К Вам обращается Управляющий Чебоксарско-Чувашской Епархией Митрополит Варнава.

Когда мы теряем родного человека, с которым прожили жизнь, мы не можем не плакать, не скорбеть. Эта скорбь естественна и законна. Все мы, живущие на земле, должны молиться за наших почивших родных. Если они сейчас не могут просить за себя, то теперь мы являемся "адвокатами" за них пред Богом.

Ваш отец - приснопоминаемый Андриян Григорьевич - был не только сыном чувашского народа, но и сыном Православной Церкви. Я неоднократно встречался и разговаривал с покойным, и он несколько раз заявлял мне: "Я тоже православный христианин". Именно благодаря желанию Андрияна Григорьевича музей космонавтики с. Шоршелы, который занимал здание церкви Святых мучеников Андриана и Наталии, был перемещен в новое здание, а в храме вновь были возобновлены моления и службы. Незадолго до своей смерти Ваш отец просил меня похоронить его по всем христианским традициям там, откуда он вышел, то есть в родном своем селе Шоршелы.

По двухтысячелетним христианским традициям перезахоронение усопшего не разрешается без особых на то причин. Сейчас вся наша любовь должна выразиться в том, чтобы не решать, где и как похоронить человека, но молиться об его упокоении в Царстве Небесном. Молитва - вот последнее средство оказания любви.

Я прошу Вас по-отечески, дорогая Елена Андрияновна, принять мудрое решение, которое не сеяло бы раздор между людьми.