Только за этот год поселок покинули 13 семей. А всего за последние года два с насиженного десятилетиями места снялись почти сорок ячеек цыганского общества. Неужели потянуло за «звездой кочевой»?

— Не-е, какие уж там костры под звездным небом! — улыбаясь, замахали руками два цыгана в летах. Мужчины, несмотря на утренний час, грелись на весеннем солнышке, сидя в видавшей виды «шестерке», припаркованной посреди «цыганской» улицы Гоголя. — Мы даже не знаем, с какой стороны к лошади подойти. Как Хрущев у нас коней отобрал, так и осели, — продолжили собеседники. — А теперь вот уезжаем…

Из слов Владимира Михайя и Василия Марковича стало ясно, что цыган гонит нужда. Говорят, раньше женщины в город ходили-зарабатывали: гадали, а иной раз сотовые телефоны и кольца с цепочками «в сумочках приносили». «От женщин много беспредела было, теперь их милиция в город не пускает», — без утайки рассказали ромалы. Видно, хорошую прибыль приносил женский бизнес, коли теперь семьям, судя по настроению в таборе, пришлось зубы на полку положить. А некоторым и дома продавать.

Впрочем, на стихийной сходке, организовавшейся вокруг «Жигуленка» и корреспондента «СЧ» в сопровождении старшего участкового уполномоченного милиции А. Степанова, выяснилась и другая причина убывания местного населения. Нехватка земли. «Свой огород, свой сад хотим. Расширяться-строиться. У меня двадцать человек в семье с детьми, их женами и внуками! — горячился Василий. — У всех наших мужчин так. А участки власти нам не дают». И кредиты в банках тоже, подхватили остальные. Жалобы посыпались как горох. Мол, и мусор не вывозят, и дорогу не делают, и в школах учителя с детей деньги постоянно ­собирают, и работы нет… Совсем худо.

Но об одном ромалы умолчали. Года два назад в таборе произошла кровавая трагедия. Сын ушедшего уже в мир иной барона Михаила Марковича убил свою жену. Обстоятельства отягчались еще и тем, что молодая женщина носила под сердцем ребенка. Однако суд присяжных вынес оправдательный приговор. Поговаривают, что гонорар тех, кто обеспечил такой вердикт, измеряется фантастической суммой. И, дескать, чтобы расплатиться, родственникам цыганского Отелло пришлось продать свою недвижимость. Эту версию подтверждает и тот факт, что первыми из Альгешева начали уезжать именно братья и дяди женоубийцы. А за ними уже и остальные потянулись.

Теперь в некогда цыганских особняках на улицах Гоголя, 1-ой Южной, Нижней новые хозяева. А в поселке — гораздо тише.