Повсюду чернели фигурки рыболовов, для которых, как и для меня, рыбалка - главный праздник в жизни.

Добрался до своего заветного места, где безотказно ловился окунь, и просверлил лунку. Через несколько минут ритмично игравший сторожок застыл. Поклевка! Не иначе соблазнился полосатый разбойник! Извлекаю из лунки свой тандем из двух мормышек - на нижней завис микроскопический, колючий и сопливый "хозяин Волги", да еще пыжится изо всех сил, чтобы казаться больше! Трофеем его назвать трудно - и ершик, который ненамного больше мормышки, получает свободу. И тут началось нечто невообразимое: представители колючего племени один за другим стали вешаться на мой тандем. Только и успевал отправлять их в родную стихию.

Начал подумывать уже о смене места, как мой сторожок резко прижало вниз. От неожиданности я резко подсек, да так, что катушка на удочке жалобно затрещала, извещая о перегрузке. Рука ощутила тяжелые упругие толчки солидной рыбы. И действительно, через некоторое время в лунке появилась клыкастая с холодными глазами "физиономия" судака. Я и не рассчитывал на таком мелководье (глубина около 3 м) "встретиться" со столь приличной рыбой - судак весил целых два килограмма.

Не без труда вызволив мормышку из пасти рыбы, я снова отправил ее в реку. Правда, без особой надежды. И вдруг сторожок опять прижало. "Еще один судак!" - мелькнуло в голове. А рука вновь ощутила большую тяжесть на другом конце лески. Какая­то неведомая сила оказывала мне невероятное сопротивление: леска звенела от напряжения. Я вынужден был стравливать леску, благо на катушке ее было предостаточно. Смотав метров десять, рыбина остановилась. Теперь не суетиться и не допустить ошибок! Начал долго и методично выматывать свой трофей. Несколько раз мне удавалось поднять его до лунки, но он снова уходил в глубину, заставляя сбрасывать леску. Наш поединок с неведомой рыбиной напоминал перетягивание каната.

Вокруг собрались рыболовы, каждый со своим советом. Но в тот момент они скорее мешали мне, чем помогали. Наконец я подвел рыбу к самой лунке - и на мгновение даже растерялся: на маленькой блестящей подвесной мормышке висела щука! Крючок впился ей в самый край губы, что и спасло леску от обрыва. Но тут рыба резко мотнула головой и исчезла в воде. Наш поединок возобновился.

Но постепенно щука стала сдавать свои позиции. В лунке появилась ее голова с ярко­красными жабрами и раскрытой пастью со множеством иглоподобных зубов. Уловив момент, я схватил ее за глаза и, с трудом протащив сквозь лунку, торжествующе бросил рыбу на лед.

Рыбаки, увидев на какой миниатюрный крючок и на какую тонкую леску попалась щука, не скрывали своего удивления и восхищения. Один из них тут же взвесил ее - веса было около четырех килограммов. Не бог весть, конечно, какая щука. Но на такую снасть вряд ли кому удавалось поймать такую хищницу.