"Юннатка".

Трудно сказать, каким бы сегодня было чувашское изобразительное искусство, если бы не приезд в Чебоксары в конце 1940-х годов Р. Ермолаевой, ее мужа В. Гурина и их товарища Е. Бургулова. Окончив учебу в Академии художеств в Ленинграде, прерванную войной, они с жаром принялись за работу. Тот скачок, который произошел в чувашском профессиональном изобразительном искусстве, был связан с ними. Эти люди сыграли огромную роль в судьбе большинства художников старшего и среднего поколения. В. Агеев, В.Бритвин, А.Брындин, Н.Карачарсков, А.Миттов, В.Немцев, Праски Витти, Р.Федоров и многие другие обрели мастерство их стараниями и пошли затем в искусстве своим собственным путем.

С приходом Ермолаевой, Гурина и Бургулова Чебоксарское художественное училище постепенно поднялось в число лучших учебных заведений России. Талантливые, самобытные художники и яркие, неординарные личности, они оказались и замечательными педагогами – создали такую напряженную и насыщенную творческую атмосферу, которая всколыхнула молодое поколение, жаждущее окунуться в высокий мир искусства… Новоиспеченные преподаватели ввели «железную» дисциплину, к которой приучили себя еще в стенах Академии художеств. Однако высокие требования пугали не многих студентов, они чувствовали, что это дает результаты. «В целом, педагогическая наша деятельность зиждилась на принципах очень большой требовательности к учащимся и к себе. Эта требовательность должна была сочетаться с тем, чтобы учащийся страстно полюбил свою профессию. Нужно научить его мечтать, чтобы он образно мыслил, дать основные понятия о глубине формы и ее движении. Научить чувствовать прелесть цветовой гармонии и материальности мира в цветовой трактовке…», – писал Е. Бургулов в своих воспоминаниях. Только мастерство и искренность чувства «лишали смысла все пошлое и провинциальное», возвышая самого творца. Именно понятие о высоком искусстве, о профессионализме привнесли они в стены художественного училища и внушили это молодому поколению художников.

Также истово отдавались они творческой работе. С первых лет пребывания в Чебоксарах художники стали постоянными участниками всех выставок, принимали участие и в общероссийских вернисажах. Многие картины Розалии Михайловны находятся в постоянной экспозиции Художественного музея. Бывая здесь, каждый раз невольно задерживаешься у великолепного, сочно и темпераментно написанного натюрморта «Сирень». Тяжелые пахучие гроздья, поставленные в стеклянной вазе и рассыпанные на столе, излучающие свежесть и аромат весеннего цветения, поражают той силой чувств, восторгом, который вложила художница в эту картину. А рядом — «Рыбы» и «Подсолнухи», полные жизненной радости и оптимизма. На холсте — игра множества оттенков красок, разнообразных мазков, роскошь свободного и широкого письма. Восхищение перед сущим и умение передать зримую красоту мира, всю тонкость и сложность его цветового богатства — вот главная сила живописи Розалии Михайловны. Ею созданы замечательные произведения и в портретном жанре. Так, знаменитая теперь картина «Юннатка», написанная в 1952 году, не только была показана на многочисленных выставках, но и много раз воспроизводилась в книгах и журналах, издававшихся в Москве и Ленинграде, и вошла в сокровищницу российского искусства. Образы актрисы Ольги Ырзем и известной художницы по вышивке Екатерины Ефремовой также стали классикой чувашского искусства. В них открылся умный, глубокий мастер-психолог, умеющий постичь и передать характер человека, его индивидуальное и творческое проявление в искусстве.

Сильные, яркие женщины, безмерно одаренные талантом, не случайно привлекали Розалию Михайловну — она и сама была такой. Родилась и выросла на просторах Волги (отец был капитаном парохода), с отличием окончила Алатырское художественное училище, затем живописное отделение Академии художеств в Ленинграде, вырастила двух сыновей – художников. Гордостью чувашского искусства стали многие ее ученики.

Последние годы были для Розалии Михайловны нелегкими. Ушли из жизни Василий Степанович и старший сын Вадим, тяжелая болезнь приковала ее к постели. Но вокруг всегда были ее любимые ученики. Одни заботились о ней каждый день, другие приходили, приезжали на каникулы и в отпуск, писали письма и слали фотографии отовсюду, делились впечатлениями, просили совета и благословения. В праздничные и важные в ее жизни дни телефон не умолкал, дверь не закрывалась. Каждый понимал, что быть рядом с таким человеком – честь, подаренная судьбой, чувствовал, что любовь ее к своим питомцам –сродни дару свыше. Мудрые и строгие ее советы не прошли даром для нас – ее учеников, а жизнь ее, полная труда и вдохновения — сама стала уроком и примером высокого служения искусству.