Уполномоченный быстрого реагирования

_d0b0d181d182Вчера в чебоксарской коррекционной школе № 2 сработала тревожная кнопка. Нажал ее не кто иной, как главный омбудсмен страны Павел Астахов. Быстрый взмах руки, взгляд на часы: «12.02, посмотрим, через сколько приедут?» Сотрудник полиции в каске прибыл по ложному вызову через 8 минут. Результат детский уполномоченный оценил на четверку с минусом: «Неплохо, но жаль, что отменили нормативы – раньше за 4 минуты бы приехали».
Сам Астахов работал в Чебоксарах, как отряд быстрого реагирования. За день – встреча с главой республики (о ней мы расскажем завтра), два рабочих совещания, три пресс-конференции и 7 визитов на объекты. На каждом объекте – обязательные снимки на мобильный телефон (через несколько часов эти фото с короткими комментариями появились в твиттере Астахова). И много-много вопросов. Подчас каверзных. Так, у мамы мальчика Алеши, занимающегося в центре дистанционного обучения при школе, омбудсмен поинтересовался, часто ли их сюда приглашают? Только когда проверяющие нагрянут? Нет, отмела подозрения мама, каждый месяц приезжаем, из Ядринского района.
По коррекционной школе Астахов прошел в режиме нон-стоп. Проверил дневник третьеклассника Миши и пожурил парня за тройку по труду. В соседнем кабинете ИЗО поучаствовал в учебном процессе: обмакнув палец в желтую краску, нарисовал на листе солнышко. А в детском доме и вовсе устроил капитальную ревизию. Заглянул в тумбочку в девичьей спальне. Проверил, теплая ли вода в умывальной комнате и хорошо ли греют батареи в коридорах. В детской комнате отдыха переворошил стопку дисков, выясняя, что сейчас смотрит молодое поколение. Среди мультиков и патриотических лент затесался и фильм «Колдовская любовь».
И в школе, и в детдоме Астахов не только сам снимал, но и фотографировался на память, по просьбам взрослых и детворы. С 5 «А» классом, пекущим печенье на уроке труда. С бывшими детдомовскими ребятами, живущими в социальной гостинице. Отдельно – с экс-детдомовцем Лешей на его мобильник («Сделаю это фото заставкой», – хвастался парень). И – с просто мамой Надеждой Петровой и двумя ее дочками. О приезде Астахова мама узнала из газеты. И пришла пожаловаться: от бывшего мужа алиментов получает всего 600 рублей, за прошлые годы накопился большой долг, взыскивать его не торопятся. Сфотографироваться с уполномоченным Петровы успели, а вот поделиться наболевшим – нет: рабочий график поджимал. Впрочем, Надежда считает, что не все потеряно. «Отправила письмо и документы в программу «Час суда», – сообщила она. – Обещали, что там наш вопрос рассмотрят и включат в передачу».
После каждой рабочей поездки уполномоченный по правам ребенка делает рабочие выводы. Нередко – строгие и нелице­приятные. Какую оценку он поставил Чувашии? Об этом читайте в следующем номере «СЧ». Впрочем, краткими наблюдениями Астахов поделился с журналистами уже в первой половине дня.
– Визит мой плановый, намеченный два месяца назад, – сообщил Павел Алексеевич. – Соответственно, власти о нем были уведомлены. Поэтому и свежепахнущие новые паласы кое-где расстелены, и ремонт сделан. Но это в целом неплохо. Понятно, что меня стараются привезти в самые лучшие учреждения: и спецшкола была хорошая, и детдом по бытовым условиям один из лучших. Но мои сотрудники работают у вас уже шестой день, присылают отчеты. И я знаю, что разные есть детские учреждения в республике, не везде так все замечательно. Будем обсуждать проблемы, именно для этого мы приехали. Не критиковать, не наказывать, не снимать кого-то, хотя это тоже иногда полезно. Знаю пару руководителей детских учреждений, которым придется ответить за то, что у них происходит.
Сообщил омбудсмен также, что его тревожит рост детских суицидов в Чувашии и он старается досконально понять, в чем причина.
Еще одна очень серьезная, во многом хроническая проблема – недостаточное строительство жилья для детей-сирот. С другой стороны, признал Астахов, в республике есть неплохие программы, которые просто надо активизировать и выполнять. То же жилье для сирот, например. Строительство новых детсадов. Или школа приемных родителей: «Хоть микроскопический опыт, но он есть, и его надо поддерживать и развивать. Не только работать с тем, что имеем, но и создавать банк данных кандидатов в приемные родители».
– У нас в стране на 1000 взрослых людей – один ребенок, оставшийся без попечения родителей, или сирота, – продолжил тему Астахов. – И, думаю, все взрослые люди должны попасть в этот банк данных. Это задача важная, благородная и своевременная. Ведь в большинстве зарубежных стран уже давно нет школ-интернатов, домов ребенка тем более. Там приемные родители годами стоят в очереди за детьми. А у нас, наоборот, дети стоят в очереди.
Интересно, а готов ли сам омбудсмен записаться в приемные родители?
– Во-первых, у меня трое своих сыновей, план перед страной, можно считать, выполнил, – ответил Астахов корреспонденту «СЧ». – Во-вторых, младший, Арсений, совсем маленький, всего два года, и его еще надо успеть воспитать. Но посмотрим – два года назад, например, я и предположить не мог, что стану уполномоченным по правам ребенка. И вот, пожалуйста, уже 23 месяца работаю. Так что в своей жизни я ничего не исключаю…

Опубликовано: 14 декабря 2011

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.