Чужая душа может стать родной

Квартирный вопрос испортил не только москвичей, это больная тема для большинства из нас. Иногда из-за этого «вопроса» и семьи рушатся, и близкие родственники становятся чуть ли не врагами. Но в семье Смирновых такого быть просто не могло. Два брата и сестра были дружнее некуда, да и родители много лет назад решили: сыновья пусть сами на жизнь зарабатывают, а дочь будет наследницей. Кто же о девочке побеспокоится, если не мама с папой.
Но жизнь вносит свои коррективы похлеще иного романиста. Дочка выросла и уехала из Чебоксар учиться. Собиралась вернуться к родителям, но вышла замуж за иностранца. Пока родители были в силе, все только радовались этому: можно было каждый год ездить на отдых к сестре, валяться на солнечных пляжах, ходить по музеям, сидеть в ресторанчиках, поедая разные вкусности, не затрачивая при этом слишком больших денег.
Новый год обычно отмечали в Чебоксарах, у родителей. Непременно приезжали оба сына с женами, дочь с мужем, внуки. За праздничным столом было тесно, но весело. Поэтому во время одного из таких праздников решили построить в деревне дом.

В Чебоксарском районе у них был старенький дедовский домишко, который использовали только летом вместо дачи.

Братья заложили фундамент, и тут случился кризис, потом заболел отец, за ним слегла мать. Ухаживать за стариками нужно было постоянно. Сестра, которой была уготована роль сиделки при родителях, вернуться в страну надолго не могла, и младшему сыну, у которого была большая квартира, пришлось забрать их к себе. Но мало забрать: старики практически не ходили, поэтому помыть их, переодеть, накормить, развлечь – все это требовало сил и времени.
Уйти с работы младшая невестка не могла, до пенсии еще много лет, да и жить без ее зарплаты сложно. Дочь с сыном учатся в Москве, им нужно помогать. Жена старшего сына как-то самоустранилась от ухода за свекрами: то ей некогда, то сама болеет, то ее родители. А с мужчин какой спрос?! В дружной семье начались скандалы. Мама все время плакала, чувствуя себя обузой, отец кричал и ругался.

Уже немолодые дети, выбившись из сил, даже к психологам пошли стрессоустойчивость повышать.

Они учились, как правильно общаться со старыми людьми, и новые знания их выручали, но ненадолго. Усталость брала свое. Празднование наступающего 2016 года прошло без обычной встречи за столом: сестра не приехала, а братьям было не до веселья. И тут как чертик из табакерки появилась дальняя родственница – молодая женщина с дочерью-дошкольницей, которая была готова ухаживать за стариками, если они отпишут ей квартиру.
Однако братья с сестрой даже мысли не могли допустить, что квартира родителей, в которой они выросли, уйдет практически чужому человеку. Внуки были менее категоричны: никто из них в родной город после учебы в Москве возвращаться в ближайшее время не собирался, судьба наследства их не очень волновала, и посвящать свою жизнь уходу за дедом с бабушкой они не планировали.

Точку во всех этих спорах поставили сами старики: пообщавшись со своей внучатой племянницей, они решили, что перепишут завещание на нее, если она поселится вместе с ними и будет за ними ухаживать.

Сыграло на руку и то, что она несколько лет работала медсестрой в реанимационном отделении больницы и имела навыки ухода за тяжелыми больными.
– Понимаете, – горячился Игорь Иванович, младший сын, – ей старики сами по себе не нужны, а вот за квартиру она готова обеспечить им уход. Раньше-то мы не общались, ее мать, нашу двоюродную сестру, мы практически не знаем, они всю жизнь на Севере прожили. Девчонка с мужем развелась, приехала в Чебоксары, думает, ей тут медом намазано…
А «девчонка», действительно, развелась с мужем, жизнь с матерью и отчимом была ей в тягость. Она решила вернуться в город, из которого мать увезла ее ребенком, и разыскать родственников. Аня понимала, что ей могут и не обрадоваться, но когда узнала о происходящем в семье дальней родни, решила использовать шанс заработать квартиру. Переговоры были сложными, с участием юристов, и у всех от этой процедуры остался неприятный осадок.
Родителей перевезли в старую квартиру, выделили там комнату для Анны с дочкой, и почти каждый день приезжали проверять как они живут. Девушка оказалась расторопной: дома всегда чисто, пахнет вкусной едой. Жена Игоря Ивановича вздохнула с облегчением – руки у новой родственницы надежные. А затем и братья оттаяли.
Родители посвежели, находят силы присматривать за малышкой, когда Анна уходит в магазин или аптеку.

Больше всего Игоря Ивановича поразило, что не только отец, но и мама встала и потихоньку начала возиться по дому.

Все лето они на улицу выбирались прогуляться и даже просили свозить их в деревню, посмотреть на фундамент дома, который еще предстоит построить.
– Я сначала очень переживал, что наша семья разваливается – не выдержала испытаний трудностями. Сестра не может бросить семью, мы работаем. Пытались сиделок нанимать, чтобы квартиру сохранить за семьей, но родители тяжело с чужими людьми ладят. Вначале было стыдно признаться, что мы с женой совершенно вымотались, пока родители у нас жили. Теперь стыдно, что против Анечки так сильно были настроены: в результате она нас всех выручила. Созваниваемся, приезжаем к ним в гости, и опять все налаживается.
Этот Новый год они собираются отмечать все вместе, для Иришки, Аниной дочки, накупили подарков, нарядили елку. Сестра, правда, приехать не сможет, но они с ней по скайпу чокнутся фужерами с шампанским.
– А квартира… Она все равно в семье останется, Анечка ведь тоже наша, а дети свои квартиры еще заработают, – рассудительно решили в семье.

Опубликовано: 29 декабря 2016

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.