Золотые сережки, кольца, рубиновые и янтарные бусы, ожерелья хранились в специальной шкатулке. Там было и украшенное тонкой резьбой кольцо с шестью бриллиантами. Когда покупали дом, хотели сдать его в ювелирный магазин. Но мастер, внимательно осмотрев кольцо, вернул со словами: «Это работа старинных мастеров, ее невозможно оценить. Езжайте в Москву, а лучше сохраните как ценную реликвию».

Похороны и поминки дети устроили пышные. Надеялись, что все расходы окупятся. У матери на сберкнижке лежит кругленькая сумма, да еще есть шкатулка с драгоценностями. Утром следующего дня все дружно направились в нотариальную контору, где хранилось завещание матери. Первым его прочитал полковник. Родственники заметили, как лицо его вытянулось, помрачнело, даже очки вспотели.

— Ну и мамаша, — выдохнул сын. — Все сбережения завещала нашей младшей сестре Юлии.

— Неужели?! — радостно воскликнула та и даже подпрыгнула.

— Это несправедливо. Ты, Юля, должна поделиться с нами, — молвила Вера, другая дочь.

— Но разве ты в чем-то нуждаешься? Мама столько сделала для тебя. Ведь ты и дачу на ее деньги купила, — обиженно отпарировала Юлия.

— Пошли домой, посмотрим драгоценности, — предложил полковник. — Воля матери для нас закон. Сто тысяч, которые получит Юлия, не такие уж большие деньги. Мне лично ничего не надо, я возьму только кольцо с бриллиантами. Это будет справедливо. Вы, дорогие мои сестренки, жили рядом с матерью, пользовались ее щедростью, а я скитался по гарнизонам.

Из-за кольца совсем рассорились. Перебивая друг друга, начали вспоминать, кто как помогал матери, кто доставал лекарства, материалы для шитья, фурнитуру. Не забыли даже о швейных иголках, привезенных из-за границы. Потом родственники выпотрошили гардероб, бельевой шкаф — стали делить вещи, каждый пытался «урвать» как можно больше.

Богатое наследство матери окончательно рассорило близких людей. Вот уже год, как они не встречаются, не звонят друг другу. Стали совершенно чужими.

А вот другая история. Маргарита была единственной дочерью у матери, которая проживала в благоустроенном доме с садом и огородом. Дочь занималась челночным бизнесом. Она редко виделась с матерью, раза два в неделю звонила по телефону, справлялась о здоровье. Мать, конечно, обижалась, что дочка нечасто навещает ее. Но зато женщину каждый день посещала сестра, тоже пенсионерка, проживающая в Чебоксарах. Однажды Маргарите сообщили страшную весть: мать ее задохнулась в дыму — поставила на газовую плиту суп для разогрева, а сама уснула.

Дочь тяжело переживала смерть матери. Одно утешало: дом достанется ей — единственной наследнице. Но оказалось, мать перед смертью переписала завещание в пользу своей сестры. Та постоянно внушала хозяйке подворья, что надежнее переписать дом на нее, обещала его продать, а вырученные деньги поровну поделить между внуками — детьми Маргариты.

Судебные разбирательства ни к чему не привели. Тетка продала материнский дом, но делиться деньгами с Маргаритой и ее детьми не пожелала.

Вот уже несколько лет не общаются друг с другом две сестры — одна живет в Мариинском Посаде, другая — в Новочебоксарске. Их мать завещала свою однокомнатную квартиру внуку, которого воспитывала, пока дочь жила за границей. Вышло, что дитя второй дочери осталось обделенным. Это и рассорило сестер, они стали врагами из-за маленькой квартирки в старом доме.

Таких наследственных дел в наших судах не один десяток. В ходе наследственного дележа родственники лишаются сна, теряют здоровье, нередко доводят себя до больничной койки. Но самое грустное — сестры и братья становятся чужими, порой обрывают родственные связи даже из-за копеечной вещи.