Николай Губенко: О Победе сыграем даже для Абрамовича

В Чебоксарах начались гастроли театра «Содружество актеров Таганки». Москвичи привезли три спектакля, один из которых, «ВВС» (Высоцкий Владимир Семенович), чебоксарские зрители уже видели, но в другом составе. Будут также показаны комедии «Чао!» и «Мисс и мафия». Артисты и технический персонал будут заезжать в наш город «порциями». Эту обычную практику, однако, художественный руководитель театра Николай Губенко назвал особым режимом экономии, подчеркнув, что театр не пользуется государственной поддержкой и выживает самостоятельно.
В четверг Николай Губенко и его актеры встретились с журналистами. Столичные гости сказали, что очень рады, даже можно сказать, счастливы, приехать в Чебоксары. Это одно из любимейших мест театральной труппы. Здесь ей всегда сопутствовала удача. На вопрос, почему такой легендарный театр, как Таганка, выбирается в провинцию, «к черту на кулички», Николай Губенко ответил, что у черта на куличках они не были. А вот Чебоксары очень любят. Потому что видят, как город преображается, как активно он строится. Ну и, наконец, сюда хочется ехать по причине доброжелательности принимающей стороны. Вот сразу с дороги худрук чувашской драмы Валерий Яковлев предложил им поехать в сауну, потом в музей космонавтики. Разве не приятно? Люди думают, чтобы гостям было хорошо. Гости видят радушие и доброжелательность. И это главное. А уж как это место называется, Чебоксары, Авиньон, Париж или Лондон, не имеет значения. Мы предпочитаем Чебоксары, заверил актер и режиссер легендарной Таганки.
Ответил Николай Губенко и на вопросы корреспондента «Советской Чувашии».
– Недавно вы озвучивали роль в мультфильме Георгия Данелии «Кин-дза-дза». Вы сразу согласились на этот римейк?
– Да, конечно. Георгий – близкий человек. Этот полнометражный мультфильм делали гениальные художники. По рисунку это будет восхитительно. Правда, я пока не видел фильма целиком, только эскизы и сценарий. Озвучивал там главную роль – Профессора.
– Буквально за день до приезда в Чебоксары на сцене своего театра вы открывали гастроли татарского ТЮЗа. Осенью отдаете площадку нашей чувашской драме. Вы дружите со многими театрами страны, это вопрос пристрастий или все-таки менеджмента?
– Наша дружба с другими театрами основывается исключительно на необходимости творческого кровотока, обмена впечатлениями от других театров и других мест. Это помогает нам корректировать репертуар – а вдруг мы идем куда-то не туда. Наш интерес в том, чтобы дать артистам вдохнуть свежий волжский воздух и убедиться, что мы на верном пути. Или не убедиться. А поскольку мы самостоятельны, то интерес еще и в том, что это стоит нам не очень дорого. Мы просто предлагаем свою сцену бесплатно и просим такого же от наших коллег. Поскольку приехать в театр в Москве – это стоит больших денег, то коллеги соглашаются. Выступить на одной из лучших московских площадок практически за копейки – это же очень хорошо. И мы делаем это не только в России. Так же мы вывозили спектакль в Сеул, где корейцы семь минут стояли и поминали наших погибших в Афганистане ребят. Потому что наш спектакль, может быть, напомнил им о своей многолетней напряженной ситуации. То же самое мы делали, проехав всю Украину с «ВВС». Мы очень выгодные партнеры с точки зрения дешевизны проекта. Потому что сами не ставим деньги наперед всего. Наши билеты – одни из самых дешевых в Москве. Я бы назвал наш театр, как Станиславский в свое время свой МХТ, – общедоступным. У нас, например, пенсионеры могут смотреть спектакль за 50 рублей. А большей частью они вообще идут к нам бесплатно. Как, например, на спектакль «Четыре тоста за Победу». Мы там накрываем на каждом втором ряду столы с водочкой и картошкой и показываем поэтический спектакль, где звучат стихи и песни военного времени. И продолжается это до тех пор, пока на столах все не съедается и не выпивается. Люди из зала часто переходили на сцену, а мы становились их фоном.
– Николай Николаевич, с вашим именем связано то обстоятельство, что из России не «уплыла» в Германию «бременская коллекция». Сейчас вы поддерживаете творческих людей, у которых в Москве хотят отобрать Дом актера и Дом скульптора, в Санкт-Петербурге Дом журналиста. Что могут сделать художники, чтобы не допустить тотальной распродажи культурных ценностей?
– Тенденция отобрать у культуры то, что еще объединяет людей, должна заставлять художников задуматься. Творческие союзы – это единственный инструмент сохранения и самих творческих личностей, и их прав. Включая СТД. Ведь все уже поделено. Нефть, газ, лес. Природные ресурсы. Вот и Абрамович уже создал самую большую в мире яхту стоимостью 500 млн. долларов, где две вертолетные площадки, подводная лодка и пуленепробиваемые стекла. Наш народ тоже поделен, разобщен. Разобщенные люди не могут защитить свои права. Сейчас вот Дума придумала ограничения на темы, по которым народ может устраивать референдумы. Я, рожденный в катакомбах в 1941 году, этого не понимаю. Разобщение – вот наш бич. Что сейчас творится, например, в Союзе кинематографистов, это же уму непостижимо. Там царствует злоба и неприязнь. Вот в чем ужас. Сохранить культуру можно только солидарностью.
– Что бы вы сделали в первую очередь, если бы опять стали министром культуры?
– В первую очередь я бы подал в отставку.
Коллега с телевидения поддержала разговор по поводу Абрамовича и спросила, поехали бы артисты «Содружества актеров Таганки» к миллиардеру, если бы тот пригласил их к себе со спектаклем, или нет?
Николай Губенко немного подумал и ответил, что если Абрамович пригласит их со спектаклем «Четыре тоста за Победу», то поедут не задумываясь. Прямо к нему на яхту. И для него одного сыграют. Чтобы он вспомнил – откуда он родом. Ведь он тоже осиротевший мальчик. Из детдома.

Спектакли этого театра любопытно посмотреть по нескольким причинам.

Во-первых, им руководит Николай Губенко, фигура в нашем искусстве яркая и противоречивая. Его вера в добро и силу нравственности сама может стать украшением любого прямолинейного блокбастера. Русский актер, режиссер и сценарист, которого старшее и среднее поколение запомнило еще с эпохального для своего времени фильма «Мне двадцать лет», а потом удивилось его пронзительным режиссерским работам «Подранки» и «Из жизни отдыхающих», он был также последним министром культуры СССР. В свое время Николай Губенко боролся за возвращение изгнанного из страны Юрия Любимова, а в конфликте театра с уже вернувшимся Любимовым встал во главе оппозиции. Политика – театр для Губенко не менее острый, чем сама сцена. Он много лет заседал в Госдуме, возглавлял комитет по культуре. Сейчас борется за справедливость в Мосгордуме. В кино, к сожалению, почти не снимается.
Во-вторых, «Содружество актеров Таганки» – театр в некотором роде опальный. О нем практически ничего не пишет пресса, его игнорируют фестивали, он не попадает в медийные рейтинги. То есть театр разделил судьбу МХАТа им. М. Горького, театра «непримиримой» Татьяны Дорониной, и не попадает в поле зрения читателей газет и журналов и зрителей ТВ. Но зато собирает полные залы каждый вечер.
В-третьих, в театре собраны замечательные актеры. Кому-кому, а Николаю Губенко никогда не изменяло чутье на артистов. Достаточно посмотреть его фильмы, чтобы понять, как тонко он чувствует актерский ансамбль.

Тэги:
Без рубрики

2 Ответы

  1. Спасибо за содержательное интервью. Рад был заочной встрече. Кстати, как поживает Алексей Васильевич? Привет всем.
    Валя.

  2. Смотрел спекталь «ВВС»-выше всяких похвал.
    Почему таких талантливых артистов мы не видим на телевидении, нам пичкают сериалы и разную серость, а талантливые работы зажимают.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.