Фаина с сыном Андреем на крылечке отчего дома.

— Театр — это болезнь, если кто-то им заболел, это навсегда, — говорит Фаина Михайловна.

Мы беседуем с ней в творческой мастерской театра, где пахнет краской и клеем. Работа кипит: через месяц премьера спектакля «Кошкин дом», на столе лежит эскиз козы, той самой, что «…сейчас сказала, что у нас тут места мало…». Художник-скульптор Фаина Хлебникова вырезает из поролона голову козы. Все решения по изготовлению куклы, которая бы передавала характер персонажа, предстоит воплотить Фаине Михайловне. Она, можно сказать, мама всех кукол. Благодаря её волшебным рукам появились на свет и Красная Шапочка, и двенадцать месяцев, и Царевна-лягушка, и Кот в сапогах, и многие другие сказочные персонажи. За годы работы в театре она оформила более 100 спектаклей.

— Фаина Михайловна, а технология изготовления кукол с годами меняется?

— Основа остается той же: каркас из проволоки, голова — из поролона или папье-маше. А вот выбор материалов для костюма, отделки сейчас огромный. Иногда сам материал подсказывает идеи. Видишь какую-нибудь ткань — и заработала фантазия… В спектакле «Горчичное зерно» я сделала волосы для эльфов из органзы, выглядело волшебно. Раньше приходилось самим красить ткани, придумывать что-то оригинальное из простого.

— Как вы отслеживаете современные тенденции?

— Мы выписываем кучу журналов не только театральной направленности, но и о моде, следим за новыми веяниями в одежде, технологиях её изготовления. Даже когда ходишь по магазинам, всегда замечаешь, что и как сшито, что нового в цветовой гамме, фасоне. Вот, например, в этом сезоне вновь в моду вошли женские головные платки. Но это так, к слову.

Всегда интересно работать с коллегами из других театров. Помню, к нам приезжал коллектив из Ленинграда, ставили «Аленький цветочек», театр из Москвы, с которым совместно сделали сказку «Лисенок-Плут». Мы очень сдружились и плодотворно поработали. Учимся друг у друга, подсказываем. Сами не раз выезжали в другие города. Везде, где бываешь, стараешься посмотреть работы коллег. Только вот не часто получается выезжать.

— Кукольные театры в России отличаются от зарубежных?

— Конечно, у всех свои традиции, своя школа. Это примерно так же, как советские мультфильмы отличаются от американских. У нас, как мне кажется, все добрее, душевнее, во всем заложена мораль и философия. Вспомните хотя бы про Ежика в тумане или замечательный мультфильм «Варежка», где девочка силой своего желания и воображения превратила вязаную варежку в собачку — очень трогательно. Анимация Ярусовой и Нарштейна давно стала классикой. Это своеобразная, неповторимая эстетика и такая глубокая философия…

У нас в театре коллектив работает одной командой. А иначе и нельзя. Я сама не умею халтурить, уж если за что-то берусь, отдаюсь делу полностью. Да все, начиная с режиссера, душой болеют за работу.

— Сколько времени проходит от идеи создания куклы до её воплощения?

— Сначала режиссер придумывает спектакль, затем художник рисует эскизы, а уж потом по этим эскизам создаются сами куклы. На все это уходит в среднем месяца три. Иногда бывает, что сроки сдачи спектакля поджимают, тогда приходится работать интенсивнее.

— Чтобы одеть куклу, наверное, нужно быть и модельером?

— Конечно, ведь иногда спектакль передает дух определенной эпохи, народа или страны. Поэтому необходимо знать историю костюма, особенности национальной одежды. Для чувашских сказок кукол одеваешь в национальные костюмы. Здесь нужно обязательно знать особенности чувашского народного костюма.

У сельского пруда.

— А сколько «живут» куклы?

— Пока жив спектакль. Вот сейчас, например, мне надо чинить куклу-Лисенка из спектакля «Лисенок-Плут» только потому, что поролон в кукле уже превратился в труху, а спектакль остается в репертуаре, дети его любят. Пожалуй, Лисенок у нас — долгожитель, на сцене работает больше, чем другие куклы. К сожалению, кукольный век не долог, и от них потом ничего не остается, только фотографии на память.

— Если сравнить зрителей советского времени и сегодняшних, есть разница?

— Конечно, время меняется, меняется и зритель. Сегодняшних детей надо все время удивлять чем-то новым, у них много других развлечений: телевидение, кино, компьютерные игры. Поэтому спектакли должны быть яркими, красочными, привлекать внимание, завораживать. К нам приходят и совсем маленькие детки, для которых театр — чудо и восторг. Когда малыш видит на сцене героев сказок, которые ему читают родители, например, «Репки», весь спектакль сидит с раскрытым ртом. Ведь это для него удивительно, что герои вдруг ожили и разговаривают с ним.

К нам с удовольствием приходят мамы, папы, дедушки, бабушки. Спектакль «Мираж», например, очень интересен и взрослым зрителям.

— У Вас дома, наверное, много кукол. Вы в детстве любили играть в куклы, может быть, сами их шили?

— Не поверите, дома у меня нет ни одной куклы. Как говорят, сапожник без сапог. С куклами в театре я работаю, это не игра, а серьезное занятие. А в детстве… Я росла в селе, в большой семье, нас было четверо детей, играть было некогда. Как все дети, зимой мы лепили домики и фигурки из снега. Как-то отец попросил меня нарисовать узор для наличников на окнах. Потом по этому эскизу он почти для всей деревни вырезал наличники, всем нравилось.

Наверное, тяга к рисованию у меня все-таки была. Я помню, как впервые увидела букет полевых цветов, написанный моей тетей. Я была просто потрясена. Тетя была творческой натурой — рисовала и писала стихи. Меня так восхитила эта картина, что тогда я подумала, что обязательно научусь рисовать так же красиво.

Еще одно сильное потрясение детства — осознание красоты природы. Была теплая весна, май. Вечером я вышла к озеру и от увиденного остолбенела. Дул теплый ветерок, светила луна, отражаясь в озере. Я стояла как завороженная, а по щекам текли слезы: было красиво — просто невыносимо.

…Мне всегда хотелось, чтобы так красиво было везде. Чтобы были клумбы с цветами, заборчики, дорожки. В детстве, когда мы были пионерами, старались навести своими силами чистоту, собирались и подметали все улицы в селе.

Как-то в юности мне довелось побывать в Латвии, особенно меня удивил город Сигулда. Это — город моей мечты, именно так я представляю себе место, где хотелось бы жить. Сказочные леса и старинные замки, цветы и заборчики, вымощенные дорожки — так все красиво и аккуратно. Уезжать просто не хотелось.

— Представьте, если бы не стали театральным художником, кем могли бы быть?

— Сложно представить. Как сказал мой первый наставник, художник театра Владимир Карпов, театр — другой мир, отсюда не уходят. Я счастлива, что судьба привела меня в кукольный театр.