Лидия Герасимовна с дочерьми.

Воспитала Лидия Герасимовна шестерых детей, а сейчас подрастают у нее 10 внуков и внучек и три правнука. Так что на недавний бабушкин юбилей родни собралось полный дом. Все поздравляли виновницу торжества, дарили подарки. А та все смущалась и причитала: «Зачем мне столько гостинцев. Не стоило беспокоиться, у меня всё есть!»

Мастерица Лидия Герасимовна отменная. Очень любит вязать варежки да носки. С гордостью перечисляет, что за зиму успела «наработать»: «дочерям Наде — две пары, Лиле — четыре пары, Люсе — четыре и себе — три, да плюс еще и тапочки». Шерсть бабушка Лидия покупает на рынке, сама же прядет нитки. Вот, говорит, была молодая, лет десять назад, сама держала скотинку. И овцы были, пять штук. Тогда и шерсть свою пряла. А кроме овец еще и корову, и поросят держала — для каждой дочери по одному поросенку. А сейчас годы не те, тяжеловато за барашками бегать.

Все лето Лидия Герасимовна трудится на огороде: дергает сорняки, окучивает картошку. И свой сад у нее есть: яблони, смородина, вишня. Дети, конечно, приезжают, помогают — ведь для них все растит. А на зиму бабушка перебирается в Чебоксары к младшей дочери Лиле. В городе коротает она вечера за вязанием да за чтением исторических романов — главное, говорит, чтоб книжка потолще была. Вообще до чтения бабушка большая охотница. На свою пенсию выписывает несколько газет, и пока их все от корки до корки не проштудирует — не успокоится.

Хорошо, конечно, в городе у дочери — и тепло, и уютно, и печку топить не надо. Но все ждет не дождется Лидия Герасимовна конца апреля, чтобы вернуться к себе в деревню. Улыбается: «Подружка Анфиса там меня заждалась — с осени не виделись. Ей, кстати, как и мне, девяносто годков минуло».

Но нет-нет да запечалится бабушка Лидия. «Был бы жив мой Алексей, и мне бы легче жилось, — вздыхает она. — Очень хороший муж был, в совхозе бригадиром плотников работал. Всю войну прошел, а в семидесятом году погиб — несчастный случай на работе. И вот уже тридцать пять лет, как живу я без мужа. Он у меня красавец был, с фронта пришел — вся грудь в орденах и медалях — орел. И по дому помогал — руки золотые были».

«Не сладко ему на фронте пришлось, да и нам в тылу не легко было, — продолжает Лидия Герасимовна. — В военную пору с подругами лес валила в Ибресях. Настолько была тяжелая работа, что лошади не выдерживали, гибли. А коль нет лошади — приходилось в работу впрягаться людям. Сами тянули мы бревна, грузили их на телеги и везли до железнодорожной станции. Приказ был один: «Всё для фронта, всё для победы». А вечерами вязали носки и рукавицы для наших солдат, и все тоже отправляли на фронт. Спать-то было некогда».

А как встретит бабушка Лида шестидесятилетие Победы? «В клуб, конечно, не пойду, — говорит она, — но с подружками помянем всех односельчан, кто не вернулся. И Лешеньку моего — тоже...»