Началась эта история в июне прошлого года. Газовую плиту «Ардо» Анатолий Михайлович благополучно установил у себя дома и каждый месяц аккуратно вносил причитающиеся за нее суммы. Последний платеж, как и положено, сделал в декабре. А уже в феврале в его квартире раздался телефонный звонок, и вежливый менеджер поинтересовался, почему клиент заплатил за товар не все деньги?

«Как не все?» — удивился покупатель, собрал квитанции и поехал в магазин. Разбирались недолго — выяснилось, что один раз Анатолий Михайлович перевел деньги не на тот счет. Дело в том, что при оформлении рассрочки ему вручили образец, по которому нужно заполнять платежное поручение, и так называемое Уведомление об уступке права требования. В этом документе фирма ДОМО извещала покупателя, что уступила права требования к нему по договору о покупке газовой плиты ОАО «АИКБ «Татфондбанк».

Реквизиты в обоих бумагах, как ни странно, указаны разные, хотя деньги в конечном счете все равно попадают в «Татфондбанк». А. Сергеев каждый раз заполнял платежку по образцу, а однажды, забыв его дома, воспользовался реквизитами из уведомления. Эти деньги в банке и «потерялись».

Когда недоразумение прояснилось, в магазине сказали, что инцидент исчерпан. Анатолий Михайлович покинул фирму со спокойным сердцем. Но через пару месяцев в почтовом ящике он обнаружил конверт из ООО «ДОМО «Электроника». «Ставим Вас в известность, что за Вами образовалась просрочка исполнения принятых Вами договорных обязательств по оплате товара», — говорилось в письме. А заканчивалось оно грозным предупреждением: «В случае отсутствия у Вас указанного товара и (или) денежных средств на погашение Вашей задолженности наша компания будет ходатайствовать перед судом об обращении взыскания на Ваше личное имущество».

Анатолий Михайлович еще раз продемонстрировал менеджерам фирмы свои квитанции и написал объяснительную, где изложил все обстоятельства. Снова услышал — все в порядке, и покинул магазин, искренне надеясь, что больше не придется переступать порог этого заведения.

Но на днях, когда дома был только семилетний сын, в квартиру Сергеевых постучался курьер и вручил ребенку листок с уже знакомым нам текстом. Вечером сынишка встретил отца вопросом: «Папа, нас арестуют?..»