Совсем плохо шли дела на хмелеприемном предприятии “Вурнарский”. Работники зарплату не получали. На налоги денег не было. Долги немалые накопились. Например, хозяйство “Шимкусский” Янтиковского района требовало вернуть почти 60 тыс. рублей. На то и решение суда имелось. А исполняет такие вердикты, как правило, служба судебных приставов.

В Вурнарском районе этим подразделением руководил В. Афанасьев. Он дал соответствующее указание своему подчиненному. Были арестованы автомобиль “КамАЗ” и сварочные агрегаты, принадлежавшие “Вурнарскому”. Как положено, технику оценили и продали. В результате денег набралось достаточно для того, чтобы и “Шимкусскому” долг вернуть, и зарплату работникам выдать – тем, кто добился взыскания ее через суд. Служба приставов так и сделала. Причем директор “Вурнарского” сам просил В. Афанасьева побыстрей продать машину, так как опасался, как бы ее не растащили по запчастям. По правилам служба взыскивала с “Вурнарского” и налоговые долги.

И вдруг – словно гром средь ясного неба. Оказывается, старший судебный пристав В. Афанасьев совершил уголовное преступление, за которое полагается лишение свободы до 7 лет. Начались проверки, прокуратура возбудила дело, В. Афанасьев остался без работы, попал на больничную койку. Разбирательство длилось целый год.

Так что же не так сделал, по оценкам обвинения, старший пристав? Незаконно арестовал технику и оставлял предприятие без средств труда? Нет, все сделано как положено. Может, своим людям продал и кое-что в карман положил? И тут проверка ничего не нашла, даже банковские счета семьи перетрясла. Весь криминал, оказывается, в датах.

Есть в законодательстве такое положение: в случае признания предприятия банкротом приостанавливаются любые имущественные взыскания, за исключением тех, которые делаются в пользу работников согласно судебным решениям, в первую очередь – на погашение долгов по зарплате. Только после удовлетворения всех требований членов коллектива производится расчет с такими кредиторами, как “Шимкусский”.

Так вот, разница между датой принятия Арбитражным судом республики решения о банкротстве “Вурнарского” и датой продажи того же “КамАЗа” – всего несколько дней. За это и зацепилось обвинение, чтобы квалифицировать действия старшего пристава как явное превышение полномочий, повлекшее существенное нарушение прав и интересов граждан, предприятия и даже государства.

По просьбе обвиняемого дело рассматривалось коллегиально тремя федеральными судьями. Старшего пристава защищал его отец, заслуженный юрист республики Н. Афанасьев. Фронтовику-инвалиду удалось отстоять сына. Суд развенчал логику прокуратуры. Например, было установлено, что от действий службы приставов никто из работников предприятия материально не пострадал, потому что на тот момент неудовлетворенных требований с их стороны просто не существовало. А те долги по зарплате, которые обязал взыскать суд, люди как раз с помощью приставов получили.

Или взять утверждение обвинения о том, что нарушены интересы предприятия. Суд и тут не нашел вины обвиняемого. Тот же “КамАЗ” изъят во исполнение решения Арбитражного суда. А директор “Вурнарского” сам просил использовать вырученные деньги на погашение долга перед “Шимкусским”.

Претензий нет и у налоговой службы, то есть представителя государства. Приставы исправно исполняли ее поручения.

В итоге Вурнарский районный суд полностью оправдал подсудимого. Кассационная инстанция Верховного суда республики оставила этот вердикт в силе. Потом было еще одно разбирательство. Уже в Москве. В. Афанасьев обратился в Тверской райсуд столицы с иском о возмещении вреда, связанного с необоснованным обвинением. Требование вурнарца удовлетворено. За свои страдания он получит довольно крупную сумму. Расплатится государство.

А на очереди - вопрос восстановления на работе. Жалоба подана в Верховный суд Чувашии.