Сколько портретов делает за день, не говорит. Боится сглазить. За черно-белый портрет, нарисованный углем за полчаса, берет 120-150 рублей. Цветные обходятся клиентам дороже. Пишет с натуры и с фотоснимка. По заказу фанатов рисует портреты звезд эстрады. «Образ клиентов запоминаю примерно на полгода, — говорит Даша, — затем они стираются из памяти, освобождая место для новых». Бывает, что в обычные выходные художники Арбата скучают, зато в праздники не до отдыха. Этот новый вид услуги появился после благоустройства бульвара купца Ефремова. На излюбленное место отдыха горожан начали выходить не только художники, но и поэты, писатели. На пиво потратить деньги или портрет заказать, книжечку купить — каждый выбирает сам.

А художники, работающие в сквере Чапаева, давно уже чув­ствуют себя единой семьей, общиной. Поддерживают друг друга, вместе праздники проводят. Собираясь по выходным «у Василия Ивановича», каждый занимает место согласно «прописке». Они и не скрывают, что новеньких принимают с неохотой. Потому что место это отвоеванное. В первые годы их гоняла отсюда милиция, не давала покоя налоговая служба. На суд зрителей и покупателей выносят то, что пользуется спросом, — в основном пейзажи и натюрморты, выполненные маслом. Технология не позволяет «выпекать» картины за короткий срок, потому и цены другие: от одной до двух тысяч рублей. Эти же картины через салоны идут в два раза дороже, говорят авторы. Пожилая женщина, торгующая художественными произведениями сына, призналась мне, что иногда художники свои творения отдают за бесценок, меняют на шмотки, продукты. Семью же надо содержать. А народ в Чувашии небогатый, чтобы в салонах картины покупать. Бывает, за два дня ни одной работы не продашь. Основные покупатели, что удивительно, сельчане. Каким картинам отдают предпочтение? «За мизерные деньги хотят купить и небо, и речку, и закат, и восход», — говорит Л. Сумкин и уточняет, что у каждого автора есть свои покупатели.

«Неискушенные любители живописи выкладывают деньги за никудышные полотна, которые к искусству не имеют никакого отношения, — не скрывает он. — Ведь здесь зарабатывают хлеб не только профессионалы, но и самоучки. Правда, среди последних тоже встречаются талантливые ребята, которые растут на глазах». Наиболее удачливые долго не задерживаются в сквере. По словам А. Спиридонова-Саняча, прошедших «школу выживания» в сквере Чапаева теперь можно видеть в Измайлов­ском парке и на Крымском валу в Москве. Есть и такие, кто нашел состоятельных заказчиков и работает дома. Сам Анатолий Николаевич был зачинателем уличной торговли произведениями искусства. «В начале девяностых это требовало большой смелости, — рассказывает он. — Предлагать картины прохожим, как и играть на музыкальных инструментах на базаре, перекрестках, считалось делом неприличным. Трудно было ломать себя, еще сложнее — изменить отношение людей к работе художников в рыночных условиях. Мы же продаем произведения, созданные своим трудом, а он нелегкий. Работаешь и в будни, и в праздники. За последние десять лет я забыл, что такое отпуск. Единственный мой отдых — вот это!» — показывает мой собеседник на шахматную доску. «Шах!» — слышит он от полковника в отставке, участника Великой Отечественной войны Г. Шетяева. А вскоре получает и мат. Ветеран прикипел душой к уличным художникам и бывает здесь часто. Один из них — В. Боронихин — ему по фотографии написал картину «Заправка в воздухе». Теперь она висит дома, напоминая о славном жизненном пути летчика.

К творчеству этих людей можно относиться по-разному. Сказать, что они формируют вкус покупателей, было бы неверно. Но через эту выставку под открытым небом народу, пожалуй, проходит больше, чем через экспозиционные залы. «Мы ближе к народу», — говорит афганец Н. Тарасов. Но, конечно, некоторые далековаты от настоящего искусства.