Как уже сообщала «СЧ», ранним утром старший прапорщик внутренней службы Андрей Степанов, сменившись с поста на одной из вышек, пришел в караульное помещение и там из табельного автомата расстрелял троих сослуживцев. После этого и сам покончил жизнь самоубийством. Что толкнуло человека на такой безумный шаг? Откуда взялась «последняя капля», взорвавшая нервы так, что он окончательно потерял над собой контроль? О том, что творилось в душе 33-летнего прапорщика, поднявшего автомат на своих ребят, знал только он сам. Но его уже ни о чем не спросишь…

А нервно-психический срыв у человека был. К этому склоняется прокуратура республики, проводившая расследование по возбужденному уголовному делу и 26 сентября прекратившая его в связи со смертью виновника ЧП. Этого же мнения придерживается и комиссия главка ФСИН России, в течение нескольких дней проверявшая уровень организации охранной службы в местном УФСИН и конкретно в цивильском СИЗО-2. В целом оценка дана положительная. Об этом сообщил журналистам начальник УФСИН В. Волков.

— Мы пытались тщательно и досконально разобраться в причинах этой трагедии, — рассказал Вячеслав Борисович. — На всех постах у нас действует система аудиовидеоконтроля. Она показывает, что сбоев в работе караула не было, все шло как обычно. И что до последней минуты Степанов вел себя адекватно. Сменился с поста, а через 10-15 минут произошла трагедия. И мы тоже склоняемся к мысли, в том числе и наши психологи, что у сотрудника был внезапный нервно-психический срыв. Что этому способствовало? Как выяснилось, с домашними накануне дежурства конфликтов не было, все было спокойно. Возможно, какой-то толчок все же был, какой-то внутренний конфликт. Хотя внешне, как говорят сослуживцы, это никак не проявлялось. Может, было в его адрес какое-то неосторожное слово. А человек пришел с суточного дежурства, в напряжении.

При сдаче автомата прапорщик присоединил к нему магазин с патронами и зашел в караульное помещение. «На колени!» — услышали от него сослуживцы.

Вначале никто всерьез эти слова не принял. Степанова хорошо знали, работал в системе УФСИН 11-й год, последние годы занимал должность младшего инспектора отдела охраны, характеризовался хорошо, имел поощрения по службе. В общем, коллеги подумали, что со стороны Андрея это неудачная шутка. Стали уговаривать, мол, не дури, не время, все после дежурства устали. Но прапорщик не шутил…

От полученных ранений 32-летний начальник караула капитан внутренней службы Алексей Васильев скончался на месте. Осиротели жена и две малолетние дочки. Его товарищи — младшие инспекторы отдела охраны — умерли от ранений в больнице. Помощнику начальника караула Леониду Иванову было 36 лет. Андрею Арсентьеву — 23 года. Без папы осталась полуторагодовалая дочка.

— А когда, видимо, понял, что отступать уже некуда, и сам застрелился, — тяжело вздохнул начальник УФСИН. — Были у Степанова и семейные проблемы. С женой развелся, но продолжал ее любить, как и 11-летнего сына, с которым виделся нечасто. И нереализованные возможности по службе. При среднем образовании у Степанова было стремление (хорошее, конечно) к карьерному росту. Может, не заметили мы этого вовремя. Ведь все это выявляется, когда начинаешь тщательно разбираться во всем. Вот такая трагедия произошла. Выводы мы, конечно, сделали.

В. Волков и его заместители не скрывают, что недоработки все же были. К примеру, комиссия главка выявила существенные недостатки в воспитательной работе с личным составом подразделения охраны СИЗО-2. Приказом начальника УФСИН за упущения, приведшие к чрезвычайному происшествию, виновные должностные лица управления и СИЗО-2 привлечены к строгой дисциплинарной ответственности. Психолог, работавший в цивильском изоляторе, уволен. А это говорит о том, что при всей неясности глубоких мотивов, толкнувших прапорщика к тяжкому преступлению, УФСИН не снимает с себя ответственности за происшедшее. И очень важно предпринять все, чтобы впредь таких трагедий не случалось.

После ЧП переработаны инструкции об организации и порядке несения службы караулами по охране ИК и СИЗО. В отделах охраны проведены социально-психологические исследования: в какой степени сотрудников удовлетворяют условия службы, взаимоотношения в коллективе, стиль руководства. Все сотрудники отделов охраны подверглись комплексной психодиагностике, и 14 из них (так называемая группа риска) отстранены от несения службы с оружием в руках.

Теперь в каждом учреждении сотрудника, заступающего на караульную службу с табельным оружием, прежде проверяют на предмет его психоэмоционального самочувствия. Изучается психологическая совместимость личного состава караулов (кстати, просочился слух, будто сослуживцы подтрунивали над существенной разницей в возрасте прапорщика и его спутницы жизни, с которой он жил после развода с супругой, да мало ли слухов). Инструкторы обучают весь личный состав приемам самозащиты без оружия. Видимо, учтено, что трое погибших не смогли противостоять одному вооруженному. Во всех учреждениях есть помещения, где с сотрудниками проводят тренинги по восстановлению их работоспособности после несения службы. Для личного состава открыты телефон и почта доверия, это позволяет психологам своевременно получать от людей «больную» информацию и оказывать нуждающимся экстренную психологическую помощь. Это всего лишь часть мер, которые экстренно «заработали» после трагедии.

— Сейчас мы предъявляем особо повышенные требования и внимание к людям, которые несут службу с боевым оружием, — итожит В. Волков. — Хотим узнать всю их подноготную с момента поступления на службу, как ведут себя на работе, в быту, в семейной жизни.

Как видим, основная надежда на психологов. В такой непростой системе, как УФСИН, где работа сотрудников сопряжена с повышенным расходом нервных клеток, их труд особо ценен. Конечно, и раньше проводилась профилактическая и реабилитационная работа. Но сейчас, как подчеркивают и сами психологи, и руководство, она более «детальная».

Семьям погибших оказана помощь в организации похорон, им переданы 166 тысяч рублей, которые вскладчину собрали сотрудники системы. Сейчас, при содействии УФСИН России, решается вопрос о выделении целевых средств на улучшение жилищных условий домочадцев расстрелянных сотрудников. Кроме того, эти семьи получат все полагающиеся при таких случаях денежные компенсации и выплаты.