На улицах Чебоксар – праздник разных народов.

Грустно, но факт. Как показала Всероссийская перепись населения 2002 года, чувашей в стране стало меньше на 136000 человек. Причины? Наверное, они общие для всей России – сказались уровень смертности населения, снижение рождаемости. Но есть и другой фактор, который нельзя не учитывать, – нежелание части молодых людей признавать себя чувашами. Живя вдалеке от исторической родины, не зная письменного и устного языка, обрядов, традиций, молодое поколение перестает чувствовать принадлежность к национальности своих родителей, дедушек и бабушек. Что делать? – задавались вопросом собравшиеся.

ЧНК и Чувашский общественно-культурный центр в прежние годы много сделали для подъема национального самосознания народа. Особенно в тех регионах страны, где чуваши проживают компактно. Диаспора объединилась в более чем 50 национально-культурных автономий и центров. Во многих из них действуют фольклорные коллективы, проходят традиционные праздники со всеми положенными атрибутами – демонстрацией национальной одежды, приготовлением исконно народных блюд. Аудио- и видеокассеты наших многочисленных эстрадных «звезд» давно уже крутятся в самых отдаленных уголках России, где проживают чуваши. Словом, примеров много.

Однако, по мнению некоторых лидеров чувашского национального движения, время празднично-концертных вояжей прошло, пора переходить на более высокий уровень общения. Один из аксакалов ЧНК В. Станьял считает, что сейчас главное внимание надо уделять молодому поколению, которое растет, не умея читать и писать на языке родителей. «Для возрождения письменной культуры диаспоры нужен второй Иван Яковлевич Яковлев, – заявил он. – Чтобы наглядно представить масштаб работы, прежде всего надо составить карту чувашских населенных пунктов, чувашских школ в регионах России. Нужна научно-методическая база обучения чувашскому языку, постижения культуры, истории. Программы, разработанные для национальных и русскоязычных школ республики, диаспору не удовлетворяют». Речь, конечно, не о чувашских школах в Ульяновской области, Татарстане, Башкортостане. А вот в Самарской области количество школ с обучением чувашскому языку резко сократилось. В селе Бор Игар Клявлинского района, например, на улицах взрослые и даже молодежь общаются на чувашском. Ученики же младших классов между собой говорят по-русски. В сельской библиотеке чувашская литература имеется, но спрос на нее небольшой. С уходом из жизни большого патриота родного языка В. Егорова интерес к развитию чувашской культуры в районе резко упал. Фольклорные группы при Доме культуры, гастроли чувашских артистов вряд ли смогут остановить этот процесс. А Самара-то совсем рядом. Что уж говорить о регионах подальше.

Есть еще один весьма заметный признак отрыва диаспоры от национальной культуры. О нем напомнил руководитель Администрации Президента Чувашии, министр культуры, по делам национальностей, информационной политики и архивного дела П. Краснов: диаспора перестала растить видных писателей, поэтов, драматургов, критиков. Впрочем, не часто рождаются они и у нас в республике. Зато много стало эстрадных «звезд». Риторический вопрос Петра Степановича, какой урок культуры может преподать эстрадный певец, рекламирующий свои концерты на каждом столбе, и культура ли это вообще, - остался без ответа. В эстрадном жанре количество почему-то не переходит в качество.

Жизнь меняется стремительно, не учитывать это никак нельзя. До сих пор на собраниях ЧНК звучит критика по поводу сокращения малокомплектных школ, когда детей на специальных школьных автобусах возят в базовые учебные заведения. По мнению некоторых, деревня без школы обречена. Каждый раз им приходится объяснять, что в малокомплектных классах без современного оборудования, без педагогов высокой квалификации подготовить конкурентоспособных выпускников невозможно. Реально ли содержать на уровне современных требований, например, «девятилетку» с 20-ю учащимися?

Вопросы воспитания поднимаются не первый раз. Но как решить их без участия семьи, где дети формируются на примере родителей, других родственников? Не секрет, что увеличивается число пьянствующих отцов и матерей. Воспитание таким примером не исправит ни лицей, ни вуз. Вот и предлагают отдельные активисты расширить работу ЧНК так, чтобы она охватывала все слои населения. Нужно активнее участвовать в конкурсах, выигрывать гранты, проводить акции. Прислушается к этим пожеланиям ЧНК или ограничится борьбой с вывесками, оформленными только на одном из государственных языков? Поднимать уровень бытовой культуры населения намного труднее, чем критиковать всех и вся. Фронт совместной работы конгресса с отраслевыми министерствами достаточно широк.

Собрание Большого совета – это, пожалуй, что-то вроде генеральной репетиции съезда ЧНК. Оно показало и определенную озабоченность активистов, и довольно широкий диапазон их взглядов на дальнейшее развитие сообщества. Это чем-то напоминает суетливый поиск цели. Оно, может, и понятно. В первые годы существования ЧНК во многом благодаря ему чувашский мир сделал такой рывок, который раньше и представить было трудно. Постепенно эти достижения стали как бы сами собой разумеющимися, привычными. А человеку всегда хочется чего-то большего. Обретет ли это «что-то» конкретный смысл, покажет, думается, очередной, 6-й съезд ЧНК, который назначен на 18-19 марта 2005 года.