Самовольный дом

Чтобы спуститься к жилью многодетной семьи Ивановых, надо преодолеть крутые ступеньки, ведущие в овраг. С непривычки немного страшновато, но есть перила, держась за которые, можно сохранить равновесие и не упасть. «Осторожно», — то и дело предупреждает Андрей, когда ноги начинают скользить на покатых неровностях сколоченных досок. Внизу, на самом склоне, стоит недостроенный одноэтажный кирпичный дом под шиферной крышей, рядом — крошечная банька, в которой второй год живут Ивановы вместе с дочкой-первоклассницей и тремя младшими сыновьями.
Банька, конечно же, не предназначалась для жилья. И как умещаются на семи квадратных метрах двое взрослых и четверо детишек — уму непостижимо. Но живут же! Топчан внизу, полати наверху, под самим потолком, есть еще низкий столик на четырех ножках, аквариум в одном углу, телевизор — в другом. И два оконца, сквозь которые пробивается дневной свет. Обогревается это временное прибежище семьи электропечкой, которая стоит под топчаном.
Сверху с полатей смотрят на незнакомую гостью три пары любопытных глаз. Это трехлетние двойняшки Кирилл и Никита и старший из братьев пятилетний Вадим. Мама Юля наливает в ложку лекарство и поочередно дает глотнуть каждому.
— Сыро здесь, вот и болеют, поэтому сидят дома, — поясняет она.
— А в садик ходят?
— Нет, для нас это дорого.
На пару часиков Юля ежедневно отлучается — убирает в офисе. Вообще-то у нее профессия по торговой части, но на работу ее нигде не брали.
— Как услышат, что у меня четверо ребятишек, так сразу отказывают. А тут приняли — директор очень хороший.
Юлия не нарадуется, что хоть что-то приносит в дом. Да и муж, Андрей, старается. Он у нее трезвенник, живут, чувствуется, душа в душу, вдвоем и стены нового дома поднимали, и крышу крыли. Но до новоселья еще далеко. Кредит, взятый в банке, истрачен, а зарплата у Андрея (он слесарь в одной частной фирме) не больно велика. Молодая семья выполнила свою демографическую программу с лихвой, но надеяться на социальную квартиру не может.
— Мы стоим сразу в трех очередях — в общей, с двойняшками, и как многодетные, — рассказывает Андрей. — До нас там где тысяча, а где пятьсот человек и больше. Просил общежитие, и то не дали.
Тогда-то и решили супруги построить свой дом на месте родительской засыпушки, которая совсем развалилась. Отец Андрея сколотил ее еще в 60-е годы прошлого века. В ту пору в Чебоксары понаехало много народу из деревень на стройки и на заводы. Жить было негде, и люди селились, где могли — на пустырях, в поле и даже в оврагах. Засыпушки из подручных материалов поднимали за одну-две ночи. Андрей родился в такой на ул. Якимовский овраг. Здесь же появились на свет и четверо его детей. Перейдя жить в баньку, семья рассчитывала долго в ней не задерживаться. Но тут, как горох, посыпались неприятности.
— Отец сказал, что разрешение на строительство засыпушки было, но никаких документов тогда не давали. Имелась только домовая книжка, как и у соседей.
На откосе оврага и сейчас стоит не одна собранная таким же макаром хибарка. Кто-то получил квартиру и переселился, но «времянки» все равно не пустуют — дым из труб продолжает клубиться. А большому семейству Ивановых некуда деваться. Новый дом, построенный с таким трудом (еще без пола и потолка), считается самовольно возведенным, и земля под ним хозяину тоже не принадлежит.
— Но ведь я прописан по этому адресу, жена и дети — тоже.
Андрей показывает паспорт с регистрацией и перечисляет инстанции, которые обошел за последние полгода, вплоть до суда. Но и в суде ничего не добился. «Лицо, осуществившее самовольную постройку, — сказано в решении Калининского районного суда от 29 февраля 2008 года, — не приобретает на нее право собственности». А земельный участок, на котором стоит дом №72в по ул. Якимовский овраг, «Иванову А.Д. либо другому лицу в установленном законом порядке на каком-либо праве не предоставлен».
Руководствуясь буквой закона, суд расставил все точки над i. Но Андрей с таким решением категорически не согласен.
— Был бы ровный участок, а то овраг. Уже сколько новых домов здесь понастроили, и ни у кого нет документов на землю.
Мы с Андреем прошлись по его улице. Действительно, новостройки соседей впечатляют: двух и даже трехэтажные дома из кирпича в разряд засыпушек никак не попадают. И как-то не верится, что появились они тоже без разрешения. По сравнению с ними приземистый домик многодетной семьи в 52 квадратных метра выглядит более чем скромно. Не знаю, как насчет соседей, но к Андрею стала проявлять повышенный интерес служба энергетики. Сначала она отключила свет, оставив семью в потемках более недели, хотя ее глава уверяет, что платил за электроэнергию регулярно. Затем почему-то заставили купить дорогущий антивандальный счетчик и до сих пор его не подключают. А на его покупку, между прочим, семье пришлось занимать 6 тыс. рублей.
— В Регистрационной палате мне сказали, что есть шанс узаконить землю, если я постоянно проживал здесь до 1985 года. Велели сделать техпаспорт на дом и замерить землю, за что заплатил около 10 тыс. рублей. Еще за справку из управления архитектуры отдал полторы тысячи. А результат?
Проблема, с которой столкнулся Андрей, далеко не частная. Он почему-то был уверен: раз у него есть прописка, то прежняя засыпушка в овраге, а сейчас и незавершенный строительством дом на ее месте — это его собственность, на которую никто не посягнет. В таком заблуждении, наверное, пребывают и другие владельцы самовольно возведенных хибарок, размещенных на окраинах города или на неудобьях еще с незапамятных времен. И что с ними делать?
Этот вопрос я прочитала и в глазах малолетних детей Андрея. Им бы резвиться в своем более или менее нормальном доме, а они сидят, тесно сгрудившись на полатях в совсем крошечной баньке, и ждут, когда взрослые что-то придумают.

Тэги:
Без рубрики

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.