В Тарханах, как известно, имеются и мемориальная доска в память о художнике, и музей с уникальными экспонатами. Здесь немало личных вещей художника, вплоть до кистей, этюдников и даже костюма для работы на летних этюдах. А в прошлом году здесь прошел и первый Международный кокелевский пленэр. Это было первое в республике художественное мероприятие столь сложной по организации формы, инициаторами которого выступили сельское поселение и глубинка вообще.

Пленэр, имеющий целью постепенное превращение села Тарханы в центр развития искусства, а также формирование коллекции музея, поддержали Минкульт республики и сразу два союза художников, нашей республики и дружественной Украины.

Еще лет 30 назад даже сами тарханцы не слишком много знали о своем замечательном земляке, ученике Репина, основателе художественной академической школы в Харькове. Деятельность и сам необычайный талант Кокеля замалчивались по сугубо идеологическим соображениям. Один из его братьев, епископ Алатырский Герман, был выслан из Чувашии за антисоветскую деятельность, затем арестован как управляющий Алтайской епархией и в 1937 году расстрелян. Теперь он канонизирован. Другой брат, Иван, остался жить в родном селе Тарханы. Но был раскулачен, лишен прав гражданина СССР, а дом его, в котором сейчас располагается музей, был в свое время отобран и передан школе.

Во времена детства Алексея Кокеля Тарханы были волостным центром, здесь располагалось удельное лесничество. Именно лесничий сыграл в жизни Кокеля судьбоносную роль. Вернее, его жена. Когда новым управляющим лесничеством становится Вячеслав Раубе, присланный из Петербурга, вместе с ним в Тарханы переезжает и его жена Мария Васильевна, женщина образованная, располагающая огромной библиотекой и богатым собранием гравюр и шедевров мировой живописи.

Эта художница-любительница, а затем и ее близкая родственница Мария Варганова в свое время и приняли решение отправить оперировать болезненного Алексея в Санкт-Петербург, а после выздоровления — устроить на учебу в Академию художеств. Ведь любовь к изобразительному искусству пробудилась в нем с раннего детства. Дальше все развивалось, как в голливудском фильме. В Петербурге альбом с его работами представлен А.Н. Кардовскому. Мальчика из Тархан определяют в рисовальную школу при Академии художеств. А затем он зачислен в индивидуальную мастерскую И.Е. Репина. Великий Илья Ефимович через несколько лет захочет даже купить дипломную картину Кокеля лично для себя. Потом были еще поездка по Европе и работа в Петербурге, Москве и Твери. Но когда в сентябре 1912 года в Харькове открывается художественное училище, для Кокеля начинается новая жизнь. Его назначают на пост ректора, и под его руководством училище преобразуется в художественный институт, существующий и поныне.

На вопрос, участвуют ли в проекте наши харьковские друзья, руководитель исследовательской лаборатории наследия А.А. Кокеля Чувашского государственного университета им. И.Н. Ульянова, профессор Владимир Васильев ответил, что в Харьковской академии дизайна и искусств поначалу вообще предложили полностью сделать проект обустройства усадьбы. Но и сами батыревцы, и курирующие их специалисты из ЧГУ решили, что чувашским архитекторам лучше удастся передать душевность этого места.

Кстати, Чувашский госуниверситет им. И.Н. Ульянова играет в этой инициативе не последнюю скрипку, без его участия летом не смог бы состояться долгожданный пленэр. Ректор этого вуза Лев Кураков заботится не только о Батыревском филиале ЧГУ, но и проявляет большой интерес к кокелевской линии образования тарханцев. Ведь обладатели такого наследия просто не могут быть обделены универсальными талантами знаменитого земляка. Процент поступления в вузы выпуск-ников тарханской школы, особенно в «шефский» ЧГУ, один из самых высоких среди сельских СОШ. Недаром в эту школу предпочитают ходить многие дети из других деревень, у которых есть школы и поближе.

Для строительства усадьбы архитектору предложили выбирать между школьным участком, где сейчас в доме Ивана Кокеля находится музей художника, и участком, где когда-то стоял родовой дом Кокелей и даже сохранилась столетняя ива, свидетельница и праздников, и трагедий этой семьи.

Автор чебоксарских «Макдоналдса» и «Академгородка», а также космической часовни в Шоршелах выбрал, однако, музейный вариант, который позволит тарханским школьникам по-прежнему считать этот музей, в будущем — целый музейный комплекс, школьной составляющей. Хотя одновременно он вполне может стать и туристическим, и научным, и художественным центром этой территории, столь богатой на громкие имена.