удостоился даже особого тоста. Затем, беседуя со мной, Люй Цзяньчу с теплотой признался: «Если бы не помощь Советского Союза в годы становления нашей страны, мы бы не достигли сегодняшнего прогресса. Мы использовали ваши технологии, в ваших вузах учились тысячи и тысячи китайцев. Старшее поколение с огромной благодарностью помнит это…»
А еще министр, как, впрочем, и многие другие собеседники, с искренним признанием говорил о помощи россиян в спасении пострадавших в провинции Сычуань во время землетрясения в мае 2008 года. Сейчас в районе бедствия кипит работа, на восстановление потрачено уже свыше 53 млрд. долларов – треть от необходимого объема.
Но вот уже после возвращения нашей делегации на родину состоялись две важные встречи глав России и Китая Дмитрия Медведева и Ху Цзинь Тао – сперва в Екатеринбурге на заседании Шанхайской организации сотрудничества, а затем в ходе визита председателя КНР в Москву. Нет сомнений, что подписанные ими важные документы возродят много хорошего, что было прежде в сотрудничестве между нашими странами, дадут новые реальные импульсы партнерству.

Выставка – не роскошь

С некоторых пор у нас в России многие выставки не только их посетителями, а даже участниками воспринимаются как шоу. В Китае и в этой сфере критерии и оценки несколько иные. В чем мы убедились, встретившись в Шанхае в управлении ЭКСПО-2010 с работниками исполнительной дирекции.
В мире бушует кризис. До выставок ли сейчас? Нет, оказывается, все должно быть наоборот. Китайцы уверены, что вполне реально может случиться так, как в годы Великой депрессии в Америке. Тогда ЭКСПО-1933 в Чикаго собрало около 23 млн. человек и помогло создать в США не менее 100 тыс. рабочих мест. А чем измерить укрепление в посетителях выставки уверенности в том, что кризис – явление временное, победимое?
1 мая будущего года в Шанхае, в устье реки Янцзы, распахнет двери престижнейшая выставка ЭКСПО. Представляю, какое это будет великое событие, – в 2005 году мне в составе небольшой делегации российских журналистов, приглашенной Ассоциацией японских редакторов, довелось целый день провести в городе Нагоя на ЭКСПО-2005. По всему было видно: люди сюда приехали не тусоваться, а работать. Так вот, шанхайское ЭКСПО-2010, по оценкам организаторов, в течение полугода посетят свыше 70 млн. человек – в основном китайцы. И почти 5 проц. ВВП 18-миллионного Шанхая в 2010 году обеспечит выставка. За счет чего? Десятки отраслей – транспорт, гостиницы, туризм, сервис, торговля, строительство и прочие – выручат сотни миллиардов юаней. Только протяженность метро в Шанхае к следующему году увеличится с нынешних 230 до 400 км! К зоне ЭКСПО, расположенной на площади почти 6 кв. км, от аэропорта протянется суперсовременная дорога для составов на магнитной подушке. Такая трасса до центра Шанхая уже действует. И ходят по ней поезда (если их так можно назвать) со скоростью 430 км в час! Уже 236 стран и международных организаций выразили готовность участвовать в выставке.
Справятся ли китайцы с амбициозными задачами? Это нам, свидетелям провала многих прожектов в России, дозволено сомневаться. Да, в Китае тоже есть свои проблемы. Но там есть и нечто более важное, значимое, решающее: огромная народная вера – мы все сможем, все осилим, все сумеем сделать лучшим образом. Не случайно лозунг ЭКСПО-2010 звучит так: «Лучший город – лучшая жизнь!»
И снова вспомнились слова, сказанные председателем правления химической компании Rongxiang Цуирон Ли, что в городе Ханчжоу. «Нельзя потерять уверенность в стабильности. Уверенность – дороже золота», – поделился он с нами при посещении завода. Обратите внимание: сказал это не партийный, не идеологический функционер, а самый что ни на есть хозяйственник. Подумалось, может, наши российские беды и оттого, что для наших директоров производств экономика и чаяния людей, занятых производством, – совершенно разные вещи?..

Не для пропаганды

100_0114.jpgОрганизаторы поездки из Пресс-канцелярии Госсовета КНР составили для нас такой плотный рабочий график, что почти не оставалось времени спокойно побродить по улицам, скверам, где, как мы заметили, заботливо ухожено каждое деревце. А я невольно вспомнил университетского профессора, повторявшего нам, студентам, некоторые тонкости журналистской работы: «Будучи в командировке, если хотите почувствовать город, обязательно сходите на рынок и на кладбище. И вам многое станет понятно». Признаюсь, не удалось побывать там. Некоторой компенсацией для нас стали беседы с коллегами.
В Пекине после встречи с начальником Департамента стран Европы и Центральной Азии китайского МИДа Чанг Ханхом российских редакторов пригласили на центральное телевидение Китая – ССТV, а в Шанхае мы откровенно побеседовали о наших цеховых проблемах с начальником Пресс-канцелярии (министром печати) города, главным редактором газеты «Шанхайский ежедневник» Чжан Цыюнем.
Признаться, не ожидали, что на ССТV попадем в окружение русскоговорящих коллег. Оказалось, эти ребята – костяк редакции будущего международного канала центрального телевидения Китая на русском языке. Круглосуточное вещание он начнет почти через три месяца – 25 сентября. А пока восемь десятков русскоговорящих китайцев и тридцать русских, владеющих китайским языком, активно готовят студии, налаживают технику, создают запас передач.
Как рассказала директор русскоязычного канала, нынешний год особенный – исполняется 60 лет основанию дипломатических отношений между Китаем и Россией. А еще он объявлен Годом русского языка в Китае. «И начало вещания международного канала ССТV на русском языке, – уверены наши собеседники, – будет способствовать значительному усилению культурного обмена, связей между двумя великими соседями, усилит взаимопонимание, послужит стимулом к многостороннему сотрудничеству».
Наши коллеги считают, что пока многие россияне, жители стран СНГ не знают, как изменился Китай за последние годы. Но телеканал в их представлении – отнюдь не агитационно-пропагандистская машина, а своеобразный мост между Россией и Китаем.
Помимо познавательных, просветительских программ будут передачи и об экономике, бизнесе, политике. «Мы живем в Азии. И это будет взгляд из Азии на события и проблемы».
В ходе беседы мне пришлось напомнить, что отношениям между нашими странами отнюдь не 60 лет, а многие столетия. И, подарив редакции литературу о Чувашии, в том числе книгу об Иакинфе Бичурине, напомнил, что наш земляк, основатель китаеведения, в начале XVIII века 14 лет возглавлял в Пекине русскую духовную миссию. Судя по всему, наш Никита Бичурин живо заинтересовал китайских телевизионщиков. Вполне вероятно, более близкое книжное знакомство с ним вдохновит их на создание передачи о патриархе русской философской китаистики, пробудит еще больший интерес к Чувашии.
К слову сказать, книги и альбомы о нашей республике, сувениры из Чувашии автор этих строк презентовал на встречах с руководителями Департамента стран Европы и Центральной Азии китайского МИДа, пресс-канцелярии провинции Чжэцзян, Госкомитета КНР по вопросам развития и реформ.
Любопытно вот что. Мы в России как величайшее достижение демократии расцениваем то, что в нашей стране зарегистрировано свыше 80 тыс. газет и журналов. Многие из них, увы, убыточные, финансируются госбюджетом или хозяевами-бизнесменами. В Китае же население в десять раз больше, чем у нас. А печатных изданий – менее 2 тысяч. И не «сосут» они бюджетные деньги (читай: не кормятся за счет налогоплательщиков). Теперь-то понятно, почему в Китае поощряют СМИ за критику партгосчиновников. Журналистов, как и учителей, врачей, там почитают, относят к уважаемым, наиболее высокооплачиваемым профессиям. По критическим газетным публикациям принимают такие меры, что мало не покажется. Не случайно китайская пословица гласит: «Горькое слово – лекарство, сладкое слово – отрава».
А вот на развитии медийных проектов, рассчитанных на увеличение влияния Китая в мире, бюджетных денег не экономят. Совсем недавно власти страны приняли решение о выделении 6,6 млрд. долларов для экспансии на медиарынке. Можно ли после такого представить, что китайцы, в отличие от нас, проигрывают информационные войны в мировом медийном пространстве? Конечно, нет.

Пекинская утка – не просто дичь

100_0131.jpgНикогда не считал себя гурманом и, возможно, поэтому тоже ни хорошего, ни плохого не могу сказать о восточной, в том числе китайской, кухне, чьи ресторации в последние годы активно открываются по всей России, в том числе и в Чебоксарах. Но вот теперь кое-какое представление о ней появилось.
Скажу сразу: китайская национальная трапеза – это не утоление голода, не набивание живота рисовой кашей или соевым молоком, как принято думать. Это целый ритуал. Начинается он с… чая, предпочтительно зеленого. Трудно сказать, сколько сортов чая выращивается в Китае.
Точно так же неведомо, сколько способов его приготовления существует. Везде они разные: на севере страны – одни, в Пекине – другие, в Шанхае – свои. Так почему наше «третье блюдо» здесь подается первым? Говорят, для начала человеку полагается промыть желудок чаем. И такое «мытье» происходило повсюду – на всех деловых встречах вместо привычных у нас минералок на столе стоял зеленый чай.
В китайских ресторанах есть, конечно, и обычные, на 2 персоны, столы. Но нашу группу из восьми человек плюс 3-5 человек принимающей стороны усаживали за круглый стол, имеющий как бы две столешницы – вращающийся стеклянный диск немного меньше поверхности основной столешницы находился выше сантиметров на пять. На обед подавали 15-20 блюд, на ужин – до 50-ти. Попеременно их ставили на стеклянную столешницу, которую нужно было вращать, «как у Якубовича», чтобы положить еду в свою тарелку. А еще стол был сервирован, кроме деревянных палочек (и по нашей просьбе ложками-вилками), горячими влажными салфетками для рук.
Важную часть ритуала приема пищи составляет разделывание и поедание знаменитой пекинской утки. Нет, рассказывать об этом – это, конечно, почти как дразнить читателя. Тем не менее рискну описать сию процедуру. Торжественно, в сопровождении официанта в национальном одеянии, шеф-повар занес в зал темно-шоколадную глянцевую утку. На одном из маленьких столиков он, ловко орудуя огромным ножом, за какие-то секунды разделал утку на сто с лишним кусочков. И на каждом из них осталась часть поджаренной корочки.
Кто-то из нас потянулся за деликатесом. Но Андрей Ильяшенко, спец по Японии и Китаю, попросил «не спешить, чтоб людей не насмешить». Вкупе с сопровождавшим нас специалистом Пресс-канцелярии Госсовета КНР Ли Тинном он провел «мастер-класс». Сначала положил на ладонь тоненький блинчик, похожий на миниатюрный лаваш, на него – дольки свежего огурца, какую-то зелень, обмакнул 2-3 кусочка пекинской утки соусом, завернул все и аппетитно откусил. Мы старательно повторили…
Можете позавидовать – вкус отличный! Какой именно? Не могу описать. Могу только посоветовать попробовать, как только представится случай. Не пожалеете!
Хотя, как говорится, о вкусах не спорят. Одним нравится мясо, другим – рыба, третьим – всякие кузнечики, змеи и лягушки. Хотя и у нас говорят, что китайцы не брезгуют всякой всячиной, мы не убедились в правоте таких «знатоков». По крайней мере, только в кафе историко-музейного комплекса Ситан, где трогательно, бережливо сохраняется древняя деревня на водных каналах (как восточная Венеция!), некоторые из нас по желанию попробовали каким-то образом приготовленных лягушек. Доложу вам, почтенный читатель, блюдо специфическое и вкуснейшее. И тоже рекомендую, при возможности, продегустировать.
А как спиртное? – спросите вы. Нет, в Китае не модно «принимать на грудь». По чуть-чуть из мизинчиковой рюмочки пьют там разве что рисовое вино или водку, которую мои коллеги назвали «вонючкой». Русскую же водку китайцы не почитают – как раз из-за отсутствия какого-либо запаха.

(Окончание следует.)

Опубликовано: 2 июля 2009

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.